— Нет, — хрустальным голосом произнесла Гликерия. — Не совсем так. Во-первых, сокровищница под землей и сделана так, чтоб выдержать любой пожар. Во-вторых, там камни, которые связаны с аурой потомков той династии, но если заменить некоторые из них и настроить на вашу, мой император, то люди поверят, что реликвия приняла вас.

Ларс сморщился.

— На кой мне эта корона. А вот если что-то из сокровищ уцелело — это хорошо. Они нам пригодятся.

— Ларс, не высказывай своё невежество, — чуть заплетающимся языком проговорил Коракс. — Вскоре нам предстоит вступить в переговоры с правителями ассуринских городов, и корона может быть решающим фактором. Никто не посмеет сказать, что власть захватил какой-то непонятный ритреанец.

Коракс перевел взгляд на Гликерию.

— Интересно, откуда столь юная особа может обладать подобными знаниями?

— Меня привезли из Ринави еще маленькой девочкой. Я росла при дворе императора и получила хорошее образование. А потом он отдал меня своему легату.

— Мне тоже пытались дать образование, но подобные знания доступны единицам. Даже наш зануда-эльф и то такого не умеет. Ларс, а куда пропал Вальд? Небось ушел к жене, я тоже пойду, пожалуй.

Ларс окинул взглядом зал. Один из моряков схватил Майю и посадил к себе на колени, она выглядела необычайно испуганной.

— Вал, отпусти её. Девушки, идите в свои комнаты. Ужин окончен, — произнес Ларс и перевел взгляд на Гликерию.

— Ты тоже можешь идти.

— Позвольте мне еще немного посидеть рядом с вами, мой император, — пропела она.

Ларс пристально посмотрел ей в глаза. Где-то он уже видел эти красные отблески, но не мог вспомнить — где. Сознание затуманивалось, в нем вновь начала подниматься горячая волна желания. Тем временем девушка налила ему вина и протянула, держа чашу двумя руками. Её яркие губы приоткрылись. Ларс провел кончиком пальцев по их контуру, и почувствовал горячее дыхание и легкий поцелуй.

В её глазах светилось откровенное желание. Ларса накрыло с головой, казалось, он овладеет ей прямо в зале. В его воображении он уже опрокидывал её перед всеми на стол.

— Пойдем, — хрипло произнес он, взял Гликерию за руку, и они вместе вышли из зала.

Едва они оказались в спальне, как Ларс сорвал с неё тунику и накрыл губами губы. На вкус она была словно мед с перцем. Он толкнул её на кровать, навалился сверху, заставив раздвинуть ноги и резко вошел в неё. Она застонала, выгнулась, подавшись бедрами к нему. Он сжал её грудь и начал двигаться в бешеном ритме, ощущая отголоски её боли, смешанной с наслаждением. И ему хотелось, растерзать это нежное тело, раздавить, смять. Когда в её стонах осталась лишь боль, тьма затопила всё его существо, и тело пронзила тысяча молний, расходящихся сладостными разрядами.

Спустя несколько мгновений он лежал рядом, бешеное напряжение схлынуло, а голова чуть очистилась. Начав обретать способность ясно мыслить, он почувствовал, как теплые губы, едва касаясь кожи, спускаются все ниже. Горячая волна хлынула к бедрам, одержимость вновь озахлестнула его сознание.

Уна растерянно посмотрела вслед скрывшемуся в портале Клейну и беспокойно заозиралась по сторонам. Что будет дальше? Когда начнут формировать группу в экспедицию? А вдруг её, и правда, не возьмут⁈ И тут она заметила, что полковник Сейдо не торопится покидать поляну. Он стоял у трибуны и рассматривал её. Под тяжелым взглядом желтых глаз она поежилась, но решила, что просто обязана подойти и попытаться убедить этого человека, что без неё в экспедиции никак. Чем ближе она подходила к полковнику, тем шире становилась его пугающая улыбка. Когда осталось пара метров, ей захотелось развернуться и убежать. Но Уна не привыкла отступать перед трудностями.

— Я восхищен вашими талантами равно как и красотой, — произнес Сейдо.

Уна растерялась окончательно. Она никогда не считала себя красивой, более того, старалась делать всё, чтоб её воспринимали как серьезного ученого, а не как хорошенькую девушку. Именно для этого она сбрила волосы на голове и предпочитала самую строгую одежду. Сейчас она растеряла слова, но идти на попятный было поздно, поэтому Уна спросило то, что беспокоило её больше всего.

— Спасибо, скажите, а вы ведь включите меня в экспедицию?

Сейдо рассмеялся, а Уна поняла, что в ней поднимается злость.

— А почему ты не обратилась с этой просьбой к своему профессору?

— Он был вынужден уйти очень внезапно.

— Ах да, его же забрали стражи порядка. Печальная история. Полагаю, что он вообще теперь не будет участвовать в эксперименте. Поэтому твоя кандидатура незаменима.

— Но он же всего лишь нарушил правила парковки!

— Профессор Коракс постоянно нарушает все мыслимые и немыслимые правила, пользуясь дружескими связями в некоторых структурах. Но существует закон об антиобщественном поведении. Полагаю, что он сделал достаточно, чтоб попасть под него.

— Но ведь он никому не принес вреда!

— Это будут решать соответствующие органы. А ты можешь начинать собирать вещи. Они должны быть удобными, равно как и обувь. Всем остальным мы тебя обеспечим. Через двадцать дней отправляемся на Пеллу.

Уна попрощалась с полковником и направилась к месту открытия общественных порталов. Опять вспомнился профессор Коракс. Неужели его так надолго арестуют?

Выйдя из портала, она попыталась соединиться с ним по инфобраслету, но тот не отвечал.

Сейдо проводил взглядом девушку. Как бы она не скрывала фигуру в мешковатом платье, сразу было понятно, что формы у неё отменные. Впрочем, в Конгломерате существует масса красивых девушек на любой вкус, и большинство из них он может получить без промедления, от Уны ему нужно было нечто совсем иное. Впрочем, ничто не мешает совместить приятное с полезным. Важно, чтоб Коракс остался сидеть в тюрьме, в ожидании разбирательств, пока они направятся на Пеллу. Он прикоснулся к инфорбраслету, мысленно называя имя главы КБК и тут же услышал в голове его голос:

«Слушаю тебя, Сейдо»

«Вам уже доложили о том, что произошло на заседании?»

«Нет, мне не до этого. Ты занят этим делом, и я спокоен. Драконы нам не нужны. Верю, что ты обеспечишь это».

«Сегодня арестовали профессора Клейна Коракса. Вы можете сделать так, чтоб он пробыл в заключение хотя бы дней сто?»

«Клейн Коракс? Герой революции? Ты же знаешь — какие у него друзья! Ну я постараюсь. Позвони в управление стражей порядка и прикажи, чтоб ему запретили связь с внешним миром. Будем надеяться, что его покровители его не хватятся».

Клейн вышел из портала вместе со стражами. Он не сопротивлялся, так как прекрасно знал, что самый быстрый способ выбраться из этой маленькой неприятности — дождаться, пока его примет глава пункта по контролю за общественным порядком, и уверить его, что он готов заплатить штраф и принять участие в общественных работах. Это не обязательно было делать немедленно, допускалось отработать в течение года. Клейну нравилось трудиться на благо общества, ведь с его даром он легко справлялся с самыми тяжелыми заданиями.

Они вошли в серое квадратное здание, его тут же провели в камеру из небирула. Несмотря на весь технический прогресс, это было лучшее место для содержания пленных магов.

— Вы должны полностью раздеться и сдать нам все технические приспособления и украшения, — сказала стражница, темная магиана.

Клейн не смог удержаться от ехидной улыбки.

— Прежде чем я тут устрою вам стриптиз, мне необходимо позвонить. А так с удовольствием продемонстрирую своё немолодое, но всё еще прекрасное тело такой милой стражнице.

Кажется, она всё же смутилась.

— Нам пришло указание сверху не позволять вам ни с кем коммуницировать. А вот язвить не стоит, а то вам впаяют еще и сексуальные домогательства, — мирно заметил её напарник.

Клейн расхохотался.

— Мне или ей? Это разве не противозаконно раздевать арестованных?

— В новых законах об этом нет никаких указаний.