Из духовки доносится звук, когда я надеваю на руки варежки с цветочным узором, которые Молли подарила мне на день рождения. Я вдыхаю соблазнительный ароматный пар, который вырывается наружу, когда открывается дверца духовки. Молли хочет создавать практичные аксессуары для оживленных домашних кухонь и уже продавала прихватки для духовки, фартуки, кухонные полотенца и скатерти на одном из мероприятий Барб в женских группах. Похоже, она тоже собирается стать деловой женщиной. Маверик сказал мне, что я стала для нее источником вдохновения, и я чуть не заплакала от гордости.

— Я думаю, это, наверное, самый лучший запах в мире, — произносит Клинт у меня за спиной. Он устраивает игры на заднем дворе и ему нравится быть веселым отцом. Ему нравится прижимать Айрис к груди и показывать ей животных в приюте. Он убежден, что однажды она станет ветеринаром, и если он добьется своего, то, я уверена, так и будет! Теффи обожает ее, и они с Айрис всегда прижимаются друг к другу, когда мы приводим ее в конюшню. Одно можно сказать наверняка: Айрис понравится ее жизнь на ранчо, где у нее будет так много земли и так много животных, которых она сможет назвать лично своими. Кто знает, со сколькими братьями и сестрами ей придется разделить все это, но я уверена, что это только начало нашей семьи.

Три замечательных отца определенно лучше, чем один ужасный. Ни один из них не был бы лучше, чем тот, с которым я столкнулась. Я больше не вижу своего отца, и это огромное облегчение. Возможно, я могла бы простить его за то, что он сделал со мной, но я никогда не прощу того, что он сделал с Молли. Из-за его действий он остался один в этом мире. Мои мужчины так и не смогли смириться с тем, что он сделал с нами обоими, и когда появилась Айрис, жестокое обращение, которому мы подверглись, снова разбило их сердца. Осознание того, что на свете есть хорошие мужчины, помогло мне оставить прошлое позади, даже если полностью забыть его невозможно.

Я отталкиваю руку Клинта, когда он тянется за дымящимся пирожным. Он обнимает меня за талию и притягивает к себе, целуя в лоб, отчего я таю. От него пахнет свежим воздухом, сеном и солнечным светом. Я задерживаюсь на сильном биении его сердца и вдыхаю его мужественный запах.

— Давай примем душ, пока все не пришли, — шепчу я. Он наклоняет голову и заговорщицки улыбается.

— Ты делаешь мне предложение, девочка. На первом дне рождения нашей дочери?

— Может быть? — смеюсь я. — Может быть, пришло время завести еще одного ребенка!

Его взгляд мгновенно загорается.

— Ты серьезно?

— Да, — усмехаюсь я. — У меня сейчас середина цикла, так что это самое подходящее время.

Я не успеваю вздохнуть, как он подхватывает меня на руки и несет вверх по лестнице.

Секс в душе, наверное, не самый лучший способ для продолжения рода, но это определенно приятно, а Клинт по-особому возбужден, он жестко и быстро берет меня на холодных плитках, пока мы оба не начинаем кричать от удовольствия, и он не наполняет меня своим семенем. Пока мы одеваемся, я гадаю, будут ли у малышки Клинта такие же серьезные губы, как у него, или такие же красивые глаза. У Айрис папины голубые глаза, цвета полевых цветов и лунного света.

Внизу Маверик, наконец, проснулся и держит Айрис на руках. На ней крошечная розовая ковбойская шапочка с вышитыми маленькими цветочками ирисами. Она хихикает, когда он нежно целует ее в шею. Когда Джесси проходит мимо, она тоже протягивает к нему свои пухлые ручки.

Она избалована в лучшем смысле этого слова.

— Что-то вы немного покраснели, ребята, — говорит Маверик, приподнимая бровь.

— Принимали душ, — ворчит Клинт, но затем наклоняется и впивается в мой рот страстным поцелуем, от которого я теряю сознание и постанываю. Чёрт побери. Если он продолжит в том же духе, мне придется затащить его обратно наверх, чтобы провести второй раунд «Тейлор снова забеременеет»!

Тридцать минут спустя Холт и Кэтрин выбегают из-за угла дома, держа в руках красиво упакованные подарки в розовых и зеленых тонах.

— Где Айрис? Я хочу первым взять ее на руки! — Холт очень серьезно относится к своей роли старшего кузена и рад, что он больше не самый младший в семье. Кэтрин немного сдерживается. — Тетя Тейлор скажет, когда.

— Бу, вы двое!

Молли сбегает по ступенькам и подхватывает близнецов на руки, осыпая поцелуями их макушки и доводя обоих до исступления. Я стою и наблюдаю за происходящим в дверях. Джесси передает мне Айрис, чтобы взять с собой что-нибудь выпить на улице. Ее покормили, и ее идеальная крошечная ручка сжимает мою.

— Мамочка! — от звука голоса Айрис у меня сжимается сердце, и я таю. Вдыхая ее сладкий аромат, я целую ее в макушку. У нее совсем немного волос, только светлые пряди, которые я закрепила парой крошечных розовых бантиков. Это, должно быть, самая любимая маленькая девочка в мире. Я позабочусь о том, чтобы она никогда в этом не сомневалась. Я, ее папы и вся ее большая семья всегда будем защищать ее. Она благословлена во всех смыслах, на которые я надеялась.

Дункан выходит из-за угла вслед за Бет, сияющей и красивой в платье в цветочек и белой стетсоновской шляпе. В последнее время она стала проводить гораздо больше времени на ранчо и стала по воскресеньям ездить с близнецами кататься верхом. Я думаю, что то, что она стала тетей, укрепило мир между нами. Было так приятно сблизиться с ней и детьми. Дункан с трудом сгибается под тяжестью коробок с пивом и еще большего количества подарков.

— Нужно позаботиться о том, чтобы на этой вечеринке было много воды! — говорит он.

Еда в тени, но из-за жары нам скоро придется переодеться. Дети тоже захотят искупаться в надувном бассейне.

— Сначала подарки и еда, а потом игры и хаос, верно, вы двое? — они оба покатываются со смеху и взбегают по ступенькам, чтобы поцеловать свою кузину.

После обеда, когда все убрано, мы садимся в тени и наблюдаем, как веселятся дети. Открывать подарки Айрис — это веселое, но ошеломляющее занятие. Я, Джесси, Клинт и Маверик — все по очереди, а Айрис протягивает свои пухлые ручки, чтобы помочь нам сорвать бумагу, возбужденно ворча. Она устала, но ее подпитывают восхищенные взгляды и одобрительные возгласы гостей на дне рождения. Мы разворачиваем подарочную коробку от Молли, в которой платья ручной работы. Они потрясающие и уникальные, и я восхищена ее заботливостью. Близнецы вместе открывают свои подарки: книги, маленький розовый мотодельтаплан, плюшевого мишку в брюках-вранглерсах, клетчатой рубашке и коричневых ботинках, игрушечный телефон и одеяло с вышитым на нем «Айрис». Борясь с такой щедростью и заботливостью, я не заметила, как Митч исчез за входной дверью. Я слышу, как он возвращается с большой, просто завернутой коробкой. Я передаю Айрис Бет и делаю шаг вперед. Срывая бумагу и открывая коробку, я глубоко вдыхаю, и от волнения у меня перехватывает горло.

— Очень красиво. Спасибо! — внутри коробки красивая лошадка-качалка.

— Митч сам покрасил ее, — говорит Барб, гордо улыбаясь мужу.

— Седло сделала Барб, — вторит ей Митч. Они так мило смотрятся вместе.

Айрис, возможно, всего год, но это ненадолго, и она будет кататься на нем одна. Митч помогает мне вытащить коробку, чтобы все могли увидеть.

— Мамамама.

Глаза Айрис широко раскрыты, а руки тянутся к лошади. Маверик забирает ее из рук Бет и усаживает ее позади, крепко прижимая к себе и напевая «Лошадка-лошадка». Дочь смеется, но начинает тереть глаза.

Джесси говорит, что идет в уборную, но через несколько мгновений возвращается со своей коробкой. Упаковка неплотно завернута, и он старается не уронить ее.

— Тейлор, это для вас с Айрис.

Мой пульс учащается, и на глаза снова наворачиваются слезы. Это слишком важный момент. Все, кого я люблю, находятся в этой же комнате, и все они устремляют на меня теплые, нетерпеливые взгляды, призывая открыть коробку. Когда я заглядываю внутрь, мое сердце подпрыгивает. Крошечный кремово-коричневый щенок смотрит на меня прищуренными глазами и блестящим мокрым носом. Он встает, благодарный за свободу, и я беру его на руки. Я вдыхаю щенячий запах и чувствую, как он щиплет меня за ухо.