— Готово, — объявил он по радио.

— У меня тоже почти готово, — ответил профессор Морозов. — Фиксаторы очень оригинальные, боялся сломать. Химблок… установлен.

— Рад слышать, — ответил Виктор. — Иоланта, пошли смотреть. Иоланта?

Девушка не отвечала. Виктор зажал под мышкой сварочник, подхватил трофейную батарею и вышел за дверь на пандус. Иоланту увидел сразу — она стояла у парапета и смотрела куда-то в сторону. С поднятыми руками. И тут со всех сторон зажглось сразу несколько фонарей. Виктор отпустил батарею и сварочник — они медленно полетели на пол — и плавно, без резких движений, поднял руки.

В вакууме не слышно звуков. Ни шагов, ни голосов. При известной осторожности можно подойти к кому угодно хоть в упор. Особенно если в армии его не готовили к бою в вакууме. Хотя, что толку обманывать? Особенно если он расслабился и даже не выставил охранение. И вот результат — вокруг стояли странные люди в разнокалиберных скафандрах, бронежилетах с налетом тактической крутизны, и с имперскими карабинами под промежуточный патрон.

— У нас гости, — сказал Виктор по радио. — Враждебные!

Есть надежда, что не услышат. И вообще не поймут, что говорит — бронезабрало опущено, видно только глаза.

— А? Что? Где? — засуетился профессор.

И тут же его перекрыл другой голос.

— Умный, да?

Один из незнакомцев вышел вперед. Карабин у него висел на ремне спереди, а в руках был большой пульт с кнопками. Судя по кабелю из-за спины — выносной, от радиостанции.

"Рация армейская" — понял Виктор. — "Сканирует частоты. Сразу поймет, на каком мы канале. Особенно если трындеть без умолку". "Хризолит" по идее тоже так умел. Хотя если ребята шли в режиме радиомолчания — толку ноль.

Тем временем двое с карабинами ушли внутрь хранилища и вернулись, буксируя под руки профессора.

— Могли бы быть и повежливее, вообще-то, — вдруг сказал он.

Его тут же бросили. Он стряхнул руки, злобно оглядел всех присутствующих, а потом указал на Виктора:

— Этого держите, он крайне опасен!

Один из противников схватил Виктора сзади, поверх рук, прижав локти к корпусу. Рюкзак мешал ему сомкнуть пальцы в замок, но все равно хватка получилась мертвая. Виктор стоял практически с руками по швам, особо не пошевелишься. Еще один тип держал на прицеле Иоланту — её отчего-то скручивать не торопились. Так и стояла спиной к парапету, с автоматом под ногами — бросила, догадалась. А Виктора так и не разоружили — оружие висело через плечо по диагонали, сбоку от рюкзака и на затянутом ремне. Не смогли это распутать и просто заблокировали руки — все равно пленник сам не достанет.

Незадействованные противники, тем временем, обступили профессора. Вперед вышел тип с радиостанцией.

— Морозов? — с удивлением спросил он.

Было очень тяжело различать, кто говорит — звук идет из наушников, а под шлемами лица плохо видно. Но этого типа Виктор запомнил по голосу. И еще, похоже что все переключились на канал группы с "Кицунэ" — чтобы пленники все слышали, но ничего сами не переключали и вообще держали руки на виду.

— Морозов, Морозов, — проворчал профессор. — К вашим услугам, господа.

— Переметнулся, значит? — спросил тип с рацией.

— На себя посмотри, — огрызнулся профессор. — Вы облажались! Слово грубое, бестолковое, но для вас подойдет. Я о чем с вами договаривался?

"А вот это интересно…" — подумал Виктор. История вдруг заиграла новыми красками.

— Ты это… коней попридержи, — встрял незнакомый голос.

Кто-то из автоматчиков решил напомнить, что они тут главные. Судя по всему, тот что слева — он полшага вперед сделал.

— Вы помогаете мне послать Ли Шисаня туда, куда он заслуживает, — продолжал Морозов. — И уехать оттуда подальше. А я за это отдаю вам секретное хранилище Консорциума. Сенсационное открытие, которое вы так хотели. Договор был?

— Был, — буркнул тип с рацией.

— И?

— Мы готовились, собирали группу…

— Пока вы собирали группу, — профессор двинулся на типа с рацией. — Клоун с пистолетом и две очень легко одетые девицы закинули меня в фургон и увезли. Из-под носа у всех головорезов Ли Шисаня. И отбились по дороге и от них, и от вас. Последние две машины ваши были?

— Получается что так, — ответил тип с рацией. — Они нас опередили буквально на пару часов. Пришлось план на ходу менять… А потом началось черт знает что, до сих пор понять не можем. В первой машине один парень выжил, но он в больнице сейчас, без сознания…

"А потом окажется в полиции" — подумал Виктор. — "Например, за незаконную доработку оружия. Город держит Ли Шисань, полиция у него в кармане, его татуированных ребят не трогают. А эти залётные никому нафиг не уперлись, за них хлопотать он не будет. Заодно продажные полицейские немного поднимут себе показатели — вон, дескать, какого опасного преступника задержали, не зря тут сидим кофе пьем. И всем хорошо. Кроме вас, ребята. Ваше предприятие в ближайшее время сильно… осложнится".

Вообще, последствий могло быть очень много. Но они как-нибудь подождут — здесь и сейчас надо следить за профессором. Потому что ситуация через несколько секунд станет еще хуже. Сейчас "тип с рацией" задаст вопрос…

— …короче, Морозов, — сказал тип с рацией. — Я всё понимаю, ты попал в переплет, тебе с планеты выбраться надо было. И всё равно с кем. Но мы-то вот с этими ребятами не работаем, делиться не хотим и не будем. У нас только с тобой договор.

Остальные одобрительно загудели.

— Решай, Морозов. С кем ты.

— Договор в силе, — ответил профессор и протянул руку. — Я с вами.

Но по рукам ударить не успели.

— Ах ты ж мразь! — не сдержалась Иоланта.

Шагнула к профессору. И нарушила главное правило в подобных ситуациях — не дергайся, когда ты на мушке. У парня, который её караулил, от неожиданности дернулся палец на спуске, и переделанный карабин выпустил короткую очередь. Пули ударили в грудь девушки, она качнулась назад, перевалилась через парапет и упала в пропасть.

— Ты что творишь!!! — заорал тип с рацией.

— А я что? Она… это…

— Это блин девка! Без оружия. Прикладом бы вмазал…

— Вот сам в следующий раз и карауль всяких!

— Эх, с кем приходится работать…

Последняя фраза принадлежала профессору. Он отошел к двери и схватился за голову. Остальные галдели, махали руками и оружием. Более-менее сохранял дисциплину только парень, державший Виктора. Хотя тоже отвлекался.

"Что ж, ребята," — подумал Виктор. — "Так мы с вами не договоримся. Мы вообще больше не будем разговаривать". В армии его учили воевать с "нерегулярами", когда всё время есть шанс обознаться. В полиции полагалось задерживать подозреваемых живьем и отдавать под суд. Но в обоих случаях действовало одно правило — на "летальную силу" отвечают тем же. И сразу.

Виктор мог нормально шевелить только руками ниже локтя. Но этого хватит. Он засунул руку под щиток защиты паха, пальцы сразу нашли рукоять второго штык-ножа, который так заботливо прикрепила Юми… А то, что противник за спиной — не важно. Руки-то спереди! И он их толком не видит. Виктор развернул нож серрейтором на обухе вперед… и резанул по рукам. Сначала по одной, потом по другой. Потом уперся ногами в пол, толкнул противника спиной, прижал к парапету, добавил ножом в бедро — три раны на теле, три прорехи в скафандре, пусть латают как хотят. Только тут офигевший противник наконец заорал. Все закрутили головами — в наушниках непонятно, откуда звук. Виктор не стал ждать, пока они сориентируются — толкнул раненого на парапет, схватился за его руку и прыгнул в пропасть. Рука хрустнула — Виктор в скафандре даже при такой силе тяжести весил прилично. Было почти не страшно — наверное потому, что медленно. но через пару секунд маятник сработал. Виктор отпустил руку, полетел вниз, и кое-как успел схватиться за парапет. Он оказался на спиральном пандусе, только на этаж ниже. Перемахнул парапет и отбежал к стене, чтобы сверху не достали. Нож в ножны, дернул регулировочную пряжку, расслабил автоматный ремень, перекинул оружие вперед и снял предохранитель.