— Не переживайте вы так. Всё быстро закончится, и моргнуть не успеете. Хотя и моргать вам наверное будет нечем. Что-то мы заговорились. Арчибальд, будь добр, опрокинь его голову назад. Эвелина, на тебе держать веко открытым. Господин Зен, если вам угодно, вы вольны получить удовольствие от зрелища. Надеюсь вы не против, что все сладкое достанется мне? — Спросила она, облизнув верхнюю губу перед заключенным.

— Ну что вы, Герцогиня. Я и сам с удовольствием посмотрю, как он будет орать. Не будем забывать, что этот кто-то связан с теми, кто хотел меня похитить, да и сам не так давно приказывал убить меня. Было бы невежливо не отплатить ему его же монетой, — безразлично ответил учёный.

В голове Виконта стала проноситься жизнь. Все хорошие и плохие моменты. Принятые решение и их последствия. Ну и конечно же сцена, в которой он согласился помочь Маркизу Реймонду и Герцогу Брадору с его планом. Сколько раз он проклял их про себя, пока сидел на этом стуле, пожалуй не знал даже он, однако это не могло избавить дворянина от страха быть сначала замученным до смерти, а затем и вовсе убитым.

А ведь изначально он планировал просто всё рассказать, ибо понимал, что ему нет смысла сопротивляться. Он не давал клятву верности этим двоим, и даже так, вряд ли бы смог отмалчиваться или скрывать правду.

Вот только к его сожалению, Герцогиня оказалась куда опасней, чем он мог предполагать, или верней сказать, безумней. Какая-то часть мозга всеми силами отрицала происходящее, другая смирилась, ну а третья считала, что Её Величество попросту затаило обиду за его далеко не вежливое поведение.

Конечно, сейчас ему желалось лишь одно — вернуться в прошлое и исправить свой поступок, вот только увы, вряд ли кто-то был на такое способен. Теперь же оставалось лишь примириться с собственной участью.

Он пытался сохранять спокойствие, но реки пота выдавали в нём волнение. В конце концов Арчибальд подошёл и насилу опрокинул его голову назад, не оставляя шанса её поднять. После же Эвелина поднесла свою руку к его глазу и с помощью большого и указательного пальца открыло веко. Ну и подобно хирургу, всё это дело замыкала Герцогиня.

Встав над Виконтом, она словно бы смотрела ему прямо в душу. У самого же дворянина сердце ушло в пятки. Пытаясь сохранить благоразумие, он до последнего сдерживался, чтобы не закричать, но Её Величество словно бы намеренно пресекала все его попытки и намеренно тянуло время.

Затем, зафиксировав положение пипетки, она тихо промолвила «прощай,» и капнула на глаз.

Виконт истошно заорал, однако…

Несмотря на все крики, визг и наличие того факта, что жидкость попала в прямо в цель, с глазом на лбу было всё в порядке, за исключением небольшого раздражения, из-за которого глаз слегка покраснел. Сам же Виконт Де Морфор ещё орал около десяти секунд, прежде чем осознал, что с ним всё в порядке.

— Что? Но…. Но как? И какого дьявола здесь творится? — Спросил он у смеявшейся во всю группу.

— Ох, Виконт Де Морфор. Спасибо вам. Давненько я так не смеялась. Ваши крики это нечто. И судя по вашему виду вам интересно, почему вы всё ещё не ослепли на третий глаз. Я права? — Поинтересовалась она, будучи неспособной сдержать улыбку.

— Правы. Что за фокусы такие? Я же своими глазами… То есть верней глазом видел, как вы закапали мне в глаз кислоту. Где фокус? Иллюзорная магия? В чём подвох? — Нетерпеливо говорил он, напрочь позабыв о позоре и том факте, что ещё минуту назад уже успел про себя покончить с жизнью.

— Подвох говорите. Подвоха нет. Я всего лишь пошутила. Вы же любите шутки, Виконт Де Морфор. То, что находилось в склянке, это простая вода, взятая из ближайшего источника, — словно малая девица ответила она, чем вызвала невообразимую ярость и неверие в глазах дворянина.

— Нет, невозможно. Я отказываюсь в это верить. Чёрт возьми, я своими глазами видел, какой мутной была жидкость. Меня не проведешь. Должно быть вы занесли мне какую-то инфекцию? Да, точно! Так и поступили! — Слегка обезумев, последовал от него такой вот ответ.

— Дурак вы, Виконт Де Морфор, — начал учёный, — ибо не додумались, что цвет жидкости в склянке был таким именно из-за этой склянки, а верней падающего на стекло света. Я бы мог объяснить, как фотоны проходят сквозь объекты, да вот думаю, для вашего ума это будет чересчур, — надменно добавил Зен, словно бы перед ним сидела не благородная личность, а всего лишь жалкий червь, не стоящий внимания.

— Да как вы… — Только и смог ответить он, на что получил подзатыльник от Арчибальда.

— Много не по делу говоришь. Особенно для заключенного. Мы тебя поймали не забавы ради. Хотя скажу, что шутка удалась, — выразил свои мысли Арчибальд.

— С каких пор мы с вами на ты? — Раздраженно ответил эльф, на что получил ещё один подзатыльник.

— С тех пор, Виконт Де Морфор, как ты стал нашим трофеем. А теперь будь паинькой и отвечай на вопросы, что тебе будет задавать Герцогиня.

Несмотря на весь испытываемый гнев по отношению к Арчибальду, ничего поделать он не мог. Даже если бы у него были развязаны руки и ноги, вряд ли бы ему вообще удалось нанести хоть какой-то вред своему обидчику.

Что до того, откуда Виконту было известно о вражеских планах, ответ же очень прост, и в большинстве своём заключается в местоположении города. Поскольку его территории имели пограничный статус, через них проходили много торговых путей.

В свою очередь Виконт посылал своих купцов в качестве шпионов на территории обеих фракций, чтобы те могли доносить последние слухи. К тому же здесь была налажена своя система, благодаря которой в случае поимки одного из них, никто бы не смог доказать причастность Виконта к шпионажу.

По сути это было идеальное преступление, за которым даже в случае поимки не следовало наказание. Стоит ли говорить, что из-за этого Виконт Де Морфор сильно пренебрегал людьми, что однажды чуть было не вылилось ему в злую шутку.

С Герцогиней же Виконт познакомился по воле одного случая, произошедшего много лет назад. В те дни дворянин пытался использовать новую знакомую в своих целях, однако она быстро раскусила план и сам характер Де Морфора. Можно сказать, что ещё с тех пор Виконт затаил на неё обиду, и когда ему выпала возможность поквиваться с ней, он решил не упускать её, за что теперь ему приходилось сидеть привязанным кожаными ремнями на стуле и послушно отвечать на вопросы.

— Итак, мой дорогой Виконт. Позволь поинтересоваться, что же такого тебе предложили Реймонд с Брадором, что ты согласился принять их сторону. Учти, что у всех у нас зуб наточен на ложь. Попробушь обмануть — прощай не только глаз, но руки, ноги, достоинство и всё остальное. Если ясно? — Спросила Герцогиня,

когда немного устала смеяться и решила заняться делом.

— Ясно, Ваше Величество.

— Ответ⁈ — Уже на повышенных тонах переспросила Её Высочество.

— Брадор и Реймонд послали в мою обитель гонца, и тот передал, что я могу встать на их сторону, и в случае вашего захвата или убийства, получить титул графа.

Титул графа не был пустым звуком даже в ушах Маркизов и Герцогов. В отличие от Виконта, что имел право лишь на один город и армию в пятьдесят тысяч человек, некоторые графы могли контролировать города ближе к центральной части материка, да и сама армия могла достигать семизначного числа, что в двадцать раз больше имеющийся на данный момент у Де Морфора армии.

Можно даже сказать, что такое предложение выглядело слишком щедрым со стороны маркиза и герцога. Виконт предполагал, что они могут предать после того, как захватил бы Герцогиню в плен, а потому на такой случай жизни он собирался приготовить контрмеры, но попадание в плен к врагу вызвала у него некоторые проблемы.

— Хорошо. Видно что не врёте. Тогда ответьте, почему «хранители леса» решили активизироваться. Тому явно должна быть какая-то причина, и судя по всему, вас она прекрасно известна, — говорила Герцогиня, не отрывая взгляда от Виконта.