Глава 8
— А в чем подвох? — недоуменно спросила Света, выслушав мой не самый длинный спич насчет этого самого помещения и проведения в нем мероприятий.
— Да, собственно, ни в чем, — пожал плечами я. — Ну, за исключением того, что у нас с вами карт бланш, в смысле — все эти мероприятия еще только предстоит придумать. Никакого готового плана или чего-то такого прочего. Ну и еще — наши будущие клиенты об этом помещении еще не знают.
— Просто когда я вот это все увидела, то думала, что тебе нужно что-то… — Света повела плечами. — Даже не знаю… А ты, получается, предложил заниматься очень интересным делом, да еще и за деньги. Обставил все так, что я и на ограбление банка готова была согласиться.
— Нда, просчет! — заржал я. — Надо было планировать что-то более аферистое.
— Конкурс красоты надо провести, вот! — вдруг заявила Наташа.
— Девушки в купальниках с номерками на руках? — недоуменно проговорила Ева. — Вот в этом вот всем?
— Не-не-не, — помотала головой Наташа. — Такие конкурсы пусть во дворцах культуры проводят! Другой! В мешках и газетах! И еще с обязательным пунктом — мокрая майка! Я еще когда смотрела по телевизору самый первый конкурс красоты, ну, тот где Маша Калинина победила, подумала, что хочу провести другой конкурс. Как королева бензоколонки, только…
— Королева помойки? — хмыкнула Света.
— Да ты только представь! — Наташа всплеснула длинными руками. — Если на официальные конкурсы принимаются только стандартные девушки, девяносто-шестьдесят-девяносто, то у нас сделать все наоборот! Мне этот дурацкий стандарт, можно сказать, всю жизнь испортил!
— Тебе⁈ — удивилась Света и покосилась на свою собственную фигуру. Которая была, мягко говоря, от стандарта далековата.
— У меня, между прочим, восемьдесят два, сорок семь, восемьдесят! — сказала Наташа. — И когда у нас в Новокиневске конкурс красоты объявили, меня туда не взяли, потому что я, видите ли, слишком худая! Я была до глубины души оскорблена! Можно подумать, все красивое в этом мире заключается в этих злосчастных девяносто! А я не смогу столько набрать, наверное, никогда вообще! Ты знаешь, сколько я жру⁈
— Давай про идею дальше! — азартно спросила Ева. — То есть, заявка на конкурс будет выглядеть так: тебя ведущий с сантиметром измеряет, и если у тебя недостаточно отклонений от нормы, то тебя не возьмут?
— Не-не-не, — Наташа снова затрясла головой. — Вообще никаких измерений. И потом можно будет в конкурс вступить вообще прямо из зрительного зала. А почему нет? Я считаю, что главное в таком деле — образ и любовь к себе. Ну и чтобы прикольно было.
— И назовем это «королева помойки»? — снова сказала Света.
— Ну блин, почему сразу помойки? — нахмурилась Наташа. — Неформальная королева, о! А что, круто?
— Вполне, — кивнул я. — У нас с вами тут непаханное поле для экспериментов, так что давайте пробовать.
— О, вот! Есть еще одна мысль! — глаза Наташи вспыхнули. — Давайте устроим подпольные бои! Я в кино каком-то видела, там такой ринг и на ринге мужики дерутся… Только я не люблю, когда по-настоящему бьют, так что можно что-нибудь смешное. Бои на подушках! Только чтобы с самым серьезным видом! Не просто вышли и друг друга подушками пофигачили, а прямо как в настоящем спорте — рефери, красный угол ринга, синий угол ринга, ведущие… Мы с тобой, Велиал, а? Зажечь, как в прошлый раз!
— А в музыкальной паузе пусть кто-то еще поет! — подхватила Света. — Из рок-клуба, я думаю, никто не откажется! Так, подождите, я должна все записывать. Ну и надо сразу же посчитать, чего и сколько нам потребуется, чтобы провести какое мероприятие. Реквизит, персонал, вот это все.
Света открыла сумку и вытащила оттуда толстую тетрадку. Освободила на столе место рядом с собой, уверенной рукой расчертила страницы в клеточку на таблицу и принялась выводить аккуратные строчки.
— Ооо, я вижу уже как наяву! — продолжала радостно болтать Наташа. — Сегодня на нашем подушечном ринге сойдутся в смертельной схватке монстр гусиного пуха Вакула Задунайский и его грозный соперник с крепкой рукой и квадратным черепом — Бам-Бам-Бамибино! Бой продолжается до тех пор, пока одного из них не осыплет перьями!
— А еще можно поставить на ринг такую вот лавку, — включилась в разговор Ева и кивнула в сторону дальней стены, где были составлены скамейки. — Кто первый другого со скамейки подушкой сбил, тот и победил.
— Ооо, точно же! — Наташа вскочила и принялась кружиться вокруг стола, раскинув руки. — А еще можно устроить показ моделей! Я еще в детском саду грезила такими штуками! Я увидела в каком-то взрослом кино, как одежду на подиумах демонстрируют, и сразу начала мечтать, что однажды тоже буду вот так! И когда нас воспиталка на тихий час укладывала, я подговорила подружек устроить показ. Мы накручивали из простыней и покрывал платья и выхаживали, такие…
— Показ мод из простыней и покрывал? — деловито спросила Света, продолжая вести записи. Да, они определенно были отличной командой. Бредогенератор Наташа и администратор Света. Наташа фонтанировала идеями, а Света моментально раскладывала каждую идею на составляющие и, кажется, даже бюджет сразу же считала. Сюда еще Бес нужен. Чтобы он про каждый пункт бюджета придумывал, где и как это можно добыть бесплатно… Но, блин, Бес в команде — это тот еще кадр, конечно. Где есть Бес, там всегда начинаются любовные драмы.
— Можно не показ мод, а… Конкурс модельеров! — Наташа остановилась за моей спиной и положила ладони мне на плечи. — Вот, прикиньте… За ширмой свален всякий хлам. Куски ткани, веревки, новогодняя мишура, всякие там цепочки, бусинки, полиэтиленовые пакеты, цветная бумага. И вот из этого модельеру нужно собрать одежду прямо на манекенщице… Да, точно! Еще нужна школа манекенщиц, вот! Я помню, когда в институте что-то такое устроили, девчонки ходили по сцене, как коровы! А надо, чтобы легко, воздушно, летящая походка, шаг от бедра! И они научатся ходить!
— А за уроки можно брать деньги, — хмыкнул я. — Куча девушек мечтают стать манекенщицами, а занятия вполне могут проходить и в будние дни, когда помещение пустует. Только под это дело нужен подиум…
Я напряг мозг, припоминая, как поступали на всяких модных показах в мое время. По роду деятельности мне случалось таковые видеть, разумеется. Просто я как-то раньше не задумывался о технической стороне вопроса. Память услужливо подсказала, что длинные подиум-язык в тех местах, где его не было, собирали из одинаковых прямоугольных коробов, как конструктор. Ну и была еще более какая-то более сложная каркасная конструкция, которую я сразу отбросил. А вот соорудить десяток ящиков — это можно. Но грузить этим Свету и Наташу не стал, пусть ломают голову над идейным наполнением наших вечеринок.
— Слушайте, я вдруг вот что подумала… — сказала Наташа, оборвав на полуслове поток своих идей. — А что с названием?
— Названием чего? — спросил я.
— Ну… Вот этого места? — Наташа снова покружилась вокруг стола. — Нам же нужно будет приглашать людей. И что мы им будем говорить? Приходите в овощехранилище на Гастелло? Как-то не звучит что ли! Название нужно!
— Факт, — кивнул я. — Но, как я уже говорил, у нас с вами есть соперник, который тоже будет делать тут какие-то мероприятия. Наверное, вопрос с названием надо с ним согласовывать…
— Да вот еще! — фыркнула Наташа. — Пусть как хочет, так и называется! Мы можем сделать офигительную вывеску в свои дни, а в не свои — снимать и прятать на складе. Пусть этот придурок свое придумывает!
— А вдруг он не придурок? — хмыкнул я.
— Да будь он хоть гений с нобелевской премией на жопе! — заявила Наташа. — Он наш конкурент, и мы не будем делиться с ним нашим названием!
— Которое мы еще не придумали, кстати, — напомнила Ева.
— Да… Но мы придумаем! — Наташа всплеснула руками и замерла, вдохновенно уставившись в грязно-серый потолок.
* * *
Я стоял на остановке и лениво размышлял о том, что, может быть и зря мы вот так заморачиваемся. С идеями всякими странными, нетипичными мероприятиями и всем таким прочим. Вполне возможно, Колямба прав насчет мысли о том, что надо просто врубить туц-туц-туц, запустить стробоскоп с дискотечным шаром, и все будет чики-пуки. Народ повалит, подтянутся всякие темные личности, с полными карманами наркоты, а мне только и надо будет, что собирать деньги за вход, и…