Профессор, тем временем, подошел к контрольной панели в изголовье, что-то там нажал, и пульт включился. Кнопки засветились тусклым красным светом.

— Умеете работать? — удивился Виктор. — Морозов разбирается в заморозке. Было бы символично.

— Нет, просто использую логику. Не будет пульт на таком устройстве держать подсветку включенной постоянно. Криокамера рассчитана на годы, даже на века, ей ценен каждый ватт энергии, — он склонился над пультом. — И из того, что я могу понять — энергии осталось критически мало.

— А откуда она тут бралась, кстати? — задумался Виктор. — Мы вроде бы решили, что на объекте нет питания…

Кабель нашелся сразу же. По кабелю от каждой камеры, коробка, и затем толстый кабель уходил в отверстие в стене. Судя по всему — в соседнюю комнату. Виктор выбежал обратно на пандус, подошел к соседней двери — заперто. С кодом и пломбами.

— Вскрывать с боем очень не хочется, — сказал он по радио. — Но, чисто логически, что там может быть? Долговечный источник питания для не слишком большой нагрузки. Очень долговечный. И помещается в одной комнате.

— А у вас нет с тобой детектора радиации? — вдруг спросил профессор.

— Как-то не подумал его взять, — ответил Виктор. — Хотя стоп, это армейский скафандр, в нем должен быть хотя бы простенький показометр. Сейчас вспомню… А, вот же!

Экранчик на руке, оказывается умел показывать не только ресурс патронов для очистки воздуха. Радиацию тоже показывал. Правда, Виктор понятия не имел, где находится собственно датчик от этой штуки и работает ли он. Поэтому проверил народным способом — отходил и подходил к двери.

— Фон есть, — наконец сказал он по радио. — Не опасный, но раза в три выше, чем в соседний комнате.

— Тогда, скорее всего, там РИТЭГ — ответил профессор.

— РИТЭГ? — удивилась Иоланта.

— Радиоизотопный термоэлектрический электрогенератор, — перевел профессор. — Никаких движущихся частей, очень долговечный, но мощность невелика. И радиоактивен, увы. Должно быть, потому его и поставили в отдельное помещение.

— Думаю, ничего нам не будет за пару часов с этой штукой, — предположил Виктор.

— А я думаю, что если мощность упала, то ничего мы с ним не сделаем, — проворчал Морозов. — Виктор, возвращайтесь.

— Что, даже не откроете? — спросила Иоланта.

— Если там тоже робот, — объяснил профессор. — То он активируется — кода от двери у нас нет. Я не сомневаюсь, что наш друг Виктор разберется с роботами. Но устраивать стрельбу рядом с радиоактивным прибором — плохая идея. Одной шальной пули может хватить, чтобы началось настоящее радиоактивное заражение. Конечно, мы в скафандрах, но устраивать потом дезактивацию мне не хочется.

— Мне вот тоже, — согласился Виктор. — В армии хватало этого дела.

Он вернулся в комнату с криокамерами. Иоланта с профессором как раз пытались оттереть иней со стекла. Оказалось, что обмерзло в основном изнутри. тем не менее, в свете мощного фонаря можно было разглядеть смутный силуэт.

— Думаю, тем женщина, — сказала Иоланта. — Если мужчина, то некрупный и тощий какой-то.

— Все веселее и веселее, — проворчал Виктор. — До "Кицунэ" довезем? Там-то есть розетка.

— Не факт, — вздохнул профессор. — Есть вероятность, что кто бы ни был в этой камере, он уже… К тому же режим работы какой-то странный.

— Поясните.

— Тут помимо аккумулятора есть "химический блок" с расходными материалами.

— Вон тот чемодан сбоку? — Виктор показал лучом фонаря.

— Именно так. По идее, он должен расходоваться равномерно. Но, судя по панели, одни компоненты почти нетронуты, тогда как другие — израсходованы полностью.

— Неисправность?

— Я считаю, что режим задан вручную. Но это не настройки для человека, это ерунда какая-то.

"А я предполагаю, что это значит" — подумал Виктор. — "Но вам, ребята, не скажу".

— Что нужно? — спросил он вслух.

— Я попробую переставить химический блок с соседней камеры, — ответил профессор. — Найдите электричество. Нужен хороший источник питания. Батареек от фонарей здесь, увы, не хватит.

— Да тут куда не сунься — роботы повылазят, — проворчал Виктор. — Проще обратно на "Кицунэ" сбегать. Хотя стоп… Есть идея. Иоланта, пошли.

— Куда? — встрепенулась девушка. — Что ты собрался делать?

— Разделывать добычу. Захвати с собой сварочник, и свежую батарею.

***

Профессора от греха подальше закрыли в комнате с криокамерами. Не на щеколду, конечно, просто прикрыли дверь. А сами подошли к дальнему ящику с роботом. Виктор кое-как пристроил автомат за спиной — двухэтажный рюкзак мешал — и взялся за сварочный аппарат.

— Да положи ты оружие на пол, — ворчала Иоланта. — Никто не украдёт.

— Армейский рефлекс, — отмахнулся Виктор. — Если что-то к тебе не прицеплено — значит, ты это потерял.

Он включил сварочник, добавил мощности, прикинул, как расположен робот внутри ящика и начал резать. Металл был толстенный и поддавался плохо, искры летели по всему помещению и подолгу не падали на пол, медленно затухая прямо в полете — низкая сила тяжести творила чудеса.

— Жестко вас дрессировали, — поддержала разговор Иоланта.

— А то! Если ты на улице, у тебя с собой аптечка и фляга. Летом — даже две фляги. И не дай бог ты что-то из этого потеряешь.

— Накажут?

— Нет. Просто дадут вместо фляги, скажем, канистру. Литров на двадцать. И будешь ты с ней ходить вообще везде. У нас один парень, мой сосед по казарме, потерял аптечку. И получил вместо неё подсумок под пулеметный короб. На двести патронов.

— Полный?

— Вряд ли. Кто ж солдату патроны просто так даст? Но внутри что-то тяжело брякало. Мы всерьез думали, что кирпич… Так, дорезал!

— Вылезет?

— Не должен, крышка-то приварена. И башка со стволом у него выше, вот здесь примерно.

Виктор дорезал отверстие в стенке ящика и аккуратно уронил кусок металла наружу. Несколько секунд ничего не происходило, но потом ящик вздрогнул, и из дыры вылезла одна из ног робота. Виктор еле успел отпрыгнуть. Нога заскребла по бетону. Ящик снова вздрогнул. Иоланта в ужасе схватилась за автомат.

— Отставить панику! — замахал руками Виктор.

Положил сварочник на ящик сверху и достал штык-нож. Парадный, с передней панели бронежилета. Кое-как отцепил ножны и приладил их к клинку, так что получились кусачки для проволоки. Потом, уворачиваясь от неугомонной ноги, заснул руку с инструментом внутрь ящика, поковырялся там… Полетели искры. Нога сбавила скорость и плавно остановилась.

— Что ты сделал? — удивилась девушка.

— Откусил ему внешнюю батарею. А внутренняя у него за сто лет сдохла и не успела зарядиться.

— Это тот "одноразовый источник питания", про который ты рассказывал?

— Ага, он. Только вот как его достать теперь? — Виктор снова взялся за сварочный аппарат. — Сейчас еще вот так отрежу, и должен пролезть. Отдыхай пока.

Возиться пришлось долго. К тому же резка толстенного металла окончательно высадила аккумулятор. Виктор краем глаза заметил, что Иоланта сходила к профессору, а потом вышла из комнаты обратно на пандус, в пещеру.

— Нашла что-то интересное? — спросил он.

Благо по радио можно разговаривать даже в соседних комнатах.

— Нет, просто… не видела ничего подобного, — ответила девушка. — На паре объектов Консорциума бывать доводилось. И даже один раз летала на раскопки с Шульцем.

— На те раскопки, о которых я подумал?

— Ну конечно. Тогда и купила этот скафандр, кстати.

— Ты в нем отлично смотр… Ух ты!

— Что?

— Нашел как оно срабатывает, — рассмеялся Виктор. — Тупо тросик под полом, куда-то в сторону двери. Открываешь дверь, тросик дергает чеку, робот включается. Шестилапая мина-растяжка.

— Эх, — вздохнула Иоланта. — Ну вот нет у тебя чувства момента. Ни малейшего.

Она некоторое время молчала. Виктор резал ящик. Отрезать все профессорские прихватки было бы, наверное быстрее. Но из-за кривой дыры в боку все равно уже ничего нормально не откроется — сварщик из Виктора был так себе. Приходилось кромсать толстенное железо, медленно и печально. И утомительно. Наконец, удалось отцепить источник питания и кое-как, царапая углы, вытащить его наружу.