— А я создам военную базу в Диких Землях, — спокойно стал загибать пальцы капитан Билл. — Соберу из наёмников боевой отряд. Организую переброску войск через воды Дикого океана. Договорюсь с индским царём об участии в боевых действиях и справедливом дележе добытых трофеев. Обеспечу переправку ценностей на Панский перешеек. Кстати, рискую я куда больше всех остальных: это мне плыть через бурные воды чужих морей, мне скакать под стрелами дикарей, мне бродить по непролазным джунглям, мне общаться с кровожадными аборигенами, учить язык дикарей, нравы, обычаи. Если кто–либо из вас пожелает взять хоть часть этих обязанностей — пусть отщипнёт от моей доли добычи.

В комнате воцарилась тишина, никто взваливать на свои плечи непосильный груз не пожелал. Всем стало ясно, что без Хитрована Билла вся затея окажется несостоятельной. Однако жадных синьоров уже обнадёживало то, что создание судоверфи позволит начать выгодную торговлю на западном побережье материка, и это уже само по себе сулит немалый доход. Капитан Билл может сгинуть в дебрях Инда, и отряд наёмников могут истребить дикари, а вот судоверфь останется на Панском перешейке гарантом сохранности доли, вложенной остальными компаньонами.

— Синьоры, также стоит иметь в виду, что существенную часть трофеев придётся отдавать на оплату наёмников и обеспечение отряда, — добавил перца Билл, который, на самом–то деле, рассчитывал покрывать эти расходы за счёт средств Сахила–морехода и его царской семейки — не бесплатно же воевать за их интересы. — Первоначальное вооружение отряда я беру на себя, а уж потом придётся всем скидываться. Да, синьоры компаньоны, и прошу оказать содействие в выгодной продаже фрегата — это в наших общих интересах.

— Дадим испаньольцам время для ответа, — недобро глянул на официального представителя Метрополии мэр. — А затем устроим аукцион. Синьоры, прошу посоветоваться с консулами своих держав, кто готов дать хорошую цену за фрегат?

Билл мудро не стал утаивать планы, которые в любом случае вскоре вскрылись бы. Зато теперь никто из знатных синьоров уже не покушался отобрать корабль у предприимчивого, но безродного, северянина. И вложить средства в перспективное дельце загорелись желанием все синьоры. Один лишь толстый аббат обиженно надувал щёки: Святому Престолу ничего не перепало, да и спрятавшегося среди пиратов колдуна теперь будет трудно изобличить, ибо выходило так, будто бы испаньольцы сами хотели перехитрить северян, а оказались в дураках.

Глава 11. Игра на всё

Отослав обратно на фрегат гребцов в шлюпке, Василиск с Олафом, Бедолагой и Сарматом ступили на каменный пирс Панского порта. Рядом суетились мрачные грузчики, шумно спорили подвыпившие матросики с торгового судна, над водой с резкими криками кружили чайки. Остро пахло выловленной рыбой, просмолёнными досками обшивки пришвартованных мелких судёнышек и прибившимся к пирсу обрывками водорослей.

— Хорошо–то как! — вздохнув полной грудью запахи берега, раскинув руки, топнул ногой по надёжной каменной тверди сын степей, Сармат. — Палуба под ногами не шатается, и алчная бездонная пучина не выглядывает из–за борта.

— Да уж, от безбрежных океанских просторов я тоже не в восторге, — Василиск бросил через плечо хмурый взгляд на бьющиеся о камень пирса пенные волны, ему тоже жутко не нравилось находиться в полной власти опасной водной стихии. Все чудесные способности мага были бесполезны в противоборстве с бездушной океанской пустошью. Другое дело на земле, среди живых существ и предметов, каждый из которых готов услужливо подсказать чародею нужную информацию из библиотеки астрального поля.

Василиск почувствовал себя, будто вновь обретший зрение слепой. От нахлынувшего информационного потока закружилась голова. Юноша никогда ещё не попадал в столь оживлённое место, в Панском городе–порте людей оказалось больше, чем он встречал за всю прожитую жизнь. Хотя, возможно, когда путешествовал под контролем похитителя, он уже и бывал в столь же густонаселённом городе, но сонное зелье тогда не позволило отложиться этому событию в его одурманенной памяти.

— Эх, сразу видно — не морская у вас душа, — криво усмехнувшись, безнадёжно махнул ладонью бывалый мореход, Бедолага. — Не выйдет из сухопутных псов настоящих морских волков.

— Признаться, мне берег тоже больше по душе, — попыхивая трубкой, встал на сторону молодёжи старик Олаф. — Особенно нравится после долгого рейда посидеть в хорошей компании в приличной портовой таверне.

— На приличную таверну у нас денег нет, — сглотнув слюну и облизнув губы, тяжело вздохнул Бедолага. — Да, честно сказать, нам и на самую захудалую забегаловку медяков не наскрести: при захвате шхуны испаньольцы обчистили северян подчистую, только у погибших потом в трюме фрегата матросиков кое–какая мелочь в кошелях завалялась. Но после честного раздела денежных трофеев среди экипажа, каждому из команды достались лишь крохи — на один зуб положить.

— Деньги — дело наживное, — покровительственно похлопал дружка по плечу Василиск.

— Ага, затем и взяли оружие из капитанской каюты, — понимающе подмигнув, погладил рукоятку торчавшего за поясом пистолета, изукрашенного серебряными завитушками, Бедолага. — Подозреваю, что мы его выцыганили у Хитрована вовсе не для продажи на рынке.

— Это точно, — кивнул Василиск. — Однако грабить мы никого не будем. Есть более честные способы отъёма денег. Где тут, в Панском порту, удачливые моряки спускают неправедно нажитое состояние?

— Пираты любят гулять в таверне «Морская дева», — вытянутой рукой охотно указал направление движения знаток злачных мест и хихикнул: — Дев там, конечно же, не найдёшь, зато смазливых шлюх стая и пойло бармен подаёт забористое, а за игровыми столами можно озолотиться, ну или… всё спустить до последнего медяка. — Бедолага сокрушённо вздохнул. — Только нам с пустыми кошелями там делать нечего.

— Веди «штурман» в гавань порока, — толкнул в плечо Бедолагу юный помощник капитана и, прищурившись, взглянул на ещё высоко стоящее светило. — До вечера далеко, и в полупустом заведении будут рады любым клиентам. Пришвартуемся к причалу, а там сообразим, как озолотиться.

— Одной твоей удачливости, юноша, будет явно недостаточно, чтобы с пустыми кошелями приманить капризную фортуну, — выпустив клуб табачного дыма, отрицательно покачал седовласой головой старик Олаф.

— Мы и не станем надеяться на фортуну — поставим всё на мастерство, — гордо вскинув подбородок, самонадеянно заявил Василиск. — Бедолага, какие ещё, кроме бросания кубиков, популярны настольные игры у морской братвы?

— Матросики любят за столом в картишки переброситься, — уже шагая к таверне, пожал плечами Бедолага. — Однако и в «Очко» без фарта не выиграть.

— Но ведь и поинтеллектуальнее игры практикуются? — заглянув в сознание товарища, покопался в его воспоминаниях телепат. — Я слышал, что весьма популярна игра в «Короля».

— Так в неё лучше на трезвую голову играть, — скривился Бедолага и пренебрежительно отмахнулся. — До конца колоды раздача карт идёт, а потом ещё очки подсчитывать — слишком долго и муторно. В «Короля» садятся играть люди состоятельные, ибо ставки слишком высоки, а у нас кучка медяков за душой.

— Найдём, что поставить, — обнадёжил Василиск.

— Солидный игрок за один стол с голыдьбой не сядет, а мелкие шулеры краплёные карты мечут, — предостерёг наивного юношу Бедолага.

— Найдём крупного шулера, с солидным капиталом за душой, — усмехнулся Василиск.

— Василий, если думаешь затеять драку, то маловато нас, чтобы одолеть местную шайку, а команды матросов с других кораблей не вступятся за кучку чужаков, — попыхивая трубкой, предостерёг прыткого юношу старик Олаф.

— Я настроен на честную игру, — разведя руками, невинно улыбнулся Василиск. — Поэтому наглого мухлежа не потерплю — вызову подлеца на дуэль.

— Ты и не заметишь, как профессионал надурит профана, — вспомнив горький опыт, вздохнул Бедолага. — А ежели и удастся заколоть подлеца в драке, то с трупа много не возьмёшь.