Право крови предполагало под собой вызов дворянина к ответу и возмещение им пролитой крови. Это могла быть как выплата виры (если удастся договориться миром), так и вызов на Дуэль Чести. А Дуэль Чести может проходить вплоть до смерти одного из участников спора!
— Полностью поддерживаю, Ипат, — негромко проговорил со своего места Кирилл Матвеевич Морозов. Он снял очки и начал протирать линзы замшевой салфеткой. — Давно мы это собирались сделать, да всё откладывали. Всё пытались действовать в рамках приличий и бюрократических процедур. Святослав, ну ты же сам видишь, что он творит! Дальше тянуть нельзя, иначе завтра нас в собственных постелях перережут! А уж с теми возможностями, которые он сейчас притягивает… Слышали же про союз, который он начал заключать с дворянами?
Мой отец, стоявший у камина со сложенными на груди руками, повернул голову к союзникам. Его голос прозвучал отрезвляюще холодно:
— А что именно он творит, Кирилл Матвеевич? Давай смотреть на вещи трезво, без горячки. Что мы имеем на руках сейчас, если отбросить эмоции? По факту мы имеем одного неизвестного человека или нелюдя в балахоне, который напал на парней в лесу и скрылся.
— Но… — начал было Ипат Власьевич и осёкся.
Отец осадил его взглядом и продолжил:
— Да, по описанию повадок и магии мы с вами можем вспомнить того самого Высшего Генерала из Опасных земель, главу клана Ночных Хищников. Возможно, это действительно был он собственной персоной. Но это только наши с вами догадки! Догадки к делу не пришьёшь! А по существу, на князя Долгополого указывает только то, что нападавший орал его имя!
— Так давайте же выведем эту старую лису на чистую воду! — не унимался Морозов-старший, подаваясь вперёд. — Заставим его заговорить на Высшем суде чести в присутствии Императора! Мы же можем это потребовать!
Святослав Васильевич усмехнулся в бороду:
— Слова твои хороши, Кирилл Матвеевич, да только как ты его на эту чистую воду выведешь? Чем прижмёшь? Ты же сам не раз говорил, что у Фрола Терентьевича имеется противоядие от «Сыворотки Правды»! Наверняка тот самый покойный оборотень-алхимик для него расстарался.
— Есть у него иммунитет, подтверждаю, — вставил я своё веское слово, заставив взрослых повернуть головы в мою сторону. — Когда я выводил оборотня из состояния князя Преображенского, то тогда подсуетился. Под шумок накапал Долгополому-старшему в бокал с шампанским лошадиную дозу «Сыворотки Правды»! Любого другого человека с такой порции наизнанку бы вывернуло, всю подноготную бы до седьмого колена выболтал!
— А он что? — спросил Яромир.
Я развёл руками и криво ухмыльнулся:
— А этому старому чёрту — хоть бы хны! Выпил, губки облизал, и отрава на него никоим образом не воздействовала! Он как продолжил нагло врать в глаза Императору, так и не останавливался ни на секунду. Да ещё и меня с Ефросиньей Преображенской умудрился обгадить по полной, вынудив пойти на Ордалию! Так что стандартной алхимией его не проймёшь, тут номер дохлый.
В кабинете повисла пауза. Ипат Власьевич посопел, переваривая информацию, а потом прищурился и повернулся к главе рода Морозовых:
— Погоди-ка, Кирилл Матвеевич… Но какие-то же обходные методы в природе должны существовать! На каждую хитрую гайку есть свой болт! У вас же, насколько мне известно, на руках оказалась та самая заветная чёрная книжечка этого оборотня, которую Елисей умыкнул! Там ведь все рецепты этой нечисти записаны! Неужто вы по ней не можете сварить такую заразу, которая его защиту пробьёт⁈
Лицо Кирилла Матвеевича при упоминании блокнота стало каменным и непроницаемым. Он нахмурился, поправил очки и отрезал:
— Увы, Ипат Власьевич, ничем помочь не могу. Я, как законопослушный подданный Империи, все изъятые документы и записи до единого листочка передал в научный отдел Имперской Службы Безопасности. Лично передал в руки следователям по особо важным делам.
Рязанцев-старший на это заявление только громко фыркнул и пренебрежительно махнул широкой ладонью:
— Да ладно тебе сказки венского леса нам рассказывать, Кирилл! Как будто я тебя тридцать лет не знаю! Да я голову на отсечение даю, что перед тем как отдать эту тетрадку безопасникам, твои яйцеголовые со всей дотошностью скопировали каждый листочек до последней запятой!
Морозов-старший лишь невозмутимо покачал головой, не подтверждая, но и не опровергая слова соседа:
— Повторяю для протокола: все оригиналы документов находятся в распоряжении ИСБ.
— Ой, ну ладно вам темнить, Кирилл Матвеевич! — не выдержал я, лукаво прищурившись. — Мы же тут все свои люди, в одной лодке плывём! Нам-то вы можете по секрету сказать, что вы там накопали? Неужто в записях Высшего оборотня не нашлось управы на его же собственные зелья?
Кирилл Матвеевич посмотрел на меня изучающим взглядом поверх очков. Затем перевёл глаза на моего отца, потом на окна и негромко произнёс:
— Вам, Елисей Святославович, я, быть может, многое могу сказать. Однако же у меня есть серьёзные опасения, что то, что я произнесу сейчас вслух в этой комнате… может очень быстро достичь чужих ушей. Я, разумеется, ничего дурного не хочу сказать о гостеприимстве хозяина, но…
Отец при этих словах вспыхнул. Его спина выпрямилась как струна, а в глазах полыхнул такой праведный боярский гнев, что в кабинете сразу стало на пару градусов жарче.
— Что вы имеете в виду, Кирилл Матвеевич⁈ — процедил Святослав Васильевич, делая шаг к столу. — Извольте объясниться! Вы намекаете, что в моём доме сидит предатель⁈
Но Морозов-старший и бровью не повёл под этим грозным напором. Он сложил руки домиком перед грудью и разложил всё по полочкам с холодной логикой учёного:
— Не кипятись, Святослав. Давай оперировать фактами. Уже не раз и не два за последние месяцы из вашего дома или вашего ближайшего окружения каким-то чудесным образом утекали разговоры и планы. Долгополый всегда оказывается на полшага впереди! И, если говорить начистоту, то вот эта сегодняшняя утренняя встреча возле поворота на Истринское водохранилище тоже вряд ли была случайным совпадением.
Кирилл Матвеевич поднял указательный палец вверх:
— Тот, кто напал на наших детей, сидел в засаде именно в том месте, где вы должны были свернуть с главной трассы на лесную дорогу. Вряд ли он дежурил там неделю — он ждал вас сегодня в этот час! Следовательно, враг был прекрасно осведомлён о вашей спонтанной поездке на рыбалку. А кто об этом знал?
— Знали об этом только в моём поместье! — прогудел отец и тут же перевёл взгляд на Рязанцевых: — Но также знали об этом твои сыновья!
— Э, нет, дядька Святослав, на нас бочку катить не надо! — тут же горячо возразил со своего стула Борис Рязанцев, вскакивая на ноги. — Мы с Севкой вообще никому ни единым словом не обмолвились! Клянусь честью! Да мы сами до вчерашнего позднего вечера ни сном ни духом не ведали про этот выезд! Нам вчера в одиннадцать ночи позвонил Яромир и по секрету сказал, что с утра состоится возможность на халяву поесть отменного шашлыка за счёт боярина Ярославского!
Отец повернул голову к старшему сыну. Яромир под этим взглядом как-то сразу съёжился и виновато потёр шею.
— Значит, просто позвонил по телефону и сказал, да? –переспросил Святослав Васильевич.
И вот тут в моей голове, где опыт старого ведаря соседствовал с обрывками знаний местного мира, сложился пазл. Мы всё время искали вокруг себя магию, проклятия, ментальные поводки, совсем забыв о том, в каком веке живём!
— Подождите-ка секунду… — протянул я, поднимаясь с кресла и подходя к столу отца. — Сказал по телефону, говоришь? Ребята, Яромир, Боря, а можно ваши телефоны на стол положить? И Севкин заодно, ты же его из куртки забрал, Борь?
Глава 5
Яромир уставился на меня, хлопая ресницами:
— На кой ляд тебе наши мобильники сдались, мелкий? Ты что, стал понимать что-то в микросхемах и высокой электронике?
— Да уж немножечко в электронике кумекаю, не совсем лаптем щи хлебаю! — с кривой ухмылкой ответил я. — Господа хорошие, если вы позволите… Отец, можно ещё и твой телефон тоже в общую кучу? Для чистоты эксперимента, так сказать. И прикажи, пожалуйста, принести какие-нибудь инструменты. Желательно часовые отвёртки, пинцет и скальпель, чтобы можно было корпус аккуратно поддеть и внутрь заглянуть.