Крас спокойно поднял бровь:

— Это ещё почему?

— Ставки двадцать к одному на твой нокаут в первую минуту, — прошептал Габенс. — Это значит, Шито задействует ВСЕ свои боевые импланты. Он тебя… — голос сержанта дрогнул, — он тебя просто размажет по рингу.

Вместо ожидаемой паники, лицо Краса озарилось хищной ухмылкой.

— Габенс, два вопроса: сколько ты должен этому ублюдку в общей сложности и сколько у тебя осталось на счёту?

Сержант отпрянул, почуяв неладное:

— Мёрфи, мне не нравится твой тон… Ну, если считать с процентами, то около ста семидесяти тысяч. Денег нет вообще, но я могу быстро занять пару тысяч у тётки — скажу, что штраф нужно срочно оплатить. Она ненавидит, когда позорят фамилию, так что переведёт без вопросов, хоть потом и устроит разнос.

Крас медленно кивнул, в глазах загорелись знакомые Габенсу искорки азарта.

— Хорошо, пусть твоя тётка переводит все деньги. Ставь всё на мою победу… — он сделал драматическую паузу, — в течение первых пятнадцати секунд. Коэффициент наверняка будет выше?

Габенс схватился за голову, его пальцы впились в коротко стриженные волосы:

— Ты совсем рехнулся⁈ — прошипел он, озираясь по сторонам. — Я же говорю, Шито — чемпион гарнизона среди офицеров! Его здесь терпят только из-за боевых качеств, несмотря на весь его скотский характер!

Капли пота стекали по вискам сержанта, когда он заглянул в меню ставок рассчитанного М. У. Л. И:

— Хотя… на таких сумасшедших условиях коэффициент действительно 100 к 1… Но Мёрфи, это же чистое самоубийство!

Крас положил свою единственную руку на плечо дрожащего товарища. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная уверенность:

— Просто сделай, как я сказал. Если проиграешь — я верну тебе вдвое больше вечером.

Габенс издал нервный смешок, больше похожий на икоту:

— Хе-хе-хе… Если, конечно, останешься жив к вечеру…

Его пальцы дрожали, когда он мысленно отдавал приказ на ставку в терминале. Голограмма подтверждения вспыхнула перед глазами кроваво-красным светом, будто предупреждая о безумии этого решения.

В этот момент по громкой связи раздался металлический голос:

— Рядовой Мёрфи-Алек-Си, на ринг! Повторяю — рядовой Мёрфи на ринг немедленно!

Крас медленно снял китель, оставшись в обтягивающей чёрной майке, подчёркивавшей его мускулатуру. Он бросил последний взгляд на бледного как мел Габенса:

— Иди и смотри, как твой долг превратится в состояние.

Парни быстро добрались до ринга номер шесть — Габенс, несмотря на свою нервозность, знал комплекс как свои пять пальцев. Пятёрка подручных Шито следовала за ними по пятам, словно стая голодных гиен, не скрывая хищных ухмылок.

Крас невольно замер, увидев, что их арену окружала огромная толпа — гораздо больше, чем на всех остальных поединках, включая главный бой вечера. «Черт возьми, да этот урод здесь настоящая звезда», — подумал герой, ощущая на себе сотни любопытных взглядов.

В голове мелькнула мысль:

«Может, забить на это? Отдать Габенсу деньги вечером, немного побегать по рингу, пропустить пару ударов для вида и сдаться?..»

Но тут же внутренний голос возразил:

' Нет, это не в моём стиле, да и нужно проучить собаку зарвавшуюся, иначе он потом не отстанет от Габенса да и от меня тоже. Зависимость сержанта я вечером полечу, а вот отвадить всяких мудаков удалённо не получиться, лучше сразу завалить главного мудака и показать, кто здесь главный'.

Поднявшись на ринг, Крас скромно занял позицию в углу, опершись спиной о канаты. В противоположность ему, Шито разгуливал по площадке, как петух на птичьем дворе, поднимая руки и подстрекая толпу на крики. Его ирокез топорщился от адреналина, а разноцветные глаза сверкали предвкушением расправы.

Как только прозвучал сигнал к началу боя, противники сошлись в центре. Шито нервно подпрыгивал на месте, его мускулы неестественно вздрагивали под кожей. Крас незаметно активировал сканирование — и едва не присвистнул. Тело бугая было буквально нашпиговано имплантами: Надпочечники — химические стимуляторы. Печень — фильтрующий модуль. Сердце — механический усилитель. Глаза — боевые сканеры. Кости конечностей — укрепляющие каркасы. Все системы были активны и жужжали, как улей разъярённых пчёл. Шито явно не планировал сдерживаться.

— Ну что, калека, — прошипел он, сжимая кулаки, где с характерным щелчком на костяшках выдвинулись тупые пластины, — готов получить урок?

Крас лишь улыбнулся в ответ, принимая боевую стойку. В его глазах вспыхнуло то самое опасное свечение, которое видели лишь те, кому не посчастливилось стать его настоящим противником…

Между бойцами внезапно материализовалась голографическая перегородка, вспыхнув кроваво-красным светом. Толпа замерла в ожидании. Цвет сменился на предупреждающий жёлтый, а затем на разрешающий зелёный — сигнал к началу боя.

Шито не стал церемониться. С характерным щелчком активированных имплантов он ринулся в атаку, его движения превратились в размытые полосы. Серия ударов — левый хук, правый апперкот, низкий лоу-кик — обрушилась на Краса. Два точных попадания заставили героя скривиться от боли, но он продолжал молча наблюдать, анализируя скорость противника.

«Интересно… примерно в 3.8 раза быстрее обычного человека», — холодно констатировал Крас, решая ограничиться четырёхкратным ускорением собственных реакций. Даже эта демонстративная «медлительность» вызвала шок у зрителей — они редко видели, чтобы кто-то мог хотя бы уворачиваться от атак Шито, не говоря уже о парировании.

Однако расчёты показали, что противник все же сохранял небольшое преимущество в скорости. С едва заметной усмешкой Крас добавил ещё полтора кратного ускорения своим мышцам.

В углу зрения мерцал таймер, любезно предоставленный М. У. Л. И. — 10 секунд… 9… 8… Несмотря на бешеную гонку по рингу и два десятка проведённых Шито ударов, реальное время едва перевалило за отметку в 10 секунд.

На 11-й секунде Крас перешёл в контратаку. В момент очередного выпада противника он совершил элегантный разворот на 180 градусов, сопровождаемый мощным круговым ударом ноги в грудь. Точное попадание в солнечное сплетение на выдохе — как учил мастер Тушу — вызвало временный паралич диафрагмы.

Шито замер с широко раскрытыми глазами, его импланты беспомощно замигали. В этот момент Крас мысленно отметил:

«Нервный узел — как часы. Точность — вежливость королей. Если знать, куда бить, то и слона свалить можно».

Толпа взорвалась смешанными возгласами — кто-то кричал от восторга, кто-то в ярости рвал билеты. Габенс же стоял как вкопанный, его лицо выражало чистый ужас, смешанный с зарождающейся надеждой.

Шито застыл посреди ринга, словно марионетка с оборванными нитями, его огромное тело дрожало от неконтролируемых спазмов. Крас не стал терять драгоценные секунды — стремительным рывком он сократил дистанцию и с мощным выдохом вложил всю силу в апперкот, бьющий снизу вверх.

Удар пришёлся с хирургической точностью — ровно под подбородок, где даже защитная капа не смогла смягчить разрушительную силу. Красу отчётливо передалось жутковатое ощущение ломающихся костей — челюсть Шито треснула пополам с характерным хрустом.

Импульс был настолько мощным, что массивное тело противника буквально взлетело в воздух, перевернулось через канаты и рухнуло за пределами ринга, оставив после себя кровавый след из выбитых зубов. Таймер в поле зрения Краса замер на отметке 14.37 секунды.

На мгновение воцарилась мёртвая тишина. Тысячи зрителей застыли с открытыми ртами, не в силах осознать произошедшее. Даже комментаторы потеряли дар речи.

— Харгус… — наконец раздался чей-то охрипший голос из толпы, — зачем я все деньги на этого урода поставил⁈

Этот возглас словно снял невидимые оковы. Арена взорвалась хаосом эмоций:

Группа студентов в дальних рядах бесновалась, показывая билеты — их шуточная ставка в 100 юнитов на новичка только принесла 5 000; Богатые бизнесмены в VIP-ложах рвали на себе дорогие костюмы; Несколько офицеров в первых рядах побледнели, осознавая, что только что лишились годового жалования.