— Обозналась, Ланкрейз, — откликнулся студент алхимического, тоже направляясь в сторону северного крыла.

— Да уж вижу. Что-то ты высоко забрался. Надоела факультетская гостиная?

— У меня она, по крайней мере, есть, — отрезал Менфирд и, не желая продолжать разговор, ускорил шаг.

Риана задумчиво посмотрела ему вслед, гадая, из какой табакерки выскочил Менфирд, чтобы оказаться посреди коридора восьмого этажа. Она снова повернулась и вгляделась в темноту. Абсолютно пустой коридор, без гобеленов, за которыми можно укрыться, и дверей, ведущих в заброшенные классы. Хотя нет, что это там мелькнуло? Что-то пошевелилось совсем рядом от лестницы. Риана прищурилась, по-прежнему стоя на месте, и на всякий случай достала волшебную палочку. Вдали появилось серебристое свечение, принявшее контуры человеческой фигуры.

— Ты заблудилась, девочка? — спросил приблизившийся силуэт.

Привидение. Это всего лишь привидение. Поздравь себя, Ланкрейз, ты неврастеничка.

— Нет, — покачала головой Риана, — я просто шла в свою комнату.

— Как странно, — заметил призрак красивой женщины в длинном платье, — раньше ученики не жили в отдельных комнатах. Разве только те, которых брал на обучение сам ректор.

— Вы говорите о ректоре Ремзлиге? — насторожилась Риана.

— Нет, о первом ректоре Академии — Эвальде Хизарене. Ты, должно быть, видела его статую в замке.

Риана нахмурилась. Она действительно вспомнила золотую скульптуру старика, который прижимал левую руку к сердцу, а правую вытягивал вперед, словно указывая на что-то.

— И много у него было студентов? — поинтересовалась у привидения Риана.

— Очень мало, — прозвучало в ответ. — Единовременно всегда только один. Учиться у ректора считалось большой честью, и мало кто ее удостаивался.

— А вот мне перепало, — пробормотала Риана себе под нос. — Или обучение у нынешнего ректора уже не так уникально?

— Этого я не знаю, — признался призрак. — Но я знаю, что другие профессора тоже посвящали учеников ректора в тайны магического искусства. И когда в последний раз на моей памяти студент был определен на независимый факультет, его, как и остальных, учили все основатели Академии.

— Вот тебе и элитный факультет, — покачала головой Риана и тут же замерла, осененная внезапной мыслью. — Вы знали основателей! Вы дочь одного из них? Вира Ланкрейз?

Привидение печально посмотрело на девушку и спокойно кивнуло.

— У вас, наверное, была очень интересная, но трудная жизнь? — аккуратно начала Риана, приготовившаяся слушать так, чтобы не упустить ни единого слова.

Ремзлиг снова прикоснулся волшебной палочкой к магическому шару и, сосредоточившись на нужной мысли, вгляделся в мутную дымку Мыслечтеца. Элен Вартейн пропала. Скорее всего, она мертва: ни одно заклятье, ни один артефакт не помог ее обнаружить. Если бы эксперимент девушки по созданию фамилиара увенчался успехом, то магический зверь, возможно, вывел бы на ее след. Но кокон, за которым следил Рудольф Гринж, не подавал признаков жизни. Скорее всего, это вообще пустышка, на которую глупо рассчитывать. Но сам факт, что очередная, пусть и нелепая возможность найти девушку оказалась недоступна, чрезвычайно удручал.

Ремзлиг вздохнул. Людям сейчас нужен новая Избранная, но готовы ли они к этому? Элен была символом освобождения, ее пропажа приведет за собой не только панику, но и неверие в победу, а этого допустить нельзя. Сегодня люди не смогут принять ни Нейлу Эбиналь, хоть она и подходит под пророчество, ни кого-либо другого. Но если они не сделают это сегодня, кто сказал, что их мнение не изменится завтра? А значит, тайну о пропаже Элен Вартейн пока еще нельзя раскрывать, но пора готовить нового лидера, который сможет повести за собой, разбудить в сердцах магов веру в свои возможности. И на этот раз без запасного варианта не обойтись.

Кончик волшебной палочки опять засиял и коснулся шара. Внутри магического стекла на мгновение мелькнуло лицо Рианы Ланкрейз и сверкнуло кольцо на ее пальце.

Кольцо, в июле пропавшее из кабинета Альярда Ремзлига.

Представьте площадь Детфорта, который занимает четверть всего континента. Теперь представьте все леса Детфорта. Наконец, вообразите себе, сколько деревьев во всех лесах Детфорта. Так вот, в одном из этих деревьев многочисленных лесов Детфорта спрятано величайшее достижение магии, с которым не может сравниться ни один из когда-либо существовавших артефактов, — пояс Ринды Ланкрейз. И эта информация не приносила Риане никакой радости.

— Ната Новиллер до сих пор в лазарете. Говорят, вчера отменили артефакторику, потому что профессор Хоуп сам делал для нее амулет.

В очередной раз сбившись с мысли, Риана сжала вилку с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Какой демон ее дернул сесть сегодня за стол практиков? Мало того что Руди прожужжал все правое ухо, в левое вдобавок неустанно чавкала Эсми, которая внезапно воспылала к Риане дружескими чувствами и тоже порой вставляла парочку новостей. Разумеется, не отвлекаясь при этом от процесса поедания жареной картошки.

— А у целителей сегодня базовая защита с алхимиками, — продолжал вещать Руди.

— Сочувствую целителям, — сказала Эсми, подкладывая себе котлет. Интересно, она когда-нибудь лопнет? — Я бы на их месте прогуляла урок.

— Эсми, это не выход! — возмутился Руди. — Не забывай, что у нас самих продвинутый курс в пятницу!

— Такое забудешь… — пробурчала Эсми. — Боевая практика с алхимиками… Зачем им вообще этот курс?

— В этом году защита пользуется спросом, — мрачно заметил парень. — Записалось столько студентов, что занятия пришлось разбить на несколько групп.

— Мфе оф эфофо не фефче.

— Что, прости?

— Мне от этого не легче, — повторила Эсми, с колоссальным усилием проглотив все, что до этого запихнул в рот. — Ты, кстати, собирался поговорить с Мерегалл насчет Селвига. Ну и?

Руди поджал губы и вздернул подбородок.

— Профессор Мерегалл сказала, что все передаст ректору.

— А, ну тогда конечно, — с сарказмом произнесла Эсми. — Как думаешь, Риана, это что-то изменит?

— Сомневаюсь, — довольно сухо ответила та. — Если уж Ремзлиг нанял Селвига, он наверняка знает обо всех его… особенностях.

Руди на такую характеристику только фыркнул.

— Смотрите-ка, Менфирду явно не понравилось, что ему мамочка написала, — заметила Эсми, кивая в сторону соседнего стола. — Может, она не смогла прислать ему гостинцев?

Риана подняла глаза на соседний стол. Дегал Менфирд действительно был в странном состоянии: не замечая щебечущей рядом однокурсницы, он сжимал в руках письмо и, кажется, был бледнее обычного, хоть это и трудно представить. На секунду он оторвался от смятого листа и встретился взглядом с Ланкрейз. И от этого взгляда Риану словно захлестнула волна отчаяния. Никогда еще она не чувствовала такого: в сердце будто кто-то вогнал длинную иглу и с удовольствием садиста несколько раз медленно прокрутил свое орудие пытки. В висках застучало, заставляя схватиться за голову.

— Риана, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Руди.

Искаженное лицо Менфирда поплыло перед глазами. Сквозь пелену, застилавшую глаза, Риана увидела, как юноша вскочил из-за стола и выбежал из Каменного зала под удивленные шепотки однокурсников.

— Риана?

— А? — Девушка встряхнула головой, прогоняя наваждение. — Что?

— Да ничего, просто ты бледная как полотно.

— Ага, краше в гроб кладут, — поддакнула Эсми, заслужив осуждающий взгляд Руди. — Ну что опять не так?

— Все нормально, — потирая виски, сказала Риана. — Голова немного разболелась, перезанималась, наверное.

— Тебе следовало бы больше отдыхать, — снова проявил заботу парень. — Ты постоянно сидишь за учебниками!

Эсми на упрек Руди, который сам был еще тем книжным червем, недвусмысленно хмыкнула.

— К твоему сведению, даже я меньше занимаюсь! — Руди покосился на Риану. — И я не увлекаюсь экспериментами с памятью!