Пока я бегала, рычала и сушилась, ледяной ирий раздумал прыгать обратно в прорубь. Он присел на радугу, сложив один из его тонких концов табуретку. Ирий повернулся головой в сторону подбегающих ребят.
К какому полу он принадлежит, сказать было бы трудно. Выпуклостей и неровностей на нем не было. Если бы не крылья, которые обычно располагаются на спине, вообще трудно было бы понять, где перед, а где зад у ледяного существа.
Очнувшийся Йер очумело оглядывался вокруг. Лучник глядел то на бегущих к нему ребят, то на прозрачного ледяного ирийца, то на меня в теле рысака, подставляющей бока к огонькам вокруг себя.
— Йер! — Гай первым подбежал к другу.
Он схватил его за плечи, встряхнул, выругавшись, и радостно улыбнулся:
— Живой! Какое счастье! Мы за тобой три дня гонялись! Зачем ты ушел от нас? Почему ничего не сказал? Я так волновался о тебе, дружище!
Зен подошел ко мне, оглядел со всех сторон. Убедился, что я в порядке, а затем отошел и аккуратно положил мое тело на сброшенные мечником рюкзаки. Только после этого Зен подошел к другу со словами:
— Йер, ты как? В порядке? Ты три дня шел без сна и отдыха.
Гай быстро пробежался ладонями по телу друга, хмурясь. Он проверял парня на наличие ран.
— Ребят, а как я сюда попал? — спросил Йер, чем вверг нас в полный ступор. — Помню, услышал какой-то всплеск в кустах, где воды не было. Пошел на звук, увидел ручеек. Да, там был ручеек, с холодной водой. Прикоснулся к нему, и… дальше провал. Что со мной случилось?
Я рыкнула, подбегая к уложенному на рюкзаки своему телу. К моей досаде оно пока не думало просыпаться. Рассчитывая, что нам придется бежать долгое время, я выпила двойную дозу.
Теперь никто не разбудит, даже рев дракона.
— Это… Кото? — указал на меня пальцем Йер, заметив рысака, жалобно скулящего рядом со спящим телом.
— Это Кото, — усмехнулся Зен, — И он девушка, Лини Вийр собственной персоной.
Йер уставился на меня в облике рысака, затем бросил взгляд на мое настоящее тело. Он погладил подбородок, и указал руками на ледяного человека:
— С ним… про нее понял. Давно знал, она ни в одном месте на парня не похожа. Меня больше интересует вот это. Кто это?
Я оторопело взглянула на парня. «Давно знал»? Если все знали, тогда зачем я мучилась и претворялась парнем? Мой скулеж стал совсем жалобным.
Тем временем трое парней дружно уставились на прозрачную фигуру. Ледяной ирий под их взглядами встал и, прижав правую руку к груди, поклонился. Он не мог говорить, у него не было рта. Было невероятно, что он вообще ходит и поступает вполне разумно. Настоящая скульптура из чистого льда.
— Да кто ж его знает, — пожал плечами Зен. — Может, местный страж, а может монстр.
Я перестала скулить и подбежала к ребятам. Рыкнув, вцепилась зубами в штанину Йера и потащила его за собой. Раз ирий с самого начала был создан лучником из воды, то пусть Йер и дальше с ним общается. Мы в ответе за тех, кого приручили. То есть, кого создали. Вот папочка Йер пусть сам и разбирается со своим дитятком.
— Кото, ты чего? — по привычки обратился ко мне Йер. — То есть… Лини, ты мне все штаны порвешь.
Я настойчиво дергала его вперед, к ледяному «призраку», молчаливо стоящему возле проруби. Позади ирийца, словно живая, извивалась по воздуху кольцами радуга, но она не сдвигалась с места ни на шаг.
— Иди за ней, — сказал Гай другу, — она прибежала сюда раньше нас и видела, что здесь происходит. Жаль, что сказать не может.
— Р-р-р, — прорычала я, согласная с ним.
Лучник кивнул головой и уже сам подошел к ледяному ирийцу, осторожно ступая по льду.
Мы двинулись следом за ним. «Призрак» еще раз поклонился нам, ухватился за конец радуги и кинул ее на нас. Мы охнуть не успели, как оказались обернутыми прозрачной, цветной дымкой. Она, как вторая кожа, облепила нас.
Затем ледяной ирий прыгнул в прорубь, зовя нас за собой рукой. Мы глянули на темную воду, на его голову, блестящую под лунным светом, и нерешительно переглянулись.
— Он зовет нас под воду, — догадался Гай.
— Р-р, — сказала я, не желая во второй раз окунаться в ледяную воду.
Зен оказался решительнее нас. Он первым подошел к проруби, присел на край и опустил руку в воду.
— Ребят, эта радуга как защитное поле вокруг тела, — удивленно сообщил он нам. — Я не чувствую ни холода, ни самой воды.
Он вдруг рывком спустил в воду ноги и следом совсем окунулся. Вода с тихим всплеском приняла его, а «призрак», плавающий рядом с Зеном, опять поманил нас всех. Затем ирий с головой ушел в прорубь, Зен последовал за ним, набрав в легкие воздуха.
Прошла минута, прежде огневик вынырнул обратно.
— Эта радуга не только защищает от воды, — сообщил он нам, — но и окружает тело воздухом и теплом. Под водой можно дышать, а ирий манит меня дальше. Рискнем?
— Р-р, — рыкнула я, оскалив зубы, и мотнула головой в сторону оставшихся вещей и своего тела.
— Что она говорит? — растерялся Йер, чуть отступив от меня на шаг.
Должно быть, вид оскаленных клыков нервировал.
— Наверно, согласна рискнуть, — пожал плечами Гай. — Я тоже «за». Но сначала надо накинуть защиту на наши вещи и ее тело.
— Р-рав, — сказала я.
Здорово, мы с Гаем научились понимать друг друга без слов, даже ментальные способности не понадобились.
Гай накинул защиту на сваленные в кучу рюкзаки, на которых спало мое тело. Гордая птица Аро сидела на моем животе. Она порывисто дергала хохлатой головкой, и решительно никуда не хотела лететь.
Мы, убедившись в безопасности вещей, моего спящего тела и птицы, решили рискнуть.
Следом за Зеном в воду нырнула я.
Он был прав, вода и ее низкая температура обтекала тело вокруг защитного поля. Не чувствовался холод ледяной воды, дышалось легко.
Нелепо барахтаясь лапами, я рывками поплыла к Зену, плывущему следом за ледяным ирийцем.
Мы плыли над самой кромкой льда в полной темноте, ориентируясь на сияние впереди плывущего. Под нами проплывали темные фигуры рыб разных размеров. Внизу, под нами шевелились водоросли, достигая в своем росте до наших ног, всплывали пузыри, выпущенные кем-то со дна.
Сияние наших тел отпугивало от нас подводных жителей, они разлетались от нас в разные стороны, освобождая путь.
Мы медленно продвигались вперед.
Пару раз мне показалось, что под ногами мелькают строения, похожие на дома в форме ракушек, но темнота воды не давала разглядеть картины четко. Списав все на бурное воображение, я, тем не менее, продолжала смотреть вниз на странные силуэты.
Зен впереди вдруг остановился и уперся во что-то темное.
Путь нам преградила скала, покрытая тиной. «Призрак», махнув нам рукой, поплыл вниз, ко дну. Он плыл легко, словно рыба. Ирийцу не нужен был радужный щит, он сам был водой, пусть и застывшей. Если бы не белый контур льда, он бы стал совсем невидимым в темной воде.
«Призрак» опустился к самому дну, туда, где виднелась ниша под скалой.
Мы поняли, что это был ход в подводную пещеру. Ирий нырнул в темный проем, мы друг за другом последовал следом за ним.
Проход был широким, мы свободно проплыли под горой и оказались в небольшом водоеме.
Вода здесь была более теплая, чем в озере. Она была светло-зеленой из-за тины на дне, и радужное сияние вокруг нас засияло всеми оттенками зеленого цвета, как зеркало отразив цвет воды.
От этого зрелища невольно захватывало дух.
Наш проводник поплыл вверх. Мы всплыли следом за ним, окутанные радужным сиянием и оказались в темном, подводном гроте.
Зен щелкнул пальцами, создавая огненные шары, и мрак, окружающий нас, рассеялся.
Мы очутились в небольшой пещере. Высокий потолок, покрытый сталагмитами, нависал над гладким, пыльным полом, выделанным мраморными плитами. Пещера была пустой, но в одной из стен был виден темный проем подземного перехода.
Символика древних — золотой дракон, была выгравирована на полу, и, едва увидев ее, я довольно рыкнула.