Бессмертие — благо и проклятие божественных сущностей. Когда живёшь слишком долго, то теряешь так называемый вкус жизни. Конечно, всегда можно найти себе занятие в вечности, но сколько это продлится? Сотню лет? Две? Тысячу или больше? В конечном итоге для каждого Бога было три пути: падение в праздность, когда ничего уже не волнует, кроме удовольствий. Поиски вдохновения и цели в жизни, которые иногда приводили к ужасным результатам для всего мира, но и великим благом тоже часто оборачивались. Или уход за грань.

В конечном итоге всё заканчивалось третьим путём, но лишь от Бога зависело, когда он захочет и будет готов уйти.

Так из пантеона, со временем, уходили лучшие из нас, которые устали от вечности.

И сейчас я смотрел на мальчишку. Обычного смертного. Робкого и смущяющегося при женщинах, настоящего поклонника артефакторики и просто хорошего парня. Парня, который удивил меня настолько сильно, что случалось довольно редко.

Как я не увидел? Как не понял сразу? В той же Чжао Линь я сразу почувствовал кровь предателя Бай Сая, но Толик каким-то образом смог… не обмануть, нет, скрыться!

— Лахима… — с глубоким уважением прошептал я, вспоминания невысокого старичка, способного одной своей волей обрушать небесные тела.

Будь здесь сейчас Альбина и понимай она всю подоплеку силы понравившегося ей парня, то обязательно воскликнула что-то в стиле: «Вот это поворот!».

Толик был носителем крови Бога Луны. Мудреца и воина. Дожившие до падения Боги и пальца его не стоили.

— Так, успокойся! — резво вскочил я со скамейки, напрочь игнорируя боль в теле и рёбрах. — Отпусти Силу!

За время, пока я в шоке обдумывал увиденное, парень что-то начал шептать и весь напрягся. Воздух в зале ещё сильнее сгустился, серебряная энергия струилась из Толика, будто кто-то на всю мощь кран открыл, а тот застыл соляным столбом!

— Толя! — схватил я его за плечо и затряс, чувствуя, как гравитация давит на плечи. Силён, мальчишка! Сколько же в тебе дара Лахимы⁈ — Слышишь меня⁈ Успокойся!

Парень вздрогнул, глупо моргнул и всё пропало. Давление исчезло, как и серебристая энергия, а спортивный инвентарь с грохотом попадал на пол. Чувствую, убирать теперь придётся не только угол на арене…

— Костя… — выдохнул он устало, но в то же время обречённо. Его ладонь вцепилась в моё предплечье с силой, которой у такого хлюпика быть не должно. — Прошу, помоги мне… Помоги стать сильнее… Я больше не хочу быть трусом… не хочу опять прятаться… не хочу, чтобы кто-то опять пострадал или, — натужно сглотнул он и в отчаянии прошептал: — умер…

Я знал, что Сергей погиб потому что закрыл собой Альбину, но в последнем слове Толика было ещё что-то. Более глубокое и болезненное.

— Когда? — только и спросил я, но покачал головой и уточнил: — Когда ты пробудил дар?

С его желанием разберусь позже, но сначала это узнать.

— В десять лет, — позволив усадить его на лавочку, ответил Анатолий и вперил взгляд в резиновый настил под ногами. — Когда погибла мама…

Я медленно, понимающе кивнул, найдя ответ на ранее промелькнувшую мысль. И всё же… в десять лет. Дар Лахимы. И такой силы! И это меня Арсенал чудовищем назвал? Трижды Ха! Я не принижаю своей Силы, но могу твёрдо признать и не лукавить — Лахима был одним из сильнейших Богов за всё существование десяти миров. Да что тут говорить, он в одиночку смог уничтожить одного из Владык Хаоса, Ора’гу! До этого и после него подобное удавалось всего нескольким из нас!

— Дай свою руку, — требовательно выставил я ладонь.

Он уже хотел было начать задавать глупые вопросы из разряда: зачем и почему? Но столкнулся с моим суровым взглядом и передумал. Подрагивающая, прохладная и тонкая рука отнюдь не воина, а… артефактора… легла поверх моей.

— Потерпи немного, — вспыхнул аркан первой ступени. Быстро и неожиданно для Толика, а маленький разрез ветра заставил парня вскрикнуть. — Сказал же — потерпи!

— Это было неожиданно! — возмутился он и почти сразу выпучил глаза. — Ты что делаешь⁈

Я смахнул выступившую на порезе пальца каплю крови и попробовал на язык. Искра божественности вспыхнула практически мгновенно, да настолько сильно, что у меня в глазах потемнело, а всё тело будто разряд тока прошиб!

Теперь понятно, почему я не смог почувствовать кровь Лахимы в этом парне, в отличие от той же Чжао Линь. Кровь китаянки слишком разбавлена, её потенциал слаб для меня. В отличие от Толика, кровь которого несла в себе запечатанное наследие Лахимы. Мне банально не хватило Силы, чтобы даже почувствовать его потенциал.

Похоже, мне придётся кардинально менять планы и теперь восстанавливать не только свою Силу. Упустить такой шанс, буквально упавший мне в руки, будет настоящим преступлением в войне с Хаосом.

— Кгхм, Костя… почему ты так на меня смотришь и зачем… эм… попробовал мою кровь?

— Я помогу, — не стал я отвечать на его вопросы и вернулся к прошлой теме. Благо парень сразу же переключился и аж приободрился.

— Правда? — выдавил он слабую улыбку, а в его глазах появилась надежда. — Спасибо тебе… Спасибо, Костя…

— Так, Толик, давай без слёз, — сжал я плечом парня. — Я понимаю, что у тебя на душе, но вот тебе первый урок: не дай отчаянию и страху поглотить себя. Сергей умер — это факт, — он дёрнулся, но я держал крепко. — Да, он умер. Но его смерть спасла жизнь Альбине, тебе и тем, кто был рядом. Не порочь его жертву своими слезами и страхом. Стань лучше. Стань сильнее. Я помогу.

Он прикрыл глаза, вдохнул полной грудью и с шумом выдохнул.

— Да… я понимаю… — кивнул он, взяв себя в руки. — Спасибо, Костя. Ты уже помогаешь, мне стало легче.

— Я так понял, раньше ты свой дар не развивал? — вновь перевёл я тему. Ему сейчас нельзя зацикливаться на произошедшем.

— Дар Гравитации, — пожал Толик плечами, перейдя на шепот. — Он не запретный, но…

— Ясно, — понял я о чём он хотел сказать. — Сам себя ограничил. Скорее всего с подачи отца? — кивок был мне ответом. — Восемь лет, — покачал я головой. — долго же ты себя сдерживал.

— Не было выбора, — вздохнул парень. — Я бы и дальше, ну ты понял, но после случившегося меня как перемкнуло. Контроль стало держать сложнее, даже если успокоюсь.

Эмоциональное потрясение, вот тебе ответ, Толик. Смерть матери пробудила наследие Лахимы, но и не более того. Невзгоды и сложности Корпуса тоже не стали нужным толчком, не тот эмоциональный накал. Даже при встрече с Вестником Хаоса контроль удалось удержать, но у Шуйских всё произошло слишком быстро. Слишком неожиданно и в этом случае была угроза жизни конкретно Альбине. Эмоциональная привязка и потрясение, да…

— Теперь ты его и не удержишь, — произнёс я спокойно. — Что тебе вообще известно про твой дар, Толя? Что говорил отец?

Он замялся, явно думая, что можно рассказать, а что нельзя. Понять его можно, я лезу в секреты рода Медведевых, но если он попросил помощи, то это необходимо.

— Немногое, — ещё раз вздохнул он, гораздо тяжелее. — Только то, что в полную силу им владел основатель рода и то, что он происходит от…

— Лахимы — Бога Луны, — задумчиво закончил я за него.

Толик вытаращил на меня глаза, приоткрыв рот.

— Ты знаешь?.. Откуда⁈

— Сейчас это неважно, — осадил я его тяжёлым взглядом. — Одно могу сказать точно, дальше контроль ты удержать не сможешь, как и прятать дар тоже не получится. Смирись с этим и перестань сдерживать себя.

— Я ещё не готов, Костя, — запаниковал он и заробел. — А если узнают, а если…

— Ну, узнают, что дальше? — вздёрнул я бровь. — Ты в Корпусе, достать тебя здесь будет тяжело, да и вряд ли кто-то вообще будет это делать, — было у меня стойкое чувство, что если Спицын узнает о даре Толика, то всех желающих навредить парню свернёт в венский крендель. — Теперь касательно того, как тебе помочь. Перво-наперво, как бы парадоксально это не звучало из-за моих ранних слов — тебе нужно научиться контролю. Только уже не сдерживать дар, а именно управлять им. Сейчас ты просто высвобождаешь его, но это неправильно.