Вибрация прекратилась так же внезапно, как и началась. Белая стена напротив агентов Восстания раздвинулась, приглашая пройти по длинному коридору. Там их уже ожидал паукоглазый проводник, попавший сюда каким-то обходным путем. Коротко кивнув, он повернулся и зашагал впереди, демонстрируя светящееся неоном переплетние иероглифов на куртке. Такие же или похожие надписи мерцали на стене коридора, перемежаясь уже знакомыми рисунками пылающего лица.

Все Кабалы обожали подобные штуки и прослеживали свою историю чуть ли не до времен Праматери, до начала Темных Веков. В своей гордыне они могли поспорить с имперскими нобилями. Недаром один из их главарей называл себя Графом.

— Вот мы и на месте, — сказал Гавейн.

Место, куда их привели, явно было ему знакомо. Коридор упирался в мощную взрывоустойчивую дверь, дополнительно прикрытую защитной аурой. Перед дверью дежурили двое охранников, чьи глубоко модернизированные тела делали их практически не отличимыми от боевых киберов. Они не озаботились прикрыть бронированные сегменты тела и боевые протезы хотя бы видимостью плоти и кожи. Арту показалось, что их движения абсолютно с нечеловеческой точностью синхронизированы.

Несколько секунд проводник вел с охранниками беззвучный диалог, а встроенные в их конечности компактные скорострельные рельсотроны смотрели в лица гостей. Затем, видимо, было получено подтверждение их допуска на встречу. Рельсотроны опустились. Охранники сместились в стороны и повернулись лицами друг к другу, как механические фигурки в согнитских часах.

Силовой барьер отключился, и дверь откатилась в сторону. Прочистив горло, Ястреб решительно шагнул вперед, разводя руки, как будто он собирался обнять пространство перед собой.

— Линг, старина, — громко сказал он. — Как я рад тебя видеть!

Они оказались в комнате, чем-то напомнившей Арту кабинет Наместника Градаука. Паркет, антикварная бадонская мебель, роскошная люстра, плавающая под потолком. Запах дорогой старины, отчетливо витающий в воздухе. Дальняя стена выглядела как панорамное окно, хотя Арт подозревал, что из соображений безопасности это все же был экран.

Из окна открывался вид сверху на полный неонового света, мечущихся лазерных лучей и беснующихся людей зал с танцполом, барными стойками и парящими в воздухе подиумами для танцоров. Большая часть гостей клуба «Горящий Хром» носила внешние или вживленные тиары нейромодулей, чтобы погружаться в карманные метавселенные и вкушать радости цифровых наркотических коктейлей. Судя по заполненности зала, клуб не испытывал недостатка в посетителях.

Арт переключил внимание на человека, которого приветствовал Гавейн. Не считая паукоглазого, занявшего место у него за плечом, этот Линг был единственным, кто ждал их в комнате. Из этого следовал вывод, что он тот, кого называют Графом и, видимо, управляющий клуба и большая шишка в Кабале.

Линг, восседавший в красном кожаном кресле с львиными головами на подлокотниках, был одет в габлет немыслимых цветов, узкие брюки и туфли из радужной чешуи какой-то, несомненно, редкой, смертельно опасной и вымирающей рептилии. Одну руку он держал на хрустальном набалдашнике трости, в котором была заключена голубая роза. Второй рукой играл парой блестящих шаров для медитации, издававших тихое мелодичное позвякивание. На лице Графа была искусно сделанная маска из серебристого металла с тонкими светящимися линиями разбегающегося по ней узора.

Металлические губы шевельнулись и Арт понял, что маска и была лицом Линга.

— Гавейн, друг мой, — сказал Граф голосом, который агенты Катраэта слышали из динамиков угнанного маглева. — Как я рад, что ты и твои спутники приняли мое приглашение. Присаживайтесь, прошу вас.

— Не то чтобы у нас был выбор, — заметила Идер, опускаясь в одно из предложенных кресел и закидывая ногу на подлокотник.

Граф Кабала повернулся к ней.

— Любой выбор не более чем иллюзия, — заметил он. — В какой-то мере наша встреча была предопределена. Как и все, что будет сказано и сделано сегодня в этой комнате.

Идер приподняла брови.

— Вы сектант-детерминист? — спросила она. — Верите, что все комбинации атомов и кварков имеют заданные траектории, начиная с Большого Взрыва? Что-то в таком роде?

Линг мелодично рассмеялся. Арту показалось, что звук его смеха рождается где-то вне грудной клетки. Он задумался, а находится ли Граф физически сейчас в теле, которое они видят. С тем же успехом перед ними мог быть дистанционно управляемый кибер или так называемый прокси, на время одолживший себя в распоряжение удаленного оператора. Такой трюк был вполне в духе технофриков из Кабала Хром, особенно если они помешаны на собственной безопасности.

— Мне нравится ваша упрощенная модель, — сказал Линг. — Вам будет интересно узнать, что она была практически доказана в ходе некоторых экспериментов гештальт-личностей из Забытой Династии. К сожалению, эти эксперименты оказались настолько, хм, бесчеловечными, что после Великого Очищения на все исследования в этой области был наложен строжайший запрет. Девятые Императоры Гелло, к глубокому сожалению, были настоящими фанатиками.

— Очень интересно, — со скучающим видом сказала дочь Берилака. — Но вы говорили о предопределенности, Граф.

— Прошу вас, просто Линг, — уголки серебряных губ приподнялись в улыбке. — Так меня называют друзья, а я очень надеюсь, что мы с вами станем хорошими друзьями. Как с дорогим моему сердцу Гавейном. Именно его выбор, пусть и иллюзорный, который он сделал перед своим загадочным исчезновением, предопределил нашу сегодняшнюю встречу. Я говорю о грузе геркуланумовских внесерийных процессоров, которые ты обещал доставить нам, Ястреб.

Лишенные век глаза, наполненные голубым светом, обратились к бывшему корсару.

— Мы заключили соглашение, — сказал Линг. — Ты заключил контракт со мной, с Кабалом Хром, обязавшись доставить товар за девяносто дней. С этого момента прошло тысяча семьсот стандартных имперских суток. Я думаю, мы имеем право на определенную контрактом неустойку, не так ли?

— Видишь ли, Линг, — начал Гавейн. — Случились некоторые обстоятельства непреодолимой силы…

Арт пошевелился в своем кресле. Согласно их легенде, он был старшим в группе, и возможно, сейчас как раз тот момент, когда надо это показать.

— О какого размера неустойке мы говорим? — спросил он.

Граф повернулся в его сторону, но обращался он по-прежнему к Гавейну.

— Ты так и не представил мне своих друзей, Ястреб, — сказал он. — Это так невежливо.

— Мне кажется, ваш Кабал и так знает все обо всех, — сказала Идер.

На этот раз Линг проигнорировал и ее.

— У тебя интересные друзья, Гавейн, — сказал он. — Ее ДНК мы нашли в архивах торговцев «холодным мясом». Если верить им, анонимный покупатель приобрел ее здесь, на Икарусе, восемнадцать лет назад. После этого никаких записей нигде, ни в одной имперской базе данных. Это очень необычно. Такими привилегиями пользуются Сестры Аннун, Министерство Спокойствия, военная разведка. Я никого не забыл?

Граф повернулся к бывшему корпус-командору по прозвищу Зеленый Рыцарь, слегка наклонив голову набок.

— А, еще венаторы Дома Кантор. Возможно, это чистое совпадение, но ее импланты так хорошо экранированы, что сбивают даже наши сканеры с толку. Последний раз такое случалось, когда мы проверяли компанию веселых бездельников с Камланна, которые оказались, ты не поверишь, ассасинами черно-желтых. Они перебили кучу народу в стаках и похитили одного очень дорогого нам гильдера. Я слышал, милейший Валькон Тэтра отлично позабавился с ним в Рексеме.

Линг вздохнул.

— Ах, знать все обо всех — это такое бремя. Иногда еще и нежелательные расходы, — он указал набалдашником трости на Арта. — Его браслет, которым заинтересовались мои люди, только что поджарил мозги моему хакеру и едва не уронил наш центральный сервер. Похоже на технологии Сестер. Не то, что может себе позволить обычный торговец с четвертой Арктура или даже преуспевавший когда-то охотник за головами. А ведь еще есть ты, дорогой Гавейн, есть еще ты.