Она вспомнила пережитую в чужой квартире атаку и подумала, что итог на тот момент лично им был ой как неясен… Но, пожалуй, это она расскажет Коле позже. И да, надо бы поинтересоваться у Ионеску, можно ли обсуждать с другом свои приключения — ту же поездку в Беловодье, например…

— Ты когда будешь на факультете? — спросила она.

Спустя пару минут, договорившись встретиться с ним в понедельник или во вторник в библиотеке, она повесила трубку и задумалась. Масштаб событий, которые прошли мимо нее, конечно, впечатлял…

И было еще кое-что. Федор взял Колю на практику. Не в ученики, конечно, но некоторый укол ревности Настя почувствовала…

Снова зазвонил телефон, Настя глянула на экран:

— Привет, Кать!

— Привет! Куда исчезла? — бывшая соседка по общежитию явно звонила не просто так. — Предупреждаю: когда появишься, опять встретят как блатную! Все считают, что точно знают: это твой эксперт договорился об индивидуальном графике сессии!

— Я так и думала, Кать, не переживай, — улыбнулась Настя. — Это действительно он договорился, кстати. Можешь подтвердить всем! Нет, даже объявление крупными буквами повесить!

Обе рассмеялись.

— Слушай, я что тебе звоню… — продолжила Катя. — У меня два приглашения на интерактивный семинар в понедельник. В шесть вечера. А у Светки новая любовь, с сессией не складывается, ну, в общем, ты понимаешь…

— Ясненько, — кивнула Настя, все еще думая о разговоре с Колей. — А что за тема?

— Дурацкая, честно говоря. «Как стать успешным политиком в двадцать пять». Но обещают кучу литературы бесплатно, интересных лекторов и возможность практики. Предлагаю пойти, если наврали — уйдем сразу.

— Согласна, — кивнула Настя. — Адрес смсни, там договоримся, где встретимся…

«Блин, надо бы все-таки Федору позвонить, спросить про Колю», — ворочалась мысль в голове…

Воскресенье у Влада не то, чтобы не задалось, но с самого утра обещало стать проблемным днем, и таким и оказалось…

…Вчера, конечно, в кафе они засиделись: пришлось рассказать друзьям и про Холдинг, и про Парщикова — о его действиях как «крота» и про смерть, — и про то, как им с Настей пришлось двое суток сидеть взаперти и даже укрываться в чужой квартире… Поэтому в «Захват», чтобы написать отчет, он приехал уже только в начале шестого. Влад понимал, что дела эти займут немало времени, а значит, речи об обзвоне фирм по установке окон и ремонту на сегодня уже не идет…

Но на столе в пустом кабинете его ждал крайне интересный документ, чтение которого очень повысило настроение. В оформленной как надо бумаге, с печатями и подписями Ионеску как генерального директора, и Хватова — как учредителя, сообщалось, что ЗАО ЧОП «Захват» берет на себя всю финансовую ответственность по возмещению ущерба, понесенного в результате проведения контртеррористической операции, владельцу квартиры №…, расположенной по адресу…, Точицкому Владиславу Сигизмундовичу, а также по возмещению ущерба домовому и придомовому имуществу, если таковой будет обнаружен.

К бумаге была приколота записка почерком Ионеску: «Влад, чеки предоставишь потом, но сильно там не шикуй! ИМЕЙ СОВЕСТЬ!». В конце был пририсован хитро прищурившийся смайлик.

Упрятав ценный документ в глубины сумки, Влад вспомнил про ключ из-под кактуса, и набрал Федотова. Тому, конечно, покидать семейный очаг в выходной по такому «пустяковому» поводу совершенно не хотелось, но Влад был крайне убедителен, и поволжский вупар таки подъехал в «Захват», очень недовольный.

Только после этого Влад, в полной мере предоставленный самому себе, смог полностью посвятить время отчетам, и закончил работу поздно, почти в десять вечера — Настя уже успела позвонить несколько раз…

И вспомнил, что опять забыл сдать «захватовский» пистолет — он по-прежнему лежал у него в сейфе, в квартире…

И вот теперь, утром воскресенья, Влад сидел в своей кухне, отклеив наполовину полиэтилен от окна и наслаждаясь проникающим в кухню свежим ветерком. Майская прохлада все же заставила его накинуть ветровку на плечи. «Грач» из «Захвата» уже висел под мышкой, чтобы не забыть потом. Влад успел заказать новую микроволновку на сайте, и ждал доставки. Музыкальный центр, по его мнению, подлежал только «очной» покупке, поэтому это дело он отложил до окончания ремонта.

Он просматривал одну за другой страницы фирм по ремонту и установке окон, и обзванивал их. Сразу отметал те, в которых предлагали предварительно встретиться в будни — по понятным причинам для него это был не вариант, он хотел договориться об объемах, материалах и цене сразу, сегодня, чтобы потом получить квартиру под ключ.

Но и с теми, кто предлагал осмотр и оценку прямо сейчас, получалось не так гладко, как хотелось бы. Уже двое прорабов или сметчиков — в терминологии Влад разбирался не очень-то, — поначалу вошедших в квартиру очень бодро и деловито, осмотрев повреждения, резко потеряли свой запал, сообщили, что тут думать надо, и поторопились покинуть помещение, поглядывая на него самого подозрительно, даже немного со страхом.

В душе он понимал, конечно, в чем дело: связываться с квартирой, в которой на полу выбоины от взрывов, а мебель и стены посечены, совершенно очевидно, осколками от гранат, строителям не хотелось, но с другой стороны — а что он мог поделать? Демонстрировать удостоверение и размахивать перед всеми бумагой от «Захвата», в которой черным по белому было написано, что ущерб нанесен в ходе контртеррористической операции, правильным ему не казалось — не та ситуация, в которой стоит провоцировать молву и слухи. Сходу предлагать цену, от которой бригада не сможет отказаться? Так Ионеску же попросил не шиковать…

Оставалось звонить, звонить, и ждать новых визитеров, более смелых…

Снова раздался звонок в домофон, и Влад пошел открывать.

Вошедший оказался спецом по окнам, молодым веселым парнем. Войдя на кухню и осмотревшись, он чуть не прыснул:

— Чувак, у тебя тут что, теракт был?!

Влад поколебался, потом недовольно кивнул:

— Да. В комнате то же самое.

Неведомо почему парень откровенно заржал, но, тем не менее, принялся за дело, и, насколько Влад мог оценить, делал его споро и профессионально, даже несмотря на то, что подавить рвущийся наружу смех при взгляде на «дизайн» ему было очень сложно.

Наконец, мастер закончил и осведомился сквозь хихиканье:

— У тебя бумажка какая-нибудь есть, что это действительно теракт?

Влад разозлился: что за идиотский интерес, в конце концов?!

— Не пойми… неправильно, — замерщик, похоже, буквально давился смехом. — Чувак, это впервые… в нашей фирме! Хозяин… Хозяин с девяносто девятого держит стопроцентную скидку пострадавшим от терактов! Это, конечно, рекламный ход, но… все честно! А ты… Ты попал, короче! На эту льготу! Получается… Бесплатная установка! Все по-честному!

Влад ошеломленно заморгал. Покопался в сумке, достал свой ценный документ… Парень сфотографировал его на смартфон и осведомился:

— А какой-нибудь акт есть? Ну, официальная бумага? Экспертиза?

Влад пожал плечами — озаботиться этим вопросом ему не пришло в голову…

Впрочем, ладно. Он показал удостоверение, и, покривив душой, сказал:

— Секретно пока, экспертиза у следователей. А жить где-то надо… В новостях за эту неделю были подробности, которые можно сообщать…

Парень вдруг посмотрел на него по-другому, с уважением: то ли проникся самим видом удостоверения, то ли слышал шум вокруг «Захвата» и теракта против сотрудников правоохранительных органов, и теперь связал одно с другим…

— Ладно, я закончил. Через пару часов вам перезвонят подтвердить заказ, — о неожиданно перешел на вы. — Я знаю, что при таких делах акт обычно требуется, но, поскольку это действительно первый случай за все время существования фирмы, начальство почти наверняка пойдет вам навстречу. Скидка стопроцентная, повторю.

Влад проводил парня, и подумал, что, пока ему не перезвонят, другие оконные фирмы он искать не будет: бесплатная установка окон — это было очень круто! Да и потом можно будет «шикануть» на чем-нибудь другом…