Спустя короткое время они расстались с Графом, условившись, что до начала операции им дадут поспать хотя бы четыре часа. Паукоглазый помощник Линга и кибер-дворецкий принесли контейнер с оружием и коммами, изъятыми ранее. Гавейн начал набрасывать список снаряжения, а Идер принялась изучать меню ресторана.

— Схожу к себе ненадолго, — сказал Арт. — Искупаюсь, чтобы не заснуть. Ястреб, внеси, пожалуйста, в список «Мурену» согнитской сборки. Мне привычно с ней работать в помещении.

— Хороший выбор, чоппо, — Гавейн поводил рукой над коммом. — Есть пожелания по броне? Что-нибудь мобильное типа «Гепарда» или потяжелее, как у меня? Я себе возьму «Мурмиллон» в абордажной сборке. Есть встроенная гироскопическая подвеска для больших калибров, отличное экранирование, очень отзывчивая обратная связь.

— Зачем ему твоя подвеска с «Муреной»? — вмешалась Идер. — Максимум ему нужна силовая разгрузка типа «Торакса» и что-нибудь на ноги для прыжков и бега.

— Не скажи, — возразил Гавейн. — «Торакс» не держит даже выстрел из слайсера. Придется навесить еще генератор ауры и батарею, вот тебе и плюс пятнадцать килограмм нагрузки. По мне лучше все сразу в одной упаковке. Еще и встроенный медблок, и подача боеприпасов. «Мурмиллон» это вещь.

Оставив двух агентов Восстания спорить о сравнительных качествах персональных боевых систем, Арт вышел в коридор. Прошел мимо нафаршированных смертоносными имплантами охранников Кабала, скучавших под дверью. Вежливо кивнув в их сторону, Арктурианин зашел в свой номер и сразу направился в ванную.

«Очень не хочется устраивать перестрелку со всей охраной казино, — думал он, быстро сбрасывая одежду. — Должен быть какой-то способ подобраться к баронету тихо. Или, по крайней мере, громко, но, чтобы наверняка».

Пустив струю воды из золотого крана, Арт залез в ванну, не снимая белый браслет Сестер, который ему вернули вместе с оружием и коммом. Глядя в зеркальный потолок с самым расслабленным видом, он коснулся браслета, как его учили в домике у озера две настоятельницы Храма.

Звук льющейся воды отдалился, стал слабым журчанием, где-то на переферии слуха. Арт услышал знакомый голос:

«Они не могут нас подслушать. Говори. Не вслух, не открывай рта. Браслет считывает нейронные импульсы»

«Кабал готов поделиться информацией. В обмен они требуют убить баронета Хельда каэр Иглесса. Он сейчас на Икарусе»

После небольшой паузы Старшая Сестра (он так и не мог понять какая из них) ответила

«Ожидаемо. Хром интригует против Дома Иглесс. Использовать вас вполне в духе Смотрящих. Вы готовы выполнить их задание?»

«У нас нет других вариантов. Но я думаю, что вы можете значительно улучшить наши шансы. Дайте мне ваше оружие».

В его ушах раздался мелодичный смех.

«Мы знали, что ты попросишь. Оружие уже у тебя»

Браслет едва ощутимо запульсировал на его руке. Он медленно поднял руку из-под воды и посмотрел на него. Значит, это не просто устройство связи, способное поджаривать мозги хакерам и ронять сервера.

«Боевой протокол разблокирован. Калибровка под твои индивидуальные параметры займет пятнадцать минут. Используй это время, чтобы ознакомиться с инструкцией по применению. Изображение будет передано напрямую на твои зрительные нервы. Сначала ты увидишь демонстрационный ролик, записанный в реальной боевой ситуации. Мы желаем тебе удачи, дитя»

Арт откинул голову на мягкий подголовник ванны и закрыл глаза. Через две минуты его губы медленно расплылись в улыбке, не обещавшей ничего хорошего баронету Хельду каэр Иглессу.

— Поднимаю на десять тысяч.

— Поддерживаю.

— Пас.

— Удваиваю.

На минуту он сделал вид, что размышляет, внимательно глядя в карты. Остальные игроки за столом с нетерпением ожидали его ставки.

— Сэн Карлос? — спросил дроид-крупье, многорукий и многоглазый, похожий на скульптуру из золотой проволоки. — Ваше решение?

Все еще изображая сомнения, он пощелкал ногтем по уголку карты. Обвел взглядом своих противников. Жирный альтаирский магнат в маске кота-Ньяги. Легкая добыча. Полураздетая куртизанка в маске Моретты, несомненно, подсадная утка хозяев казино. Не опасна. Неопределенного рода занятий господин в черной Бауте. Любитель, боится высоких ставок и уже спасовал. Высокий, очень худой и бледный ганзер без маски. Залетный гастролер, не боящийся показывать свое лицо. Не планирует задерживаться на Икарусе. Стиль игры выдает профессионала. Очень, очень опасен.

Он ощутил воодушевление. Впервые за долгое время достойный соперник. Боясь признаться себе, он в последние полгода начал испытывать скуку за столом. Даже появилось подозрение, что его тайно подвергли когнитивному программированию, как не раз угрожали ему отец и дяди. Но виной всему была череда последних успехов, лишь изредка прерываемая незначительными поражениями.

Да, немалую роль в его триумфах играли акселерированные нейроны и модифицированная префронтальная кора, которые вместе с улучшенным зрением и слухом превращали его в живой гибрид компьютера и детектора лжи. Это очень помогало при чтении соперников и просчете комбинаций. Но он был не единственным, кого подвергли возвышающим изменениям генома еще в утробе. «Сэн Карлос» старался об этом никогда не забывать.

Игра была безжалостна к тем, кто, уверившись в своих преимуществах, пренебрегал долгими часами тренировок и постоянной практикой. Его лучшими учителями были поражения. Они заставляли влезать в унизительные долги, становиться изгоем в собственном Доме и совершать настолько ужасные и постыдные вещи, что он прибегал к редактированию воспоминаний.

Он извлек уроки из своих просчетов. Освоил древние техники контроля дыхания и мускулатуры, известные боевым дервишам Галтеи. Прослушал углубленный курс математического моделирования и прогнозирования, после трижды обыграл своих лекторов, почтенных старцев, светил университетов легендарной Лиги Терновника. Стал глубже изучать своих соперников, для чего посвятил целый семестр психологии и антропологии. На радость семье, решившей, что он, наконец, исправился и решил заняться наукой. О, они не могли больше ошибаться.

Наука привлекала его не больше, чем жирные телеса альтаирского мужеложца, игравшего сегодня с ним за одним столом. Но она была полезным инструментом, как и наивный магнат, попавший в расставленную им ловушку и только что удвоивший ставку. Ганзер, против которого главным образом он играл сегодня, был очень осторожен. Он не стал бы так повышать сразу после первой раздачи. Но магнат, пожиравший его глазами голодного кота (отнюдь не только с целью распознать его намерения за столом), среагировал на уловку. На ложную гримасу разочарования в картах, которой он позволил на секунду скривить свои губы, не скрытые его полумаской Безымянного.

— Сэн Карлос?

— Поддерживаю, — сказал он, бросая робкий взгляд на толстяка.

Ньяга коснулся кончиком языка верхней губы.

— Ставка сто двадцать тысяч, — подытожил крупье. — Вторая раздача. Жетон дилера переходит к сэну Карлосу.

Изящные манипуляторы крупье передали ему жетон и одновременно метнули на стол четыре карты рубашкой вниз.

— Восьмерка корон. Дама туманностей. Кавалер клинков. Тройка корон.

— Неплохо, — прокомментировал спасовавший Баута. — Рано вышел.

Куртизанка удостоила его презрительного взгляда.

— Начинаем торговлю. Прошу вас, сэн Тьер, — крупье обращался к ганзеру, который был следующим за Карлосом, получившим жетон дилера. — Карта или выкуп?

Как и полагается профессионалу, Тьеру не надо было смотреть в свою руку, чтобы принять решение.

— Выкуп, — сказал он и бросил два жетона по двадцать тысяч в растущий банк. — Заменить тройку и восьмерку.

— Сэн Тьер, выкуп двух карт, — повторил крупье. Его манипуляторы задвигались над столом. — Тройка корон и восьмерка корон уходят в сброс. На столе девятка чаш и кавалер туманностей.