— Если напутал, то не я, а Олег. И там не весь скелет, а всего то килограмм семьдесят-восемьдесят, можно сказать, огрызки левой пятки…- пожал плечами толстяк, продолжая свою работу. — И, кстати, он мог. Поскольку этот тихоня на полном серьезе объяснял мне, что выиграл их в карты у испанского инквизитора, который их где-то по пьяной лавочке спер…И все же, где они? Надо бы поскорее в изолированное хранилище упрятать, пока исходящие от них эманации на уши не поставили церковников и брахманов…

— Пусть постоят, им не вредно! — Фыркнула обладательница рожек, отходя от кучи пожитков с тремя большими стеклянными банками, которые она несла в сторону дома. Внутри парочки самых крупных из них были законсервированы оскаленные головы каких-то демонов, а третий, самый маленький из сосудов, внутри которого периодически пульсировало чье-то сердца, она обвила своим алым хвостиком, на конце которого имелся наконечник в виде сердечка. — Как армии останавливать, так их пинками на дело гнать приходится, а как на честных суккуб хулу возводить и солдат наших агитировать пытаться, так они первые…

— У вас были проблемы, пока мы отсутствовали? — Нахмурилась блондинка, на время прекратив нянчиться с давно потерянными детьми. — Серьезные?

— Ничего такого, с чем бы мы с сестренкой сами не справились, — поспешила заверить её девушка, чья прическа синхронно зашипела и закивала многочисленными змеиными мордами в знак согласился со своей носительницей. — И даже привлекать к делу восстановления порядка наставницу не пришлось. Как и стрелять или резать втихую кого-то. Ну, а несколько сломанных рук, пара десятков выбитых зубов и забитый на несколько дней под завязку карцер — это мелочи…Думала, будет хуже, когда вы на такой долгий срок покинете Индию.

— И все же, где кости? — Прищурившись, толстяк обвел подозрительным взглядом округу и пересчитывая магов-летунов, снующих туда-сюда. — Олег вообще-то к глупым шуткам не склонен…Обычно. И не могли же их взять и спереть у нас, когда все мы тут…Да и особо ценные или хрупкие грузы первой очереди Святослав лично выгружал, причем все сразу…

— А куда он их упаковывал-то? — Озадачилась обладательница рыжих волос, широко раздувая ноздри и принюхиваясь. — После того как он одним махом переместил десяток тонн груза, тут поди ещё чего найди…

— В шубу! — Последовал немедленный ответ. — Не в свою, а в ту, которая побольше и была публично подарена Святославу со своего плеча лично императором, как награда за уничтожение столицы Австралии! Носить он её все равно не носит, ибо брезгует подержанным и опасается закладок, а защитные и экранирующие свойства там очень даже на уровне…

— А, ну значит вот там они! Я хорошо чую, где мех магического медведя лежит! — Во все ещё растущую кучу барахла женщина нырнула головой вперед, словно в сугроб, а следом нагромождение самых разнообразных предметов опасно зашаталось, накренилось…И обрушилось прямиком на гигантского волка, который выбирался откуда-то из-под стопки ящиков с мохнатым свертком в зубах.

— Доброслава, чтоб тебя блохи закусали! Ты что творишь⁈ Ты головой своей мохнатой хоть немножко подумала⁈ — Без тени сомнений набросилась обладательница светлых волос на огромное чудовище, сжимающее в зубах шубу, сшитую по всей видимости на довольно крупного человека, и сейчас завязанную узлом вокруг неких вытянутых и относительно тонких предметов. — Если наш походный набор зелий побьется — сама будешь новый доставить, причем хоть из-под земли! Лекарства, сделанные алхимиком возрастом в пять тысяч лет, в свободной продаже поди ещё найди, хотя бы и по цене особняка с видом на красную площадь!

— Да чё им будет-то⁈ — Рычащим, но все ещё вполне себе узнаваемым женским голосом принялся оправдываться сплюнувший свою добычу громадный волк, на всякий случай поджимая хвост и начиная экстренно пятиться спиной вперед, подальше от готовой наброситься — Там же каждая склянка этим упырем зачарована сильнее, чем замок на поясе верности у какой-нибудь благородной дамы, чей муж в военный поход отправился! Ими сейф помять можно или поцарапать тот ковчежец со святой реликвией, которую церковники нам в качестве награды прилюдно на хранении всучили, дабы проверить, а не рассыплется ли прахом Олег после того как её потрогает…

— А почему папа молчит⁈ И не двигается⁈ — Поднял крик получивший свою долю ласки только от одного из родителей ребенок, покуда его сестра буравила отца напряженно-подозрительным взглядом. — Он что, не рад меня видеть⁈ Он меня больше не любит⁈

— Игорь! Не тормоши папу! — Оставившая в покое почти загнанного в угол оборотня блондинка молнией метнулась к детям, обратно заграбастав их в свои объятия. — Ему сегодня плохо.

— И вчера было плохо. И позавчера. И вообще всю предыдущую неделю. — Хмыкнул громадный волк, превращаясь обратно в рыжеволосую девицу и продолжая разбор ценных, особо ценных и просто нужных в повседневном быту вещей, которые летающие маги наконец-то закончили выгружать. — Зато от ручек Хозяйки Медной Горы на праздничном застолье в честь победы над силами ада успешно ускользнул…В беспамятство. Выхлестав с горла полную бутыль какого-то особо забористого и эксклюзивного французского пойла, которое даже архимагов пронимает…

Состояние искусственно вызванного транса потихоньку начало отпускать Олега, а дрожащая и колеблющаяся реальность вокруг него стала ещё больше размываться, чтобы в итоге жаркое южное солнце уступило место искусственному свету ламп и прохладе лаборатории, где воздух полнился не ароматами жареного мяса, специй и цветов, а искусственным аналогом горной свежести, идущим из ближайшего кондиционера.

— Ну как? — Осведомился мужчина с чуть заметно светящимися белым светом голубыми глазами, взирая на лежащего перед ним ученика. Впрочем, имелась в его внешности и ещё одна довольно заметная магическая аномалия. Тень, отбрасываемая им на стену лаборатории, была не темной, а светлой, а вдобавок несла вокруг головы чуть заметно сияющее подобие нимба. — Тебе удалось узреть происходящее в ином мире, используя связь между своей душой и своим бывшим телом в качестве путеводной нити?

— Может быть… — Несколько неуверенно откликнулся Олег, мотая головой и пытаясь хоть как-то свести воедино всё то, что ему довелось услышать и увидеть за время транса. Вот только результат получался каким-то больно странным, если не сказать пугающим. — И, кажется, мы немного переборщили с методами раскрытия моего сознания…Или же тот, кто занял там мое место, вел за эти годы настолько интересную жизнь, что как-то мне связываться с ним теперь не хочется…Лучше уж я вместо попыток наладить канал по обмену техническими и магическими знаниями между нашими измерениями продолжу тихую и спокойную карьеру охотника на нежить, нечисть и демонов…

— Это прискорбно, — поджал губы хозяина лаборатории, взирая на своего ученика. — Особенно в свете того, что нижние планы с недавних пор бурлят, словно забытая на плите кастрюля, и летящие оттуда брызги неминуемо наведут хаоса по всему мирозданию.

— Да? — Слабо удивился Олег, вспоминая кости архидемона, завернутые в шубу, полученную с императорского плеча. — А что там стряслось?

— Передел зон влияния, — пожал плечами обладатель светлой тени, увенчанной нимбом. — Нечто подобное там происходит постоянно, но этот — большой, действительно большой, ибо десятки архидемонов либо погибли, либо резко усилились и теперь активно подгребают под себя владения убитых соперников либо просто тех, кто им под руку подвернулся, а оказать нормального сопротивления больше не может…И ходят слухи, что один из Владык сумел набрать достаточно мощи, дабы основать новый темный пантеон…

Дополнительный пролог. Взрывное воссоединение.

Первым знаком надвигающихся проблем стал истошный лай собак, и уже одно это заставило Реку Полозьеву насторожиться, ссадить со своих коленей дочь с наполовину заплетенными косами и потянуться за любимым томагавком, благословленным духами предков. Охотничьи спутники, которых разводил, тренировал и самого рождения усиливал специальными чарами и отварами род её мужа, были не только очень крупными и сильными зверьми, вполне способными один на один справиться с парочкой волков или забравшихся совсем не в тот двор грабителей, а может даже не слишком опасным магическим монстром, но и очень умными. Определенно умнее некоторых людей, например тех, кто сейчас упился огненной воды в честь завершения военного похода и на ногах стоять не мог. Если бы одна из них подняла шум, то это могло бы оказаться случайностью или попыткой отпугнуть какого-нибудь слугу, который зашел не туда, куда надо, по мнению пса. Но когда сразу несколько этих верных и чутких сторожей изволили беспокоиться настолько сильно, то особых сомнений быть не могло — где-то рядом враг. Враг, которого целая дюжина зверей, свободно передвигающаяся по жилищу их рода и, вероятно, способных сообща разорвать на клочки даже голодного вендиго, сочла слишком опасным, дабы пытаться справиться с ним сугубо своими силами.