— Что сказали целители? Тебе пока нельзя на задания, Кирилл? — поинтересовалась Аврора, когда с благодарностями было покончено. Всё же он спас жизнь Толику и Альбине.

Мы отошли чуть подальше от лазарета, дабы не мешаться у входа. Здесь как раз были скамейки для тех, кому разрешено прогуляться и подышать свежим воздухом.

— Пока что дали время на восстановление, — пожал плечами Кутузов, а его девушка настойчиво забрала пакет с вещами, получив за это лёгкую улыбку и любовь, отражённую во взгляде. — Меня выписали, но реабилитация не закончилась. Мне ещё нужно посещать назначенные процедуры. Но ладно обо мне, вы как тут? До меня доходили только слухи и каждый из них был… не слишком хорошим.

Парни из его команды переглянулись между собой, Айрис не торопилась с ответом, да и мои ребята тоже как-то притихли.

— Кгхм, командир, — взял слово Макс. — А что тебе вообще говорили?

На лицо Кутузова набежала тень, из груди вырвался тяжёлый, словно болезненный вздох.

— Сергей погиб, — начал он, оглядев наши лица. — Это первое, что мне сказали. Жаль, он был хорошим человеком, другом и воином. Наши родители дружили, да и мы тоже… с детства.

— Его похороны уже прошли, — тихо дополнила Айрис.

— Да, я знаю, — помассировал Кутузов переносицу. — Надо будет отпроситься, посетить его могилу в Москве. Да и отцу его с матушкой позвонить, только я пока не знаю, что скажу им. Скорее всего мой отец уже сделал это, но мне тоже нужно. Было бы правильнее приехать к ним, но…

— Мы понимаем, Кирилл, — кивнул Толик, незаметно для всех, но не для меня, сжав кулак до белых костяшек пальцев. — И если есть возможность договорится, я бы хотел поехать вместе с тобой.

— Я тоже, — поддержала его Альбина. — Сергей спас нас. Прикрыл собой. Хочется хотя бы как-то… ну… проститься.

— Спасибо, ребята, — улыбнулся Кутузов и неожиданно для всех выдал: — Это правильно, но это не конец.

— Ты о чём, дорогой? — не поняла Айрис.

Я почесал шею высунувшегося Асхана и промолчал. Правда, мелкий сразу же вылез и попросился на землю, пришлось отпустить погулять. Всё равно далеко не убежит, бывает накатывает на него.

— О том, что смерть лишь шаг дальше, — посмотрел Кирилл на чистое, безоблачное небо. Голос его неуловимо изменился, словно стал принадлежать повидавшему многое за свою жизнь старцу. — Когда я был в коме, то мне было откровение. Поначалу я думал, что это кошмар. Я видел, — сделал он паузу и выдохнул. — Как погибали целые миры…

Возле занятой нами скамейки образовалась звенящая тишина. Макс и Лёша выпучили глаза от таких слов и недоуменно переглянулись, Сергей нахмурил кустистые брови, а Айрис несколько раз моргнула. Мои же ребята отреагировали почти что схожим образом, кроме Толика. Парень почему-то посмотрел на меня, будто бы чего-то ожидая.

А Кирилл продолжал, будто не видел реакции окруживших его людей. Их удивления, сомнения и недоверия.

— Наша война с Хаосом, по сравнению с тем, что было там… ничто. Мы барахтаемся, пытаемся справиться с угрозой, но всё это ничего не стоит в масштабах всей настоящей войны, которая длится веками…

— Дорогой, это был всего лишь сон, — мягко прервала его Айрис. — В коме такое случается.

— Я тоже так сначала подумал, но этот сон, этот кошмар, — посмотрел Кутузов на свою ладонь, сжал её и разжал несколько раз. — Он был настоящим. Догадываюсь, о чём вы сейчас можете думать, но я не спятил, я действительно видел… падение десяти миров и их, — прикрыл он глаза. — спасение…

— Я слышала о таком от матушки, — нахмурившись, сказала Мария. — Сознание пострадавшего мага из-за ран может проецировать… как бы проще объяснить, кгхм… В общем, уберечь себя от стресса и боли, создав своеобразный сон, способствующий выздоровлению. Своего рода зрительные галлюцинации — нарушение восприятия, при котором человек видит в глубоком сне объекты, события или образы, не существующие в объективной реальности.

— Да уж, по-простому, — хмыкнул Макс, покачав головой.

— Она права, — задумчиво кивнула Аврора. — Я читала об этом…

— Вы не поймете, пока что не способны этого сделать, — улыбнулся Кутузов, даже не пытаясь спорить. — Мне помогла «увидеть» моя вера. Она вела меня в том кошмаре, во тьме собственной души и закоулках разума. Его пламя стало моей путеводной звездой и щитом от падения, а молитва — мечом, сразившим тьму на пути к свету. Он с нами. И он показал мне, что смерть — далеко не конец. После неё путь не обрывается, а идёт дальше… именно поэтому люди верили в Богов. Именно поэтому мы отдавали им всех себя, ведь только Бог сможет провести верной дорогой во тьме.

— Ты хочешь сказать, что видел Бога? — вот теперь большая часть слушащих озаботились состоянием разума Кутузова, хотя его и выписали из лазарета.

— Нет, — покачал головой Кирилл и положил ладонь на своё сердце. — Я почувствовал. Его огонь. Его тепло. Его МОЩЬ, — в голосе его послышались нотки благоговения. — Ибо как сказано в книге: «Лишь истинно верующий познает на себе прикосновение пламени синего, приняв его в себя, дабы обогреть весь мир и души смертных.»

Теперь уже не только Толик косился на меня, но и остальные ребята.

— Что вы на Демидова так посмотрели? — не осталось это незамеченным.

— Да так, — смутилась Аврора. — Просто меч Кости в бою иногда вспыхивает синим огнём.

Вот теперь все посмотрели на меня. Кто-то с недоумением, а кто-то с интересом. А Кутузов коротко кивнул и произнёс:

— Да, Костя тоже отмечен нашим Богом. Приносящий Знания… Он не ушёл, как остальные. Он всегда был с нами, помогал и оберегал, ведя свою войну, там, где пока что нам нет места. Но я приложу все силы, чтобы помочь ему! Такова моя клятва! Таков мой обет! — возвышенным тоном, от которого пробрало всех, заговорил княжич. Более того, аура Кирилла стала резонировать с каждым словом, а из его тела вырвалась волна энергии синего цвета. — В этом моя новая суть и цель жизни!

Эффект был мгновенным. Парни из его команды расправили плечи и подобрались, словно ожидая нападения врага в любую секунду. Айрис выдохнула с таким облегчением, словно сбросила тяжких груз с плеч. У остальных девушек был тот же эффект. Глаза Игната стали звериными, но он быстро поборол зов своей сути, отреагировавшей на вторжение извне. А Толик вздрогнул. Он почувствовал больше. Кровь Лахимы в нём отреагировала и парень не понимал, что произошло.

Благословение. Кутузов смог даровать благословение, на какое были способны лишь жрецы.

— Что это было? — напряженно спросила Альбина. — Мне вдруг стало так… тепло…

— Теперь вы понимаете, — улыбнулся Кирилл. — Теперь вы почувствовали то, что почувствовал и я.

По лицам ребят было видно, что каждый из них готов разразиться десятками вопросов, но кое-кто разрядил обстановку. С громким «Уру-ру!», между наших ног пробежал Асхан и быстро-быстро заполз на моё плечо. И ладно бы только это. Мелкий держал в зубах до боли знакомые очки, которые узнал не только я.

— Это же очки матушки! — воскликнула Мария и пожурила мелкого. — Асхан, сколько раз мы с Авророй говорили тебе, что красть плохо!

— Он уже так делал, что ли? — вот теперь удивился я. Мелкий бывало с прогулок притаскивал то камни, то палки. Но всё это мелочи, мало ли какие у него игры. Но вот воровство это уже другое. — Вы не говорили.

— Да мы как-то… — переглянулась Аврора с Марией. — Забыли сказать тебе. Да и не часто он так делал, пока тебя не было, но как-то притащил нам чей-то бумажник.

Я посмотрел в глаза Асхана и не увидел в них ни грамма раскаяния, только любопытство и вопрос, почему-то я ещё не забрал у него добычу, он же мне её принёс. Ещё и тычет в щеку этими очками.

— Ладно, мы с тобой на эту тему ещё поговорим позднее. Будем воспитывать, — вздохнул я, забрал очки и отдал их Марии. — Передашь, ладно?

— Хорошо, — с пониманием улыбнулась девушка.

Пока Мария относила добычу обратно в лазарет, коллективным решением всех собравшихся было отправиться в «Хельхейм» после занятий. У парней Кутузова и Айрис проблем с выходом за территорию не было, а вот мне пришлось разыскивать Арсенала и попросить его выписать временный пропуск на всю группу.