— Хватит нам на посёлок и одной знахарки, — торопливо прервала Марта, испугавшись конкуренции. — Ты будешь кости крушить, а я раны врачевать. Не то церковники прознают про слишком бойкого чудо-умника и заподозрят неладное.

— Они уже узнали, что опасный иноземец выжил, — грустно вздохнув, поведал Василиск. — Скоро экзерцисты приплывут ловить беспризорного колдуна.

— И как скоро? — нервно сжав кулачки, встревожилась Марта.

— А сколь долго отсюда плыть до Метрополии и обратно?

— Ну-у, туда-сюда месяца полтора точно уйдёт, — прищурившись, прикинула островитянка.

— Добавь ещё полмесяца на сбор морской экспедиции — вот и отведённый мне срок свободной жизни на Архипелаге.

— А если спрятаться на другом острове?

— Думаю, лорды соседних островов сдадут меня с потрохами. Инквизиторы не пожалеют золота, чтобы прочесать даже все необитаемые острова в округе. Да и не собираюсь я надолго засиживаться под чужими звёздами, мне домой надо вернуться, чтобы утерянную память обрести.

— Эх, жаль, что я твои портки сожгла, и ещё инквизитор все вещички в Метрополию вывез, — всплеснула руками Марта. — Словно знал, гадский папа, что ты с их помощью можешь колдовать.

— Мне и волоска хватило бы, чтобы о чужом прошлом узнать, а вот личную Книгу Судеб в астральном хранилище я отыскать не могу, как и путь на родину, — разведя руками, с грустью признался Василиск и пояснил на наглядном примере: — Пёс не отыщет дом по собственному следу, ибо не чует свой запах на земле. Он может найти дорогу назад лишь по запомнившимся внешним приметам или по заранее оставленным пахучим меткам.

— А Рыжик? — Марта с надеждой глянула на кота.

— Я не вонючая псина, чтобы каждое дерево на пути метить, — возмущённо зашипел кот, давший слабину в чужом мире, и демонстративно отвернулся.

— И созвездия в этих краях ему не знакомы, — оправдывая опозорившегося следопыта, запрокинул голову к разрывам в сером облачном покрывале Василиск.

— Если отправиться далеко на юг, на небосклоне можно увидеть совершенно другие созвездия. Я в детстве жила в центральных землях Нового Света, и там звёзды расположены иначе, — Марта взмахнула рукой, словно пытаясь очистить небо от облаков. — Часть созвездий, которые мы видим здесь, там опускаются к самому горизонту, а с другой стороны появляются множество новых.

— Рыжик помнит, что у нас дома ночное светило было одно, — усложнил задачу иноземец.

— Мореходы говорили, что уж совсем далеко-далеко на юге Близнецы сближаются, — пожала плечами Марта. — Возможно, если плыть ещё дальше, они сольются воедино? Но об этом тебе лучше потолковать с мореходами из Диких Земель, наши моряки в столь удалённые земли никогда не ходили.

— Марта, расскажи мне хотя бы о Новом Свете, где ты жила в детстве.

— Могу мысленно показать тебе красивые виды, если ты, шалунишка, обещаешь не лазить по закоулкам моей памяти без дозволения, — Марта пересадила кота к себе на колени и, придвинувшись вплотную к стеснительному парнишке, заботливо накинула ему на плечи полу дождевого плаща. — Прижимайся ближе, телепат, только, чур, рукам воли не давай.

— Да мне не холодно, мой организм обучен терморегуляции, — засмущался юноша, почувствовав обжигающее тепло женского тела.

— Зато я не каменная баба, чтобы студёной ночью в одиночку на утёсе мёрзнуть, — бойкая девица ласково сжала вздрогнувшую от прикосновения ладонь неопытного юнца. — Не волнуйся, Василий, целоваться я с тобой не буду, мы ведь просто друзья.

— Просто друзья, — эхом повторил смущённо Василиск.

Ему ещё никогда не было так тепло и уютно, как под одним плащом с горячей девушкой. Иноземный подкидыш почувствовал себя пушистым котёнком, укрытым мягкой тканью и прижатым к тёплой груди, также как когда-то спасённый из холодного водоворота маленький Рыжик.

А рыжий кот, свернувшись калачиком на коленях смазливой красотки и довольно урча, не вслушивался в телепатический трёп парочки «просто друзей», предался эротическим воспоминаниям своей кошачьей юности. И лишь только когда ночную тьму развеял забрезживший на горизонте алыми красками рассвет, Рыжик, почувствовав изменение положения бёдер девушки, сонно приоткрыл глаз и подсмотрел за долгим поцелуем, обжигающим «просто друзей» в момент их прощания с чудесной ночью откровений.

Глава 5. Братья по несчастью

Провожая Марту, Василиск заметил в вытащенной на берег лодке, рядом с началом тропинки, ведущей к вершине утёса, задремавшего соглядатая. Бедолага укрылся от прохладного морского бриза за низким бортом, закутавшись в полы дождевого плаща.

— Видно, всю ночь тут промаялся, — сочувственно вздохнула Марта, услышав громкий храп. — Василий, я домой пойду, а ты разбуди Бедолагу, не то ему опять за ротозейство достанется от Билла.

Юноша нежно пожал руку девушки, не рискуя выказывать более явные знаки внимания, и направился к непутёвому сторожу.

— Бедолага, просыпайся, пора в путь! — стукнул носком башмака по деревянной обшивке лодки Василиск.

— А, что, да я не сплю, — встрепенулся дозорный и запутался в полах плаща. — Я тут рыбаков дожидаюсь. Они на зорьке в море ушли.

— Мы разве на лодке собираемся идти? — удивился изменению плана похода Василиск. Ведь вчера он сумел мельком подсмотреть в мыслях проводника пешеходный маршрут.

— Не, на вёслах нам вдвоём тяжко вокруг острова кружить. Да и пристать там негде, берега крутые, скалистые, и течение сильное, лодку о подводные валуны будет бить, — усевшись на край борта, замотал головой Бедолага. — Напрямки пойдём, нам часа три по тропе, как козлам по камням, скакать. Рыбаков же дожидаемся, чтобы пару мешков свежей рыбки с собой прихватить, а то у парней на огородах рацион скудный: овощи, пшено да рыбины копчёные.

— Может, лучше бы свежевыпеченным хлебом их побаловать? — расщедрился Василиск. — Так хозяева и уважение гостям больше выкажут, и у нас разговор пойдёт конструктивней.

— Чего? — наморщив лоб, не понял заморского термина малограмотный абориген.

— Душевнее беседа выйдет, — улыбнулся молодой специалист по контакту с вождями диких народов.

— Ещё чего? Рабов свежим хлебом кормить? — возмущённо фыркнул Бедолага. — У нас вся пшеница доставляется из-за моря — больно дорогая.

— Так ведь и мы не из бедных будем, — озорно подмигнул иноземец. — «Солнечным камнем» весь берег усыпан.

— Где ты видишь тут россыпи сокровищ? — обернувшись к заливчику, широким взмахом руки обвёл узкую полоску побережья абориген. — Пустой остров — это кусок скалы, торчащий из моря, прибрежной полосы почти нет. Где же тут «солнечный камень» собирать? На богатых островах пологие галечные пляжи, вот там-то после шторма можно поживиться. Нет, Хитрован Бил на богатые подарки не расщедрится. Да и нечего дикарей хлебом закармливать, мы и так допрос им учиним.

— Ладно, я оплачу гостинцы за свой счёт, — удивил недавно выловленный из моря нищеброд и властно указал рукой коту. — Рыжик, отыщи на берегу пару жёлтых камешков.

Кот распушил поднятый трубой хвост и с важным видом отправился вынюхивать зарытые в гальке на берегу сокровища.

Бедолага озадаченно наблюдал за медленно барражирующим вдоль кромки воды пушистым старателем.

Василиск невозмутимо уселся рядом на борт лодки и, прикрыв глаза, принялся дожидаться результатов поиска. Чародею следовало продолжить развивать магические способности, для чего он решил попробовать использовать свой тотем в качестве «длинной руки». Василиск считывал информацию с помощью кошачьих лап, прикасающихся к узкой галечной полосе.

Повинуясь незримой телепатической команде хозяина, кот остановился, наклонил голову к покатым голышам, обточенным волнами, словно вынюхивал запах сокровищ, а затем начал энергично копать лапами глубокую ямку.

— Глянь–ка, Василий, кажись, рыжая ищейка чего–то учуяла⁈ — толкнул локтем «задремавшего» юношу вскочивший с места Бедолага.