9 Сначала друг, А следом самый близкий Мне человек Ушел в последний путь… Ну, что ж — По крайней мере, нету риска, Что будет мне больней Когда-нибудь. И, все-таки, Поставить на колени Судьбе меня не удалось опять. Ведь я из фронтового поколенья — Мы не умеем руки опускать. 10 Как страшно теперь просыпаться! Как тягостно из Небытия В Отчаянье вновь возвращаться — В страну, где прописана я. Весь мир превратился в пустыню, Все выжжено горем дотла. Какой я счастливой доныне, Какой я счастливой была! Хоть горя хлебнула в семнадцать, Хоть после нелегок был путь… Как страшно теперь просыпаться, Как трудно теперь мне уснуть! 11 Я заблудилась на кладбище И было жутко слышать мне, Как погребальный ветер свищет В потусторонней тишине. Я заблудилась, заблудилась, Мне чьи-то слышатся шаги… Родной, как в жизни, сделай милость Мне помоги, мне помоги! 1979 ВОСЬМИДЕСЯТЫЙ… «Как тоскуют в ночи поезда…» Как тоскуют в ночи поезда, Пролетая угрюмый Сиваш!.. Я тебя никогда не предам, Ты меня никогда не предашь. Потому что сквозь жизнь пронесли Кодекс Верности, Дружбы устав. Как грустят о портах корабли, Так тоскуют уста об устах. В облаках, затерявшись из глаз, Одинокий грустит самолет. Знаю, жизнь нас обоих предаст Кто-то первым навеки уйдет… 1980 «Снова тучи разорваны в клочья…» Снова тучи разорваны в клочья Чьей-то властной и злою рукой. Снова с другом морозною ночью Молча бродим над мертвой рекой. Нам обоим от жизни досталось, Била в юности, в зрелости бьет. Как зима, подступает усталость, Тихо кровь превращается в лед. Может, вовсе и не было лета? Но под снегом, под панцирем льда, (Даже как-то не верится в это!) Колобродит живая вода. 1980 «Среди совсем еще нагих ветвей…» Среди совсем еще нагих ветвей Защелкал сумасшедший соловей, Защелкал, хоть от холода свело Болезненною судорогой крыло, Запел, хоть соловьихи не летят, Хоть эту ночь переживет навряд, Запел, и не надеясь на ответ… Вот так и ты — Непризнанный поэт. 1980 «Считается — счастье лечит…» Считается — счастье лечит, Считается — горе сушит, Считают — живется легче Под панцирем равнодушья. У памяти есть архивы, У сердца свои анналы: Была я до слез счастливой, Страдала, и как страдала! Но только вот не припомню Такого, простите, чуда, Что было бы все равно мне, Когда моим близким худо… 1980 «Была счастливою с тобой…» Была счастливою с тобой — Такой счастливой я! Но счастье рухнуло в забой, Как тяжкая бадья. (Мы все осуждены судьбой На тьму небытия…) Бездонна шахта и черна, В ней вечный мрак и лед… И чья вина? — Ничья вина! Кому представишь счет? 1980 «Смешно, что считают сильной…» Смешно, что считают сильной, Просто смешно до слез! — Дочерь твоя, Россия, Я не пугаюсь гроз, Но мелкой грызни мышиной До паники я боюсь, Узкую давит спину Всякий житейский груз. Яростно Время мечет Беды со всех сторон. Обороняться нечем — Последний храню патрон… 1980 НЕНАВИСТЬ Враг мой Где-то по-соседству рыщет, Слышит, как смеюсь я и пою, Прячет, Словно нож за голенище Ненависть угрюмую свою. Что ему я сделала? Не знаю. Просто, ненависть — Любви двойник. Это — рана, Страшная, сквозная, Это — боли исступленный крик. Гордость! Приходи мне на подмогу! Знаю, Ты меня не подведешь. Настрадалась столько — Слава богу, Никакой уже Не страшен нож. |