Он приподнялся, провёл рукой над раной и тихо шепнул какое-то заклятие.

— Как ты думаешь я до лечебницы добрёл? А, малая?

Вопросов стало ещё больше. Такими заклятиями владеют только патрульные, но Айво в егерской одежде. Странно. Разжаловали его, что-ли?

— Ты же патрульный? — делая первый прокол и поддевая распоротую мышцу иглой, спросила я.

— Ага, патрульный.

— А почему в егерской одежде? — поинтересовалась я, делая очередной стежок и узел.

— На задании были, — серьёзно ответил Айво, — только тебе это не положено знать.

— Теперь знаю, — улыбнулась я.

— Проболтаешься, прокляну! — пригрозил Айво, но потом хохотнул, — ты лекарка, а значит всё, что слышишь от пациентов обязана хранить в тайне.

— Естественно. Этика лечебника, куда ж без неё. Всё. Готово. Не шевелись, сейчас повязку наложу.

Я щедро смазала рану заживляющей мазью, наложила плотную повязку и, распрощавшись с Айво, взялась за следующего егеря, который на поверку тоже оказался патрульным. Его я знала только в лицо, потом что он несколько раз, на моей памяти, заходил в аптеку к Аэлу.

Работы хватило до конца моей смены. А вот на учёбу времени не осталось. Я переоделась, закинула сумку с нетронутой домашкой на плечо и грустно поплелась к выходу, где меня догнала Лея.

— Рэй, слушай. Можно я потом верну тебе твой шарф?

Ой, я уже и забыла, что отдала его Лее. Весь шкаф перерыла, думала опять посеяла где-то.

— Носи, конечно. Я его вечно забываю. Пусть вообще у тебя останется. Подарок в честь чего-нибудь.

Лея засмеялась.

— Спасибо, Рэй. Люблю подарки в честь чего-нибудь.

Она расцеловала меня в обе щеки и мы распрощались.

Улицы Ранду были по колено завалены чистым снегом. В свете качающихся фонарей кружились лёгкие снежинки. И ни одной души на дорогах.

Я тихо брела по хрустким сугробам, рождая первую цепочку следов нового дня. Люблю такие дни. Тихие, нарядные. Очень редкие. Когда только ты, спящий город и белое полотно, уходящее в бесконечность.

Вскоре показались ворота Академии. Я пошарилась в кармане куртки, нащупала пропуск и ускорила шаг, на ходу решая стоит ли поспать пару часов или всё-таки лучше принять росу и засесть за домашку.

Решить этот вопрос я не успела.

— Кто позволил покинуть Академию, адептка!

Злой голос директора заставил меня замереть на месте. Я моргнула, вытащила пропуск и, держа его впереди себя на вытянутой руке, обернулась:

— Пропуск! Я работала!

В трёх шагах от меня, прямо под фонарём, стоял директор. Сердитый, как тысяча тахронгов в брачный период. Я для убедительности ткнула в воздух пропуск и неубедительно оправдалась, предчувствуя очередной выговор:

— Пропуск…я работаю в лечебнице…у профессора Лотрея Веласса.

— О, боги! Адептка Танд, — ледяной голос директора резанул по ушам и заставил задрожать, — что вам не понятно в приказе «сидеть в Академии и не высовываться»? Почему я должен повторять?

Последнюю фразу директор так гаркнул, что небольшой сугроб свалился с фонаря, а где-то неподалёку взвизгнула собака.

— Я…

— Что вы⁈ Вы опять нарушили простые правила! — директор сделал резкое движение и внезапно оказался буквально в двух шагах от меня, — я не терплю, когда нарушают мои приказы!

Губы предательски задрожали, но я взяла себя в руки. Обиженно сопя, сунула пропуск в карман, поправила капюшон, а потом…

— Да почему вы всё время на меня орёте? Я вам повода не давала! Не нравлюсь я вам, так это не мои проблемы, а ваши! Я вас на прогулку по Болотам не приглашала и ловить меня не просила! Сколько раз вам это повторить, чтобы вы уже запомнили⁈ И сейчас, что вы ко мне пристали⁈ Я просто шла домой после тяжёлой ночи, а вы… вы опять орёте! Хватит с меня! Я спать! А вы, господин директор, идите к демону! Там вам самое место! Всего хорошего!

Я развернулась на месте и бодро зашагала к воротам. «Бодро» это, конечно, сильно сказано. Ноги вдруг начали вязнуть в сугробах, сумка внезапно стала тяжеленая, так что больше пяти шагов я не сделала. Остановилась, сердито шмыгнула носом и только собралась продолжить гордое удаление с поля брани, как…

— Простите, Рэй. Не хотел вас обидеть.

Я ушам своим не поверила! И так эти слова были удивительны, что я аж замерла на месте с поднятой ногой. Медленно опустила ногу, так же медленно обернулась:

— Вы что-то сказали, директор Нейс?

Несколько секунд директор мрачно смотрел на меня, но потом его губы медленно растянулись в усмешке и лорд Нейс, с мрачной обречённостью в голосе, произнёс:

— Принёс свои извинения, Рэй, — его улыбка стала ещё шире, когда он увидел, как я раскрыла рот от удивления, — поужинайте со мной.

А вот это было совсем неожиданно. Я захлопнула рот и помотала головой.

— Нет? — печально спросил директор.

— Н-нет, — заикаясь, ответила я, — сейчас время завтрака. Ужин давно прошёл.

— Тогда позавтракайте, — послышался тихий, завораживающий смех лорда Нейса, — клянусь, орать не буду.

Моё дурное сердце радостно кувыркнулось в груди, а не менее дурная голова согласно кивнула, но ответила я другое:

— Нет.

— Прошу, Рэй. Мне надоело давиться едой в одиночку.

И что-то такое было в его голосе, что моя выдержка с треском развалилась.

— Хорошо, господин директор. Я принимаю ваше приглашение на завтрак, — ответила я со всем достоинством, которое у меня было.

Данайна бы мной гордилась. В этот момент я была истинная леди из южного рода.

— Замечательно, — отозвался лорд Нейс и протянул мне руку, — прошу.

У меня сердце замерло, когда я коснулась руки директора. А он невозмутимо открыл портал и мы шагнули в снежную вьюгу, чтобы выйти уже в огромной, изящно обставленной комнате. Я затаила дыхание.

— Мы в моём доме, — пояснил директор, отпуская мою руку, но заметив, как я дёрнулась, пояснил со смехом, — в доме на территории Академии. Или вы решили, что я вас умыкнул в своё имение? Думаете, решил исполнить обещание запереть вас в чулане?

— Ни чего я не подумала, — обиженно буркнула я, снимая с плеча сумку.

Хотя, на самом деле, именно это я и подумала. А что я ещё могла подумать, когда очутилась в подобном месте? Я то думала мы в местную таверну прибудем, а тут… Просто никогда раньше не была в директорском доме. Повода не было. Вот и растерялась немного.

— Давай помогу, — лорд Нейс вдруг оказался позади меня, — куртку не мешало бы просушить возле камина.

Кивнула головой и расстегнула пуговицы, директор непринуждённо помог мне её снять. Словно каждый день так делал. А потом так же непринуждённо повесил куртку на спинку кресла возле тлеющего камина.

— Замёрзла? Сейчас это исправим.

Огонь в камине взметнулся вверх, а дрова так заполыхали, что в трубе загудело.

— Так гораздо лучше, — улыбнулся директор, снял плащ и небрежно бросил на кресло рядом с моей курткой.

И я только сейчас заметила, что это был тот самый егерский плащ, в котором лорд Нейс бродил на Болотах в день нашего знакомства. Директор проследил за моим взглядом, хмыкнул и пояснил:

— Удобный.

И всё. И больше никаких подробностей. А меня уже стала удивлять такая частота использования одежды егерей за сегодня. Сначала патрульные, теперь лорд Нейс. Как-то это всё…

Я неуверенно взглянула на директора и только сейчас заметила, что вид у него очень уставший. Словно он ночей пять не спал, а теперь держится на каком-то внутреннем резерве, совершенно непостижимом для меня.

Лорд Нейс почему-то тяжело вздохнул, встрепал пятернёй русые волосы, задумчиво посмотрел на меня и спросил:

— Чай?

— Было бы не плохо, — согласилась я, — а где у вас…э-мм…руки помыть можно?

— Через ту дверь, прямо по коридору. Я провожу.

— Думаете, я смогу тут заплутать?

— Всё может быть, — немного хитрая улыбка скользнула по губам директора, — я и сам частенько тут плутаю.

Я согласно кивнула и пошла вслед за лордом Нейсом. Коридор был ярко освещён, так что опасения директора были совершенно напрасны. Тем более дверь действительно находилась прямо по коридору. Не заметить её было сложно. Но когда до нужной двери оставалось совсем немного, моё внимание привлекла совсем другая дверь. Открытая. Я на ходу заглянула туда и заметила множество схем, чертежей, чьих-то портретов, развешанных на стенах. И самое главное — в центре всего этого висела огромная карта Империи, точнее, та её часть, на которой изображён Ранду, Великие Болота и отмеченные границы территорий демонов. Я невольно замерла, но дверь тот час захлопнулась, и мне не оставалось ничего больше, как топать, куда я и собиралась.