— Я был дальше всех от того тумана.
Я нахмурилась, точно помнила, что Зен лежал где-то недалеко от меня, облепленный комарами. Почудилось, что ли?
— Я и Йер в порядке, уже ходим на своих ногах, — отвлек меня Зен от мыслей. — Только Гай…
— Что с Гаем? — я приподняла голову, оглядываясь вокруг. — Где он?
Мы находилась все там же. Лекаря я увидела сразу, он, к моему облегчению, сидел на одной из кочек, прислонившись к одной из коряг спиной. Гай был облеплен с головы до ног комарами, спокойно курил трубку, но, всмотревшись в его лицо, я вздрогнула. Вместо левой половины лица у него было кровавое месиво, по которому ползало с десяток комаров.
— Его лицо, — потрясенно прошептала я.
Зен отвел взгляд в сторону, отвечая:
— Он нас прикрыл от взрыва, поставив воздушное поле, а сам… Мы отделались отравлением, Гай пострадал сильнее. Ты… пить хочешь?
— Давай, — хрипло ответила я.
Пошатываясь, к Гаю подошел Йер, протягивая ему котелок с чистой водой. С плеча лучника свисали белые бинты, и я отвернулась, не в силах смотреть, как он обрабатывает рану. Взяв кружку с водой из рук Зена, спросила у него:
— Сколько мы здесь уже пробыли?
— Двое суток. Гай сказал, что уже выяснил структуру яда, скоро сделает противоядие, и мы сможем двинуться дальше.
Я кивнула головой. Мои пальцы дрожали так, что вода в кружке расплескалась. Зен забрал у меня кружку, прислонил ее к моим губам, и я сделала пару глотков.
— Гай сильный. Не переживай за него, все могло закончиться хуже. Шрамы останутся, но глаза уцелели. Не будь он опытным воином и магом, мы бы все полегли от этой серой заразы.
Парни закончили обрабатывать рану, и Гай поднялся с места.
— Я за травами, — крикнул он нам.
Шатаясь от слабости, облепленный комарами, он отошел от нас.
Йер, сполоснув котелок, занялся поиском сухого места для костра.
Был разгар дня, но мы двое суток ничего не ели, нужно было приготовить обед. Зен оставил меня одну, уйдя искать какую-нибудь дичь.
Одна я осталась без дела, потому как все еще не могла встать на ноги — голова кружилась, тело ослабло, из носа опять тонким ручейком пошла кровь.
Прижимая бандану к носу, я подняла голову вверх, глядя на равнодушное синее небо. Мне бы хоть капельку его равнодушия. Из глаз потекли слезы, острое чувство сожаления о случившемся клинком вошло в сердце. А мы дурачились с этим проклятым облаком. Как бы я хотела повернуть все назад! Почему все так получилось? Я разрыдалась в полный голос, перестав сдерживать накопившийся страх и переживания. Когда слезы закончились, а сопли вперемешку с кровью наоборот потекли с утроенной силой, меня пробила икота.
— Держи, — перед моим воспаленным взглядом возникла волосатая рука Гая.
Икнув, я подняла голову на него, разглядывая бинт, намотанный на левую половину его лица. Он похлопал меня широкой ладонью по макушке и слабо усмехнулся:
— Выпей, это успокоит тебя, малышка. Потом приляг, поспи, пока противоядие готовлю. Чего нюни распустила, стратег князя Рато?
— Отвянь! Ик… За тебя же переживаю!
— Этот крайевый мир через месяц может исчезнуть, а ты за меня переживаешь, — он задумчиво пошкрябал по небритому подбородку, затем указал на перебинтованное лицо пальцем и добавил, — пустяки все это. Главное, все живы. Не такая уж и большая цена за ваши жизни. Давай, отдыхай.
То ли успокоительное подействовало, то ли его слова, но уже через пару минут я опять забылась тяжелым сном.
Еще три дня мы восстанавливали силы, терпели укусы комаров, пили лечебные настойки, приготовленные Гаем. Мы много спали и ели.
На четвертый день, когда мне, как самой слабой, удалась разминка на мечах с Зеном, мы решили продолжить путь. Но перед нами встала очередная проблема — как избавиться от комаров, которые не желали нас покидать и теперь уже в наглую пили кровь, почти очищенную от яда. На место прихлопнутых кровососов прилетали новые, у нас даже возникла мысль, что они хотят нас полностью обескровить.
— Бешенные здесь комары, — прихлопнув с десяток насекомых, раздраженно высказал нам Зен.
— Они жизнь нам спасли, — заметил Йер. — Стоит быть им благодарными.
Гай надевал рюкзак себе на плечи, окидывая взглядом место нашей временной стоянки.
— Ничего не забыли? — спросил он у нас.
— Может, ими кто-то управляет? — высказала я предположение насчет комаров. — Какой нормальный комар будет высасывать яд и тут же помирать?
— У них нет мозгов, — напомнил Зен. — Как ими можно управлять?
— А почему бы и нет? — вступился за мою идею Йер.
— Я спрашиваю, никто ничего не забыл? — повысив голос, спросил у нас Гай, пытаясь привлечь внимание.
Но мы уже вошли во вкус, выкладывая одно за другим предположения насчет комаров.
— Они пили нашу кровь, а в ней был яд, — высказал свою версию Зен. — Тут ничем обдуманным и не пахнет.
— Нет, думаю, что Лини права, ими кто-то управляет, — заупрямился Йер. — Они ведь сначала высасывали яд!
— А потом что, резко отупели? — хмыкнул Зен. — И начали пить кровь?
Я стояла рядом с ними, почесывая шею от многочисленных укусов, и уже готова была согласиться с версией Зена.
— Может, проверим? — предложила я. — Надо обратиться к ним с просьбой, чтоб отстали. Громко, вежливо, глядишь, и отстанут.
Зен рассмеялся:
— Попробуй!
А Йер, приняв серьезный вид, торжественно произнес:
— Уважаемый маг, управляющий комарами. Спасибо за помощь, но мы уже выздоровели. Не могли бы вы отвести ваших питомцев от нас?
В ответ на его просьбу по поляне поплыла тишина. Пару минут никто ничего не говорил, все ждали реакции от комаров, а те продолжали жужжать и кусать нас.
Первым не выдержал Зен, прижав руку к животу, он согнулся от смеха, следом за ним засмеялась и я.
— Это было глупо, — смущенно улыбнулся Йер, тоже едва сдерживая смех.
Гай, терпеливо дожидавшийся конца нашего представления, устало повторил:
— Ничего не забыли? Пошли уже.
И тут мы все остолбенели. От наших тел отлепились все комары сразу, собрались в одном месте и легко составили собой фигуру человека. Комариная фигура медленно подняла руку, указывая нам куда-то на восток.
Мы молчали. Первым ожил Йер:
— Вот! Лини была права, как всегда. Женщины всегда и во всем правы, как говорит наш князь. Этот маг нас куда-то приглашает.
— Вопрос, куда? — серьезно спросил у нас Гай.
Я с радостью ощущала порыв ветра на свободной от комаров коже, и, счастливая уже от этого, сверилась с компасом. Сделав выводы, я предложила:
— Направление то же, что и у нас. У меня нет здесь конкретной точки, на старых картах не был обозначен ни один торфяник. Мы шли в никуда, рассчитывая на месте разобраться. Чуть позже я хотела поменяться душами с какой-нибудь птахой и облететь ближайшие места.
— Почему бы нам не принять его приглашение? — спросил у нас Йер. — Некто был так любезен, что вылечил нас, нам нужно ответить такой же любезностью.
Гай с неохотой кивнул головой, и я обратилась к фигуре из комаров:
— Указывайте нам путь, уважаемый. Мы с радостью навестим вас.
Человеческая фигура опять распалась на части, комары бойко сбились в стаю в форме стрелы, указывающей направление, и шустро двинулись вперед.
Мы пошли за комарами.
Шли мы долго, привычно прощупывая путь перед собой палками. Когда солнце начало медленно клониться к линии горизонта на западе, мы достигли цели.
Комариная стрела привела нас к огромной поляне, окруженной плитами из уже знакомого нам черного камня. Среди болот, словно оазис в пустыне, на небольшой возвышенности была сухая поляна. Она вся была огорожена черными плитами в метр высотой, не было ни одной дыры в странном заборе, ни одной прорехи между камней.
Посреди поляны возвышался холм, напоминающий муравейник.
К нашему удивлению, стрела из комаров, приведя нас к поляне, вновь приняла фигуру человека, вежливо поклонилась и распалась на своих составляющих. Мы с недоумением наблюдали, как комары разлетаются в разные стороны, затем перевели взгляд на холм в центре поляны.