Беда отнюдь не в том, что он испытывает тягу к игре. Азарт коренился в генах Иглессов так же глубоко, как черные прямые волосы, характерная ямочка на подбородке и заостренные уши. Двести лет назад сам барон Кастор проиграл свою любимую наложницу Королю-Рыбаку в тейранские кости.

Но владыка Дома изощренно отомстил за свой позор. Он заразил соперника уродующим плоть мутагеном и навсегда рассорил его с Домом Кантор. Барон превратил свою неудачу в победу. Напомнил всем, что Иглессы отнюдь не жалкие прислужники стареющих нобилей и поставщики неутомимых генаров для императорских казарм. За шестьсот лет своего правления он научил Империю бояться алхимиков с третьей Ахернара. Сделал Иглессов вторым по богатству и влиянию Домом в обитаемом космосе.

Его младший сын за двадцать шесть лет жизни научился только проигрывать. И так и не научился достойно принимать поражение.

Хельд каэр Иглесс зарыдал. Вид собственного заплаканного лица тут же сделался ему так неприятен, что он ударил по нему кулаком. К счастью, рассчитанное на сильные проявления чувств зеркало мягко спружинило, оттолкнув руку. Пострадала только гордость баронета.

Всхлипывая и задыхаясь от ярости, он вынул из потайного кармана ингалятор с вателинской амброзией — наркотиком, за продажу которого в Империи полагалась смертная казнь. Предвкушая наслаждение, Хельд закрыл глаза, сдавил ингалятор и сделал глубокий вдох. Холодная волна омыла его мозг. Забрала с собой злость, обиду и разочарование. Осталось только волшебное, на грани эйфории чувство легкости. Абсолютная ясность сознания и легкий саднящий привкус в небе, знакомые каждому, кто вдыхает споры вателинского цветка.

— Вот так, — прошептал он.

Сделав еще один щедрый вдох, баронет убрал ингалятор. Он тщательно умылся. Высушил руки ароматным потоком горячего воздуха и вернул на место маску Безымянного. Хельд почти улыбался, выходя из туалетной комнаты.

Двое его телохранителей, кардаутские клоны-близнецы, застывшие по сторонам двери в недоступной человеку неподвижности, ожили при появлении баронета. Они проводили хозяина к барной стойке, где его дожидался начальник его эскорта Юваль, изображавший праздного посетителя «Золотой руки».

— Милорд, — приветствовал он Хельда.

В отличие от полностью безволосых, с матовой кожей и черными глазами клонов Юваль был сделан очень похожим на обычного обывателя. Невысокий, с невыразительными чертами лица и слегка мешковатой фигурой, он мог затеряться в любой толпе. При взгляде на него невозможно было предположить, что в его генах больше от змеи, летучей мыши, сокола-сапсана и акулы, чем от человека. Иглессы знали свое дело.

— Ты видел? — спросил баронет.

Вопрос был риторическим. Юваль сидел за тридцать метров от стола, за которым случился позор Хельда, но он, несомненно, видел все и слышал каждое слово. Его уши улавливали ультразвуковые колебания, а глаза различали поры на человеческой коже на расстоянии полутора тысяч метров.

— Да, милорд, — сказал Юваль. — Смею заметить, ваш отец будет очень недоволен. Такая сумма денег…

— Нет, не смеешь, — оборвал его каэр Иглесс. — Плевать на отца, плевать на деньги. Я хочу знать, кто этот «сэн Тьер». Где он сейчас?

— Он за столом для альдебаранской рулетки, — сообщил телохранитель. — Играет на небольших ставках. За ним присматривает один из охранников казино, которому мы платим.

«Рулетка и небольшие ставки. Сбрасывает напряжение. Я бы и сам делал после большого куша».

— Я хочу знать о нем все, — приказал Хельд. — Заплати любые деньги, подключи Спящих. Кто он, откуда, когда прибыл на Икарус, когда отбывает. Все.

— Слушаюсь, милорд. Хотите, чтоб мы от него избавились?

— Пока нет. Собери информацию. И найди мне пару проверенных девок. С внедренными кодами подчинения и готовых вытерпеть боль без блокировки натриевых каналов. По-настоящему, без притворства. Хочу послушать, как они кричат.

— Я понял, милорд, — Юваль коротко поклонился. — Сейчас же займусь подбором и проверкой кандидаток. И дам задачу на поиск информации по вашему космику. Разрешите идти?

— Иди, — разрешил баронет. — Бармен! Бутылку «Камланнской вдовы»!

Бутылка самого дорогого в Империи шампанского опустела наполовину, когда ожил комм-браслет баронета. Сделанный по индивидуальному заказу в виде золотого, усыпанного бадонскими драгоценного камнями дракона, кусающего свой хвост, он вибрировал на запястье Хельда. Пришло сообщение от Юваля:

«Ваши спутницы ожидают вас в номере. Все ваши пожелания учтены. Я взял на себя смелость подготовить ваши обычные инструменты. Запрос по космику ушел в работу, ожидаю результатов в ближайшее время».

— Ты, — каэр Иглесс махнул рукой бармену. — Отправь три таких же бутылки в мой номер. Еще фархианских устриц и розовой икры.

— Будет немедленно исполнено, сэн Карлос, — прошелестел бармен. — Меня просили передать, все ваши заказы сегодня за счет нашего заведения.

— Ха! — ответил баронет, сползая с крутящегося стула.

Еще бы они его не угощали. «Золотая рука» берет себе тридцать процентов от выигрыша за их турнирными столами. Чувствуя, как к нему возвращаются неприятные мысли и голова наливается тяжестью, Хельд повернулся в сторону туалета. Хороший вдох амброзии до возвращения в номер к ожидающим там куртизанкам и острым блестящим предметам в его дорожном саквояже — то, что ему сейчас нужно.

Чей-то расплывчатый силуэт возник у него на пути.

— Не уделите мне буквально минуту вашего драгоценного времени, высочайший сэн? — прошелестел знакомый ему голос.

Хельд каэр Иглесс с трудом сфокусировал взгляд на невероятных размеров туше, наряженной в шелка, бархат и сверкающие золотом и камнями подвески. Поверх жабо из черных кружев сверкала, подпирая бесчисленные подбородки, рубиновая заколка с головой орла — символом Торговой Гильдии Альтаира.

— А, это вы, — сказал Хельд с неприязнью глядя в прорези маски кота-Ньяги. — Как вас там, запамятовал…

— Менард Отон, к вашим услугам, — поклонившись, толстяк-магнат прижал обе руки к сердцу, развел их в стороны. — Всего минуту, сэн Карлос, если позволите.

— Я спешу, — баронет постарался, чтобы его тон как можно лучше передавал его нетерпение и нежелание длить бессмысленную для него беседу. — Что там у вас?

— Хотел бы, — гильдер нервно откашлялся, — хотел бы изложить предложение, которое, смею надеяться, вас заинтересует.

«Ну, само собой». Каэр Иглесс позволил себе сухой смешок.

— То, что вы хотите мне предложить, уважаемый, — он выделил голосом последнее слово, — ни в какой мере не может меня заинтересовать. Более того, если вы продолжите, я оскорблюсь в достаточной мере, чтобы приказать паре этих чудесных кардаутских клонов за моей спиной вырезать у вас на спине мои инициалы на память.

— Вы же про про инициалы «Х к И»? — невинно поинтересовался Отон.

— Что ты сказал? — угрожающим голосом спросил Хельд.

— Не заставляйте меня повторять, — толстяк с умоляющим видом сложил ладони перед грудью. — Вокруг столько ненужных ушей. Но я действительно знаю, кто вы, и я, смею вас заверить, никогда бы не посмел вас оскорбить, дорогой баронет. Речь идет о предложении совершенно иного рода. Можно так сказать, деловом предприятии, имеющем прямое отношение к тому, что недавно произошло за игорным столом.

— Не смей называть мои имя и титул, — тон баронета все еще оставался опасным.

Магнат виновато потупился.

— Слушаюсь… сэн Карлос. Могу ли продолжать?

— Можешь. У тебя десять секунд.

— Как вы посмотрите на возможность отыграться? — спросил Менард Отон.

Они сидели за большим столом в помпезном «Жемчужном люксе», который занимал альтаирский магнат. Состав игроков немного поменялся: выбыли трусливый любитель Баута и куртизанка Мирт. Их место заняли вольный торговец с Тейрана и одетый с варварской роскошью, татуированный с головы до ног гость из дикого космоса. «На их счет, заверяю, — сказал Отон, — Поддержат любые ставки. Входной взнос сделали без колебаний».