— Коллин? Это ещё что за имя?

— Ты шутишь? Имя идеальное. Это ведь прям вылиты Коллин. Не говори, что ты этого не видишь.

Я тихо смеюсь, пролистывая к следующему фото.

— А это новенький? — На снимке — чуть меньшая белка с гораздо более пушистым хвостом.

— Ага. Имя ещё не придумал. Но он ведь новый, правда? Ты раньше его видела?

— Надо будет сравнить с моими снимками, чтобы убедиться, но, кажется, нет.

Я пролистываю фото ещё раз, но случайно делаю лишний свайп, и на экране появляется другое изображение. У меня перехватывает дыхание. Это фотография со дня, когда мы были в бассейне, только на ней отчётливо видно моё лицо. Я улыбаюсь, одной рукой откидываю мокрые волосы и держу их, словно собирая в хвост, а через плечо смотрю назад с выражением, в котором вот-вот вспыхнет смех.

Флинт бросает взгляд и, видимо, понимает, почему я замолчала.

— Боже, Одри. Извини. Это… Мне надо было спросить, прежде чем сохранить. Просто я… — Он обрывает себя и поднимает руку, проводя ею по волосам. Тихо ругается. — Наверное, выгляжу полным извращенцем.

Я выдыхаю со смешком.

— Я знала, что ты меня фотографируешь, Флинт. Всё в порядке.

Он кивает.

— Просто… — Он прочищает горло. — Мне очень нравится это фото с тобой.

Я сглатываю. Ему нравится моё фото?

Жар мгновенно пронзает всё тело — от кончиков пальцев до самых пяток. Я понимаю, что это всего лишь всплеск адреналина и норэпинефрина, из-за которого кожа кажется горячей и чувствительной. Это гормоны, не логика. Мне не стоит позволять им влиять на мои мысли.

Но он сохранил мою фотографию в телефоне. Ему настолько нравится, как я выгляжу, что он добавил её в избранное.

— Спасибо, — тихо говорю я. Вдыхаю, надеясь, что он не заметит, как дрожит мой голос. — Правда, ничего страшного, что ты её сохранил.

Он приподнимает брови, в глазах вспыхивает что-то похожее на надежду, и это не должно удивлять. Флинт ведь сказал, что я ему нравлюсь.

Ну, не совсем сказал. Он сказал, что желание поцеловать меня не было притворством. Но если подумать, это ведь не одно и то же. Он вполне может хотеть меня поцеловать и при этом не хотеть настоящих отношений. Но в то же время это на него не похоже. Флинт не выглядит мужчиной, который увлекается ни к чему не обязывающими интрижками. Хотя, может, я ошибаюсь. Но вряд ли.

Мы паркуем пикап на стоянке у аэропорта, откуда позже его заберут братья Флинта. Прежде чем выйти, он надевает бейсболку, потом натягивает капюшон поверх неё. Завершает образ тёмными солнцезащитными очками.

Надо отдать ему должное. Если бы я не знала, кто он такой, могла бы и не узнать. Хотя я, наверное, не самый объективный судья — месяц назад я вообще не имела ни малейшего понятия, кто он.

Он достаёт из машины мои чемоданы и один свой, и я уже начинаю сомневаться, как мы всё это дотащим до терминала. Но не успеваю даже открыть рот, как появляется Нейт с тележкой для багажа.

— Спасибо, дружище, — говорит Флинт и помогает Нейту всё загрузить. Потом протягивает мне руку, быстро сжимает мои пальцы, переплетая их со своими. — Просто доверься мне, ладно? Я со всем справлюсь.

Я киваю, понимая, что действительно ему доверяю.

И, возможно, это пугает меня даже сильнее, чем папарацци.

Одри

Это самое странное ощущение на свете.

Все смотрят на нас.

Флинт крепко держит меня за руку, а Нейт, похожий на гору, идёт в нескольких шагах впереди, так что я не чувствую себя в опасности. Но все эти взгляды — это самое дезориентирующее чувство, которое я когда-либо испытывала.

В очереди на досмотр Флинт притягивает меня ближе.

— Одри, хватит смотреть на людей, ладно? — говорит он мягко, совсем не в наказание, но мои щеки всё равно заливаются жаром, хотя, может, это от его тёплого дыхания, скользящего по моему уху. — Если посмотришь кому-то в глаза — это как приглашение к разговору. А достаточно одному подойти, и плотина прорвётся. Все подойдут, и мы никогда не дойдём до выхода на посадку.

Я киваю.

— Поняла. Без зрительного контакта.

Он обнимает меня и прижимает к себе. К своей тёплой, надёжной, восхитительно потрясающей груди.

— Просто смотри на меня, — шепчет он в мои волосы.

Позади нас кто-то выкрикивает его имя. Я вздрагиваю и начинаю оборачиваться — рефлекс, но рука Флинта крепче прижимает меня к себе.

— Не смотри, — шепчет он, и я расслабляюсь, обнимая его за талию так, что мы оказываемся лицом к лицу. Я прижимаюсь лбом к его груди и тихо стону.

— Это не специально. Просто автоматическая реакция. Как ты сдерживаешься?

— Практика, — отвечает он. — Кстати, ты отлично справляешься с ролью подруги. — Его руки чуть сильнее обнимают меня.

— Правда?

— Ммм-хм. Я уже почти сам поверил, хотя знаю, что ты всё это играешь.

Стоять вот так, в объятиях Флинта, удивительно легко, и я даже расстраиваюсь, когда приходится отойти, чтобы пройти через рамку металлоискателя.

Сотрудница TSA (*Transportation Security Administration — это агентство в США, отвечающее за обеспечение безопасности на транспорте, в первую очередь в аэропортах и на авиаперелётах.) на другом конце просит сфотографироваться с Флинтом, и он с лёгкой улыбкой становится рядом, обнимая её за плечи, пока её напарник делает снимок.

Вернувшись ко мне, он снова берёт меня за руку и подносит к губам, целуя чуть выше костяшек пальцев.

И это он считает, что я хорошо изображаю подругу? Да я просто таю у него в руках.

Я думаю, мы сразу направимся к выходу, ведь посадка уже началась, но вместо этого мы с Флинтом отделяемся от Нейта и Джони и заходим в зал ожидания для частых пассажиров. Там почти никого — возможно, из-за времени суток? — и Флинт сразу стягивает капюшон и снимает очки.

— Не торопишься на посадку?

Он качает головой.

— Нейт с Джони зайдут первыми, предупредят сотрудников, что мы подходим. Потом напишут, когда почти все будут на борту, чтобы нам не пришлось сидеть, пока мимо нас проходит толпа.

— Ух, сколько всего тебе приходится учитывать.

Он улыбается — тем лёгким, расслабленным выражением, которое я начинаю обожать.

— Голодна? — Он осматривается. — Здесь обычно бывают закуски. И туалеты. Удобно, когда не хочешь, чтобы тебя поймали возле кабинки.

Я приподнимаю брови.

— С тобой и правда такое случалось?

— Больше раз, чем я могу сосчитать.

Мы вместе подходим к столу с угощениями и напитками. Чуть дальше за стойкой бармен наливает пиво пожилому мужчине.

Флинт кладёт руки мне на плечи, мягко сжимая.

— У нас всего несколько минут. Я схожу в туалет, пока есть возможность. Ты справишься одна? — Его взгляд метается по залу, словно он и правда беспокоится о моей безопасности.

Кроме нас и мужчины у бара, никого нет, но его забота всё равно приятна.

— Всё будет хорошо, — говорю я.

Он наклоняется и целует меня в лоб.

— Сейчас вернусь.

Я закрываю глаза всего на секунду. Так легко поддаться. Просто впитать всё его внимание, обернуть его вокруг сердца. Отбросить страх, который стоит передо мной, как бетонная стена, и просто… посмотреть, что будет.

Смогла бы я? Могла бы я…

— Боже мой. Вы правда встречаетесь с Флинтом Хоторном? Это же он, да? Клянусь, если это не он, то у вашего парня есть его двойник.

Женщина появилась из ниоткуда — правда ли она вошла за то короткое время, пока я моргнула? — и теперь стоит опасно близко. Её взгляд странный. Она не просто ждёт ответа, она будто считает, что имеет на него право.

Я понимаю, что цель всей этой поездки — создать образ пары. Но обязательно ли делать это прямо сейчас?

Я отступаю на шаг.

— Да, смешно, правда? Ему часто это говорят.

Женщина хмурится.

— То есть, это не он?

Я краем глаза замечаю, как Флинт выходит из туалета. Делаю ещё шаг назад — от неё и к нему.

— Извините. Мне нужно идти.