Окруженная наступившей тишиной и недоуменными взглядами, Риана посмотрела на ректора Академии, который, улыбаясь, держал в руках приготовленный для нее амулет.
Пресвятой Дагмар, ну что сегодня за день!
Глава 21
Дуэльный кодекс
В том, что ты являешься первой за кучу лет студенткой независимого факультета, есть определенные плюсы. Во-первых, отдельная комната, поскольку гостиные других факультетов для тебя закрыты. Во-вторых, во время обеда ты можешь сидеть за любым столом, так как отдельный стол для единственной неудачницы никто ставить не собирался. И, наконец, тебе не надо беспокоиться о факультетском соперничестве, хотя соревнование одной студентки против почти трехсот других волшебников кто-то мог бы счесть весьма увлекательным. Кто-то, но не Риана Ланкрейз.
Новоиспеченная студентка Дагмарской Академии сидела сейчас за столом теоретиков и вяло ковырялась в тарелке с кашей. Сложившейся обстановкой она была крайне недовольна. Хотела ведь не лезть на рожон и при этом умудрилась за один день напортачить так, что теперь весь год придется расхлебывать! Нет, свои способности она скрывать никогда не собиралась. Жить, постоянно оглядываясь назад и испуганно прижимая уши, — это явно не для нее. Но и про скромность забывать не стоит. Насколько она разобралась в современном положении дел, сейчас идет война между двумя лагерями волшебников, осложненная вечным соперничеством между полисами, и привлекать к себе внимание любой из сторон не очень-то хочется. Впрочем, думать об этом сейчас поздно, ты уже засветилась, Ланкрейз, где только можно.
Вон Ремзлиг как глазками сверкает в ее сторону. Он же член Совета Двенадцати, значит узнал о Риане одним из первых, когда решалось дело о принятии в род и о судьбе Ризелиона. Во время последнего визита в Чуриб Риана специально расспросила Увера об этом слушании и выяснила интересный факт: глубокоуважаемый ректор весьма заинтересовался новой леди Ланкрейз и сделал все возможное, чтобы процесс не затянули на месяц-другой, как это любили в Совете. Выходит, Ремзлиг надавил своим авторитетом на нужных людей и теперь наслаждался горячим шоколадом, пока Риана ломала голову, зачем она понадобилась этому щеголю. А довольный Увер, наверное, уже раз двадцать пересчитал магические кристаллы, преподнесенные леди Ланкрейз в день Сумасгара.
Риана сделала глоток травяного отвара, косясь на преподавательский стол. Альярд Ремзлиг наверняка был не просто ректором для Элен Вартейн, их связывали более тесные отношения. Хочется надеяться, что не выходящие за рамки… хм… моральных норм. А то слухи по Академии ходят разные, но верить досужим сплетням Риана не собиралась. В любом случае к Ремзлигу следует относиться осторожно. Риану не тянет вмешиваться в дела какого-то там Легиона Надежды, который, по словам Хицца, возглавляет ректор. И судя по тому, как быстро сам ректор покинул дом Олленгов на улице Гиацинтов, он тоже не горит желанием раскрывать свои тайны. Раз Ремзлиг даже бороться не стал за штаб в Феларии, значит он совсем не хочет рисковать, собирая своих людей в месте, куда может проникнуть посторонний. Мужчина просто отложил этот вопрос до тех времен, когда о своих правах заявит Элен Вартейн.
Кстати, о Вартейн. Забавная ситуация вышла на Рыночной площади. Она что, встретилась с самой собой? Ой, как-то сомнительно все это и попахивает нехорошо… Надо будет поспрашивать Руди. Вон он за столом практиков, нашептывает что-то своей рыжей подружке. Как ее? Эсминда Дипек, точно.
— Госпожа Ланкрейз, возьмите ваше расписание, — велела подошедшая к девушке профессор Мерегалл, протягивая исписанный лист. — Вы уверены, что хотите посещать еще и боевой курс? Семь практик — достаточно серьезная нагрузка, требующая от студента максимум отдачи.
— Да, профессор, — подтвердила свое решение Риана. — Вчерашние события показали, насколько актуальным стал этот предмет.
— В чем-то вы правы, — согласилась преподавательница. — Что ж, если вы собираетесь хорошо себя зарекомендовать, то вам следует поспешить на древние руны.
* * *
Библиотека Академии выглядела многообещающе. Особенно Риану привлекали книги в небольшом закрытом шкафчике — их выдавали только по заявлениям, подписанным наставниками. Тут уж, как говорится, запретный плод сладок.
— Ты только посмотри! — громким шепотом человека, привыкшего не нарушать библиотечную тишину, воскликнул Руди. — Профессор Хаблинг и так задала два труднейших перевода, а еще надо прочесть такую огромную книгу!
— Я думала, ты любишь читать, — заметила Риана, отвлекаясь от своих мыслей.
— Да, но как все это успеть к следующему занятию? По другим предметам ведь зададут не меньше!
— Перестань, все не так плохо, — утешила парня Риана, забирая у госпожи Из, местного библиотекаря, стопку выбранных книг и складывая их в сумку. — У тебя есть свободное время после нумерологии, как раз все переведешь и прочитаешь.
Лицо Руди вытянулось.
— Издеваешься, да? — произнес Руди, выходя из библиотеки. — Да на один перевод уйдет как минимум два вечера, не говоря уже…
— Дай сюда, — перебила его Риана, выхватывая из рук молодого человека толстый том. Быстро открыв заложенную страницу, девушка на ходу начала переводить с листа: — Скажи, память, какой добычи было две, которую двенадцать раз на поле брани добывали, и обе брались вместе, от человека к человеку. Скажи еще, кто в девяти коленах лишился жизни у остготов и до сих пор все первый в битве… Все запомнил?
Побледневший Руди вырвал книгу у Рианы и уставился на руны с совершенно очумелым видом.
— Т-ты уже п-переводила камень из Рёка? — спросил он, почему-то заикаясь.
— Нет, — ответила Риана, удивляясь реакции однокурсника, — только детфортские сказки, но особой разницы нет. Читаешь и читаешь, а что?
Лицо Руди стало покрываться пятнами.
— Читаешь и читаешь? — выдавил из себя юноша. — Ты, да ты…
Так и не договорив, Руди сделал глубокий вдох и выдох, после чего закрыл книгу с громким хлопком.
— Только не говори, что ты помнишь значения всех рун и их комбинации!
— Руди, да что я тебе буду доказывать! — махнула рукой Риана и направилась в сторону аудитории, где должно было пройти следующее занятие. — Не хочешь — не верь, мне-то что?
— Ты… Ты правда все помнишь? — уже совсем другим тоном переспросил ошарашенный Руди. — Но это ведь…
— Все в класс! — громко объявил Эльзар Селвиг.
Горстка студентов шестой ступени сразу же потянулась к дверям, где вниманием Руди полностью завладела Эсми Дипек. Рыжая девушка недоверчиво покосилась на Риану и, зашептав что-то на ухо своему другу, отвела его подальше от «этой Ланкрейз».
— Привет, Риана! — В класс вбежал запыхавшийся Майк. — Уффф, думал, не успею!
— Привет, Майк. Что за гонки? У тебя же не было древних рун.
— Дагмар сохрани, никогда не понимал эти закорючки, — признался тот, пытаясь отдышаться. — Перед уроком надо было взять сумку, а та куда-то запропастилась. Видимо, не всем в Академии нравится, что с ними учится фелариец.
Риана покосилась на парня: Майк явно не был удручен подобным раскладом и, судя по сумке, небрежно брошенной на пол, вещи он все же нашел. Хорошо, что у нее отдельная комната. Раздался звон колокола, возвещающий о начале урока. Селвиг вошел в класс, обвел всех внимательным взглядом и раскрыл журнал.
— И много таких… недовольных? — почти бесшумно спросила Риана, глядя при этом на члена Свободного Альянса, волей судьбы ставшего в этом году профессором.
— На самом деле не очень, — так же тихо прошептал Майк, пока Селвиг проводил перекличку. — В основном сторонники сепаратизма, которые против того, чтобы магические техники выходили за рамки их школы. Смешные. Никто и не рассчитывал, что нас здесь будут учить по-настоящему.
Из ступора Риану вывел голос преподавателя, захлопнувшего журнал:
— Сегодня я хочу посмотреть, на что вы способны. Мы проведем учебные дуэли, для этого разбейтесь на пары.
