Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Прошло немного времени. Тяжелое тело Орунга с трудом взвалили на лошадь, которая едва устояла на ногах, и увезли в ущелье Смерти, чтобы там, под протяжное пение старух, закопать, как было принято у маллов. Веселье тут же продолжилось, и после двух чаш шилы уже никто не вспоминал о погибшем бородатом чудовище. Потом ДозирЭ и Идал долго пировали в компании Бредероя, и к ним, как ни в чем не бывало, подходил Ахлерой, чтобы вместе с ними поднять чашу во славу свободолюбивого малльского народа. Однако, как только представилась возможность, друзья немедленно покинули празднество, поспешив укрыться в своем жилище…

Дальше ДозирЭ ничего не помнил.

Зара наконец заметила, что он проснулся. Она отложила веретено и приблизилась.

— Какой сегодня день? — спросил молодой человек по-малльски.

— Ты был в беспамятстве восемь солнц, — отвечала юная дикарка.

— Что со мной случилось?

Зара смутилась и опустила глаза.

— Тебя… тебя отравили. Скорее всего, ядом золотохвостки. Мужчины нашего селения начиняют им наконечники стрел. Этот яд смертельный, и от него умирают мгновенно. Ты остался жив, наверное, потому, что тебя любят боги. Они спасли тебя от верной гибели…

— Яд золотохвостки?!

ДозирЭ вспомнил Эврисаллу Круглого Дома и последний этап Испытания. Яд золотохвостки! Вишневые спасли ему жизнь, приучив к яду…

Через три дня авидроны уже покидали Бахет-меги. Бредерой должен был на некоторое время задержаться и потому устроил так, что друзей сопровождали два десятка провожатых самого разбойничьего вида. ДозирЭ показалось, что эта охрана весьма ненадежна, ведь золото, полученное от Аквилоя — сто пятьдесят берктолей в разных монетах и слитках, — было просто насыпано в кожаные мешки и приторочено к седлам лошадей. Но Бредерой, заметив его сомнения, только осклабился:

— Не беспокойся, это лучшие воины Малльских гор. Их смелость не имеет границ, и они умрут, но выполнят то, что им надлежит.

В последний момент ДозирЭ отыскал Зару, чтобы проститься с ней. Он поблагодарил ее за заботу: ведь девушка всё это время без сна и отдыха выхаживала его. Юная маллка очень смутилась — она не привыкла слышать от мужчин слова признательности.

— Возьми меня в жены, — вдруг предложила она и сверкнула своим неповторимым малльским взглядом. — Выкупи меня — ты, наверное, богат, и мои сородичи, возможно, тебе не откажут. А хочешь — я убегу. Да, я знаю, что у тебя уже есть одна женщина, но я слышала, что в Авидронии некоторые мужчины имеют по нескольку жен. Мне ничего не надо, я могла бы быть просто прислугой, если хочешь, рабыней…

— Я не могу, — погрустнел смутившийся ДозирЭ. Он заметил в стороне любопытствующих малльских детей, неловко отстранился и поспешил попрощаться: — Эгоу, Зара, я буду о тебе помнить…

Прибыв в Карле Ролси, ДозирЭ, не откладывая, встретился с агентом Круглого Дома, через которого связывался с Сюркуфом и чьи указания должен был беспрекословно выполнять. Он рассказал ему о своей поездке в малльское селение, о сделке с оружием и обо всем остальном. Шестидесятилетний сотник Вишневой армии, исполняющий скромную роль причесывальщика в купальнях, большую часть своей жизни провел в Карле Ролси, наблюдая за маллами, но не знал и половины того, что разведал молодой человек. Он даже как-то расстроился — начинающему несмышленому лазутчику всего за несколько месяцев удалось сделать такое, о чем он сам и мечтать не смел: ДозирЭ вплотную подобрался к самым известным малльским вождям. Бредерой, Ахлерой, Аквилой… Легендарные имена, при одном упоминании о которых в страхе заходится сердце!

Из ста пятидесяти берктолей, полученных от Аквилоя за оружие, сто двадцать ДозирЭ поспешил отдать, а тридцать — отложил в сторону. Эти деньги принадлежали Бредерою — именно во столько он оценил свою помощь в сделке с оружием. По просьбе владельца шкуры снежного барса его долю предстояло переправить в Бионриду, в ее столицу Бион, и передать там некоему человеку.

«Весьма, весьма интересно! — довольно потирал руки мнимый служитель купален. — Вождь маллов обкрадывает своих братьев… И почему именно Бион? Какие у него там интересы? Может быть, сношения с флатонами? Очень, очень любопытно!..»

Впрочем, причесывальщик поспешил отчитать ДозирЭ за проявленную вольность в принятии решений. Особенно касательно продажи оружия. Как можно было без ведома Круглого Дома совершать такую сделку?!

Через пятнадцать дней прибыло оружие. В диком ущелье, находящемся в трех днях пути от Карле Ролси, оно было передано отряду, посланному Бредероем. Маллы остались очень довольны.

Вскоре ДозирЭ и Идал стали замечать, что отношение к ним в Карле Ролси заметно переменилось. Все маллы, которых им доводилось встречать, стали вдруг удивительно приветливы, всегда, если того требовали обстоятельства, выражали готовность бескорыстно помочь в любом деле, будто теперь их объединяло таинственное родство.

Однажды Бредерой пригласил ДозирЭ и Идала в кратемарью, ту самую, где убил десятника из местного гарнизона. После продолжительной вечери, во время которой предпочтение было отдано густому авидронскому нектару и превосходному сердесскому вину, неизвестно каким образом сюда попавшему, вождь завел разговор о Великой Подкове. Полагая, что ДозирЭ именно тот, за кого себя выдает, он, не таясь, прямо спрашивал о расположении и устройстве укреплений и крепостей, интересовался численностью гарнизонов и подготовленностью воинов.

— Послушай меня, Бредерой, — наконец сказал ему Идал, — нам всё равно, рэм, зачем тебе нужно это знать. После всего, что произошло, мы тебе всецело доверяем. Но пойми: устремления наши хоть и подпитываются ненавистью к Грономфе, но всё же в большей степени обращены к нашей заветной мечте. Золото — вот наш бог, которому мы поклоняемся. Так ведь, ДозирЭ? Всё остальное в этом мире — лишь пыль, которую приносит и уносит ветер скорбного бытия.

Бредерой посмотрел на Идала несколько удивленно. То ли у него вновь возникли сомнения, то ли он не ожидал подобной откровенности, а может быть, авидрон в своей речи использовал слишком много сложных, неизвестных маллу слов? Так или иначе, но Бредерой крепко задумался, нахмурив мохнатые брови.

— Прекрасно, — наконец сказал он. — Я готов заплатить вам золотом, если вы мне предоставите необходимые сведения…

Тремя днями позже ДозирЭ и Идал отправились к Великой Подкове. В скором времени, не сворачивая с Пути на Дати Ассавар, они прибыли в двойную крепость Панабеон. Дорога проходила как раз между двумя самостоятельными половинами этой крепости и была с обеих сторон зажата мощными высокими стенами. Однако тяжелые обитые железом створки ворот на пути уже давно не закрывались: сведений о приближающемся противнике не поступало, а дорожные пошлины несколько лет назад отменили. Стражники лишь издалека — со стен и с башен — осматривали проезжающие торговые караваны и путешественников. За последний месяц только один раз в Панабеоне случился переполох, когда дикое племя юродов, некогда вытесненное со своих земель и с тех пор кочующее, появилось у стен крепости. Юроды прибыли со всеми своими семьями, нагрузив на повозки скарб, и было их примерно двадцать пять тысяч. Они собирались миновать Великую Подкову и двигаться дальше вдоль Малльских гор, в поисках пригодных для жизни земель, на которые никто, кроме них, не претендовал бы. Дикарей остановили, а когда им это не понравилось и они стали угрожать воинам гарнизона, вставшим на пути, метательные механизмы на стенах выпустили в их сторону несколько сот горящих зангний, а потом в поле выехал конный отряд в количестве полутора тысяч человек, развернулся в линию и стал наступать. Дикари, побросав часть своего имущества, бежали.

Панабеон был частью Великой Подковы и самой большой ее крепостью. Гарнизон здесь насчитывал более десяти тысяч человек.

В Панабеоне друзья остановились в казармах, и ДозирЭ отправился к начальнику гарнизона. Тот, услышав «потаенное слово», которое красноречиво свидетельствовало о принадлежности посетителя к могущественному воинству, принял его самым вежливым образом и оказал необходимую помощь. Вскоре ДозирЭ был приглашен на дневную трапезу, где довольно приятно провел время в обществе гарнизонных военачальников. Эти ветераны, умудренные опытом многих побед, имели весьма простые манеры, а в общении были словоохотливы и простодушны. ДозирЭ пожалел только о том, что рядом с ним не сидел Идал, способный как никто другой оценить их человеческие качества. Далее молодой человек навестил айма Вишневых плащей, состоящего при гарнизоне, — необщительного, замкнутого военного, насквозь пропитанного подозрительностью ко всему на свете, и через него отправил в Грономфу Сюркуфу срочное голубиное послание.

185
{"b":"113357","o":1}