Илна нахмурилась. Неужели Бринчиза действительно думает, что ее волнуют эти безделушки? Вслух она сказала: — Я сама принесу ларец. Это скоро. Она почувствовала запах разложения. К ее удивлению, щеки Хаттона ввалились, а его глаза, еще мгновение назад серые и пристальные, покрылись синеватым налетом. Что-то шевельнулось в глубине пещеры. Илна услышала глухой щелчок — звук, который издают камни, когда они скользят по другим камням. Похоже, она освободила не только коробку.
— Отправьте ларец наверх! — сказала Бринчиза. — Вы не должны пытаться нести его. Отправьте его немедленно!
Илна начала обвязывать коробку своей шелковой веревкой так же, как фонарь, когда спускалась вниз. Что-то слегка сдвинулось внутри; оно было не особенно тяжелым. Она остановилась и посмотрела на отверстие. — Мастер Ингенс! — позвала она. — Ингенс!
— Госпожа, я даю вам последний шанс! — сообщила Бринчиза. — Отправьте наверх только ларец. В противном случае вы останетесь там, внизу, и я позже пришлю за ним одного из своих слуг.
— Я ничего не отправлю, пока Мастер Ингенс не убедит меня, что он стоит у веревки и что она надежно закреплена! — сказала Илна. — Я принесу коробку наверх сама, или она останется здесь!
Из темноты приближались тяжелые шаги. Она задумалась, насколько глубока пещера и что в ней обитает. Веревка с шелестом опускалась вниз, извиваясь, как разъяренная змея. Наверху лязгнул камень. Илна не узнала этот звук, пока не раздался второй щелчок, а мгновение спустя что-то массивное хрустнуло, затем осело. Бринчиза выбила подпорки, так что валун вернулся в исходное положение над входом. Массивная тень метнулась к слабому кругу света от фонаря.
***
— Славься, Лорд Архас! — отрывисто закричали новобранцы. Вероятно, они обессилели от облегчения, что их не казнили. Или не скормили Червю, конечно; они должны были думать и об этом. — Славься, принц Востока!
— Клянусь Пастырем! — пробормотал Тэм, заместитель Архаса, наблюдая, как Червь извивается в руинах разрушенного города. Он потер голову костяшками правой — единственной — руки, сжимая в пальцах шлем. — Говорю тебе, Архас, я бы хотел, чтобы ты отослал его подальше.
— Члены Армии Востока! — обратился Архас. — Вы поклялись мне в повиновении своими жизнями и душами. Не думайте, что это просто слова! Не какая-нибудь там леди или пастух в Клаудкукуленде погрозят вам пальцем, если ты предадите меня! Смотрите, и смотрите хорошенько, что означает ваша клятва! И он указал на Червя изогнутым мечом. В другой руке он держал талисман, завернутый в золотые волосы, инструмент, с помощью которого он поднимал и — пока что — удалял монстра, на котором покоилась его сила.
Ряд стен рассыпался в прах. Червь разрушил заднюю часть этих зданий, когда ранее пробирался по городу, но Архас понял, что лучше всего позволить существу полностью стереть с лица земли города, на которые он его выпустил. В противном случае Червь сопротивлялся бы усилиям отправить его обратно в серую пустошь, в которую он превратил свой родной мир. — Идите с командирами, которых я вам дал! — продолжил Архас.
Его голос прогремел над двумя сотнями перепуганных новобранцев, выживших в руинах, которые теперь превращались в скальную породу. — Подчиняйтесь каждому их приказу.
Там были и женщины, которые тоже спаслись, но только те, что помоложе и покрасивее. Детей, правда, не было.
— У вас будет богатство и власть, о которых вы и не мечтали, все самое лучшее, — продолжил Архас. — Но... Он снова взмахнул мечом. — … никогда не смейте ослушаться меня!
В городах здесь, на Хараксе, стены были кирпичными, а не выложены камнем поверх щебня, как в Телуте. Стена длиной в фарлонг — как же назывался этот город? Архас не был уверен, что когда-либо слышал — город все еще стоял, включая одну квадратную башню. Червь, движимый каким-то собственным импульсом, внезапно изогнулся в виде шпильки для волос и двинулся к оставшейся части. Его круглая пасть пульсировала, открываясь и закрываясь. Тело существа возвышалось над тридцатифутовыми зубчатыми стенами.
— Ты можешь отослать его прочь? — с беспокойством спросил Тэм. — Архас! Ты меня слушаешь?
— Конечно, я слушаю тебя, Тэм, — ответил Архас с фальшивым добродушием. Он покачал талисман в левой руке, будто оценивал его вес. — И, конечно, я могу отправить Червя обратно. Ты уже десятки раз видел, как я это делаю, не так ли?
Было легко недооценить его однорукого заместителя. Тэм не был умным, точно; никто бы так не сказал. Но он был проницателен так, как мало кто из умных людей. В былые времена он дважды замечал заговоры против капитана Архаса — и пресекал их взмахами своего топора, прежде чем кто-либо еще понимал, что происходит.
— Я просто предупреждаю о том, что значит пытаться бороться с нами, — продолжил Архас. — Будет проще, если они сами откроют свои ворота, когда мы придем, как это начали делать в некоторых местах на Телуте.
Тэм вздохнул. — Я полагаю, — пробормотал он. — Хотя мне это не нравится. Я не святой, Архас, но...
Последний из крепостных валов исчез в грохочущем землетрясении, частично разрушенный, но также и проглоченный огромной пастью. Оранжево-красная пыль поднялась облаком, которое, расползаясь, продвигалось вперед, как линия наступающей кавалерии. Оно накрыло переднюю часть существа, которое произвело разрушение, но сотни футов серого ужаса продолжали надвигаться, как нескончаемый оползень.
— Даже если они сдадутся, большинству из них все равно, — сказал Тэм. — Ты отдаешь город этому своему существу. И всем тем, кто не присоединяется к нам. Кому мы не позволяем присоединиться.
— Ну, а тебе-то какое дело? — закричал Архас. — Что города когда-либо сделали для тебя, Тэм? Да ведь если бы мы попытались попасть сюда год назад, нас бы арестовали у ворот и, скорее всего, повесили только за то, как мы выглядим!
И он и его люди, конечно, не напали бы на такое место, как это, как бы оно ни называлось. Под командованием Архаса никогда не было больше шести кораблей, и, может быть, трехсот человек; уж точно не больше. У них было бы столько же шансов прогрызть эти стены — стены, которые Червь только что закончил разрушать — сколько и напасть на них.
Архас посмотрел на разбросанную по ландшафту армию, которую он собрал во время своего похода на север. Теперь их было несколько тысяч человек. Большинство из них были рабами и батраками c ферм, которые присоединились к банде, потому что их жизнь стала лучше, чем та, к которой они привыкли. Они не сильно отличались от пиратов, которыми он командовал до Изменения. Люди, которых Архас забирал из захваченных или сдавшихся городов, как правило, были солдатами, которые приходили со своим оружием и знали, как им пользоваться. Несмотря на то, что они боялись Червя, они могли стать опасными для него, если их будет больше, но он позаботился о том, чтобы этого не было.
Армия Востока несколько раз подвергалась нападениям во время своего наступления. Поскольку у него были подходящие разведчики и фланкеры, только одна из засад вынудила Архаса выпустить Червя. В тот раз он не был уверен, что существо вернется в свой собственный мир. Горцы напали в скалистом ущелье. Они охотились за добычей, не пытаясь остановить колонну, хотя по случайности они налетели на карету, в которой ехал Архас. Ему, чтобы спастись, пришлось вызвать Червя, но тому некого было уничтожать, после того как он поглотил скудную деревню горцев. Червь, наконец, выполнил его приказы, но он не был уверен, что так и будет, до последнего момента. Он позволил ему уничтожить следующий город, до которого они добрались, вплоть до последней мыши и камешка. Он не дал населению даже шанса сдаться.
— Я знаю, капитан, я знаю, — сообщил Тэм со вздохом. — Я никогда не думал, что у меня будет столько вина и женщин, сколько я хочу, все это время. У нас все хорошо, я знаю. Только...
Он перевел взгляд на женщин. К этому времени их было больше, чем мужчин, и почти все они были пленницами из городов. И не все они были шлюхами: были жены советников и дочери священников. Они даже вызвались добровольцами после того, как узнали альтернативу, потому что людям Архаса не нужно было возиться с нежелающими. За исключением мужчин, которым нравилась сражаться, конечно. В Армии Востока таких было немало, но они обычно выбрасывали женщин после того, как использовали их, выбирая новых «компаньонок», когда падал следующий город.