Говоря наших, человек не имел в виду свою группировку. Речь шла именно о нём самом и Кольберте. Иными словами, собеседник старика не хотел того раскрывать своего статуса, чтобы помощник министра не догадался, есть ли люди выше его по титулу.

— Хорошо. Если этим я смогу обеспечить свою безопасность, тогда прекрасно. Быть может, у вас также найдётся парочку лишних листиков и горсти чернил для меня? Чувствую, я здесь надолго застряну.

— Не волнуйтесь, мы уже заканчиваем последние приготовления к предстоящему плану. Надолго вы здесь не задержитесь. Впрочем, если это так важно, парочка листов и горсть чернил найдутся для вас.

Услышав сказанное, старик невольно поднял бровь.

— Раз такое дело, не желаете посвятить меня в ваш план? Я бы с радостью составил с вами кампанию за этим столом.

— Увы, но по некоторым причинам, я не могу раскрыть всех деталей плана.

Наигранно вздохнув, он всё-таки задал ещё один вопрос.

— Может всё же ответите, кто вы? Что-то я совсем запутался, что представляет собой ваша группировка.

Взяв паузу для большей драмы, человек в одеяниях ответил.

— Нас можно назвать объеденным союзом трёх стран, под предводительством славной империи Вавилон.

От последнего заявления помощник министра экономики не хило удивился, можно даже сказать, заставил встать в ступор. Ему потребовалось по меньшей мере несколько секунд чтобы понять, о какой стране идёт речь.

— Погодите немного. Что-то я совсем запутался. Получается, вы Вавилонцы? И даже если нет, мне бы хотелось узнать наверняка, что за две страны входят в ваш союз. Смею предположить, что территориально это будут ненавистная Ипонгрином Рудия и Алгула.

На самом деле догадаться в том, какие именно страны входили в союз, была не так сложно, особенно когда центральная была названа. Да, если брать географию, Вавилон находился как раз между этими двумя странами. Также стоит отметить, что в недавнем прошлом Рудия нанесла разгромное поражение Ипонгрину, а потому решить, что она входит в союз, не было чем-то гениальным.

— Вы абсолютно правы, Господин Кольберт. Не думаю, что есть смысл это скрывать, но я и правда принадлежу империи Вавилон. Что до остального, вам должно быть интересно, какие цели преследует союз?

— Говоря по правде, даже очень. Однако судя по вашей манере речи, мне это только предстоит ещё услышать.

Кольберт догадывался, что в данный момент его вряд ли станут просвещать в детали происходящего, ибо в ином случае его собеседник начал бы именно с этой темы. В таком случае разговор нёс лишь в себе причину «успокоить старика,» а также заработать его лояльность к себе.

— Крайне умно сказано. Меньшего от помощника министра экономики, и по совместительству тому, кто вёл все его тёмные дела, я не ожидал.

— С чего бы вам было взять, что я вёл чёрную бухгалтерию? Я думал везде бытует правило — не пойман, не вор, — несколько недовольно ответил старик.

— Может прямых доказательств у меня нет, однако у вас также нет доказательств того, как вы смогли держаться на своём кресле всё это время. Без неё это невозможно, ибо жизнь показала нам немало примеров того, что так жить невозможно, — преспокойно ответил человек в чёрных одеяниях.

— Что же, будем считать, что мне и моему другу удалось доказать обратное. Кстати говоря, куда делся мой компромат. Всё таки смею предположить, что взяли вы меня только из-за него, ибо чем может помочь дряхлый старик, доживающий свой век?

Хоть Кольберт несколько преувеличивал, говоря что доживает свой век, однако молодцем его назвать уже было нельзя. Да и сам он смутно представлял, что может великой державе понадобится от такого как он? Особенно если учитывать тот факт, что самому себе он предрекал ещё не более пяти лет жизни.

— Отвечая на ваш вопрос по поводу компромата — вы прекрасно догадались, что он нужен в качестве помощи для политической игры в Ипонгрине. Держать страх в народе не самый лучший вариант, однако шантажировать дворян порой бывает очень полезным. Отвечая же на другой, могу сказать, что у моего Императора есть на вас большие планы.

Кольберт не мог проронить ни слова. Конечно, услышать нечто подобное было подобно одновременно благословению ангелов и проклятию сатаны. С одной стороны он мог получить хорошую должность во главе с новым Императором, а с другой… с другой Император мог попользоваться им как марионеткой, чтобы выбросить на улицу.

— Значит у Императора Вавилона есть на меня большие планы? Что же, интересно. Интересно то, как он разыграет мою карту.

— Я и сам с удовольствием посмотрю. Пока что могу предрекать вам хороший конец. Император не такой человек, что станет кого-то предавать.

— Я с ним не знаком, а потому посмотрим.

Последние слова человека в чёрных одеяниях, можно сказать, были сказаны просто так. Не то чтобы они несли много смысла, однако этим он вновь пытался успокоить Кольберта.

— Кстати говоря, Сударь. Совсем вылетело из головы. Не могли бы вы рассказать о текущей ситуации в стране?

— Увы, не могу, но смею заверить, что скоро вы всё увидите собственными глазами.

— Раз так, то буду ждать. Ждать этого момента и того, когда вы соизволите принести мне пергамент и чернила! — С наигранным недовольством ответил он.

— Я постараюсь что-нибудь придумать. Приятного отдыха, Господин Кольберт.

— И вам того же, кем бы вы ни были, незнакомый мне человек.

На этом встреча обоих была закончена. Этот человек дал ему пищу для размышлений, однако к сожалению, а быть может и счастью, все мысли сводились к одному — нужно ждать. Должно было пройти определенное время, чтобы случилось нечто важное, и когда это случится, ему придётся выступить в качестве центровой фигуры. По крайне мере так считал Кольберт, когда писал свои мемуары в своей новообретенной комнате.

(Пр. Редактора — события, происходящие дальше в главе, происходят на следующий день после того, как принц Зальзал якобы был убит. Надеюсь у читателей не возникнет вопросов на этот счёт. Спасибо и всем приятного чтения)

— Вернуть мне престол? — Удивился принц.

— Да, юный Император. Боюсь, министр обороны руками своих подчиненных убил всю твою семью, а также отобрал у тебя трон, дабы самому восседать на нём, — спокойно говорила она, наблюдая за тем, как меняются краски на лице Зальзара.

— Он… этот старый козёл! — Сказал он, сжав кулак, словно бы грозясь ударить им в лицо.

— Я посмотрю вы не слишком беспокоитесь о потери семьи. Должно быть у вас были не очень крепкие узы, — раскритиковала его поведение Бастет.

— Семья это всего лишь семья. Всё что связывало меня с теми людьми, так это кровные узы. Хороший Император должен откинуть такие вещи, иначе ему не светит долгая карьера, — несколько охладив свой пыл, ответил Зальзар.

— Пусть я не могу со всем согласиться, но в ваших словах есть своя доля правды.

— Сударыня, скажите, как вы собираетесь скинуть министра? И что самое главное — зачем вам это?

Бастет намеренно взяла паузу, и затем, подойдя поближе к принцу, ответила.

— За это можешь не волноваться. План по его свержению почти готов. Что до того, для чего мне это, я отвечу просто — личные счета.

Конечно у Бастет не было личных счетов с министром обороны, но всё это было сказано принцу ради того, чтобы запудрить ему мозги. Судя по эффекту, можно было сказать, что эта миссия прошла успешно.

— Тогда позвольте помочь. Я сделаю всё что над… — не успел досказать он, поскольку был прерван девушкой.

— Не волнуйся. От тебя ничего не требуется, кроме как сидеть в этой комнате. Будет нехорошо, если министр внезапно узнает о твоём выздоровлении.

— Да. Пожалуй вы правы.

— Надеюсь на ваше полное содействие.

— Так значит это и есть столица этой злополучной страны? Что же, выглядит весьма удручающе. Как здесь люди вообще живут? Будь я на их месте, давно бы свалил в ближайший лес, — говорил Арчибальд, наблюдая за местной разрухой.