Но стоило мне бросить взгляд в центр разгромленного двора, как холодный прагматизм тут же наступил на горло азарту.
— Отставить погоню, Сева! Никуда мы сейчас не поедем, — отрезал я. — Координаты с маячка всё равно пишутся в память сервера, потом снимем конечную точку маршрута. Никуда он не уйдёт! А у нас с вами есть дела поважнее!
У края каменного завала, привалившись обожжённой спиной к уцелевшему обломку мраморной чаши, сидел Яромир.
Когда боевой адреналин и ярость начали отступать, старшего брата накрыло откатом по полной программе.
Он сидел, запрокинув голову, и со свистом дышал сквозь стиснутые зубы. Лицо его под слоем копоти было бледным как мел, из рассечённой брови и десятка глубоких порезов на груди сочилась кровь, а левая рука от плеча висела под неестественным углом.
Я подлетел к брату, упал перед ним на колени:
— Яр! Ну ты как, братишка⁈
Яромир с трудом разлепил воспалённые веки. Сфокусировал на мне взгляд и попытался изобразить на разбитых губах фирменную залихватскую ухмылку. Получилось кривовато, но чертовски гордо:
— Живее всех живых, мелкий… Не дождётесь… Ты видел, как я этого крота в его зажарил⁈ Будет знать на том свете, как Ярославским в спину камнями пулять!.. Ох, бляха-муха… Плечо только левое… кажись, выскочило, когда каменюками сверху привалило…
Я бегло прощупал его левый сустав пальцами, одновременно подсвечивая внутренним зрением ток живицы. Ну так и есть: вывих плечевой кости со смещением, да ещё и пара трещин в ключице и нижних рёбрах!
Если бы не кокон «Кольчуги Души» и не чудовищная энергетика родового Феникса в последний миг взрыва, эту каменную воронку можно было бы смело назвать братской могилой!
— Терпи, казак, атаманом будешь! — скомандовал я, одной рукой зафиксировал его ключицу, а второй перехватил вывернутое предплечье на излом. — Сейчас птичка вылетит! Глубокий вдох, брат!
— Давай уже, костоправ хренов, не тяни кота за… — начал хорохориться Яромир.
Я не дал ему договорить и рывком с проворотом вогнал головку сустава обратно в суставную сумку!
ХРУСЬ!
Звук вышел такой сочный, будто сухую еловую ветку об колено переломили!
— Ы-ы-ых ты ж ёкарный бабай!.. — сквозь сжатые зубы выдохнул Яромир, на секунду побелев ещё сильнее.
— Всё-всё, уже на месте! Дыши ровнее! Всеволод, Борис, что у вас с медициной?
— Можем шину наложить и повязку.
Оставив братьев Рязанцевых помогать Яру, я шагнул в сторону и остановился над вторым участником дуэли.
Семён Аркадьевич Романов лежал на спине, раскинув руки. От его щегольского наряда и холёного лоска не осталось и следа. Шея племянника Императора была сломана, голова повёрнута набок, а грудная клетка под вышитым жилетом вдавлена внутрь.
Однако мой взгляд зацепился вовсе не за смертельные травмы.
Я присел на корточки возле трупа. Подцепил двумя пальцами оторванный воротник его шёлковой рубашки и оттянул ткань в сторону, оголяя ключицу и шею.
— Ну надо же, какая прелесть… — присвистнул я, разглядывая то, что скрывалось под одеждой мажора. — Бориска, Сева, гляньте-ка сюда!
По мертвенно-бледной коже Семёна от шеи к солнечному сплетению расползалась уродливая паутина угольно-чёрных вен! Даже после смерти хозяина эти вздувшиеся сосуды едва заметно пульсировали!
— Твою ж дивизию… — помрачнел подошедший Всеволод. — Это ещё что за дрянь на нём высыпала? Чёрная метка, как у тех мутантов на Рубеже⁈
— Хуже, Сева. Похоже на симбиотическое слияние с плотью Высшего из Опасных земель, — пояснил я, поднимаясь во весь рост. — Теперь понятно, откуда у нашего Семёна прорезалась такая мощь! Даже если бы Яромир не поджарил его, Сёма Романов с такой гнилью всё равно бы до конца недели не дотянул — либо сердце разорвало от перегрузки, либо обратился бы в безмозглую тварь вроде Пожирателя Костей!
Яромир, опираясь здоровой рукой о плечо Бориса, подошёл ближе, посмотрел на скрюченного у наших ног врага и сплюнул кровью на камни:
— Значит, в самом деле нелюдям продался… Собаке — собачья смерть! Вот только что-то мне подсказывает, братишка, что его сиятельному папеньке и Государю Императору наши объяснения про чёрные вены ни хрена не понравятся!
И словно в подтверждение его слов, тишину майского леса за высоким кирпичным забором разорвал приближающийся вой сирен!
Сначала взвыла одна машина, следом за ней вторая, третья… А секунду спустя сверху, со стороны Москвы, донёсся ритмичный рокот лопастей боевых вертолётов!
Кирилл и Максим подобрались, вскинули автоматы к плечу.
— Елисей Святославович! По наши души кавалерия скачет! — крикнул Максим, выглядывая в просвет въездных ворот. — Не меньше четырёх броневиков спецназа чешут! Пыль столбом стоит!
— Валить надо, Елисей! Через задний двор в лес и к мотоциклам, пока кольцо не замкнули! — рявкнул Всеволод Рязанцев, хватая под локоть раненого Яромира.
— У нас в запасе секунд тридцать от силы! — поддержал Максим.
— Стоять на месте! Никаких побегов! — мой командирский голос прозвучал как удар хлыста, заставив обоих братьев Рязанцевых замереть на полушаге. — Включите башку, парни! Если мы сейчас побежим через лес, то это будет равносильно чистосердечному признанию! Тут же всюду камеры. Побежим и нас объявят государственными преступниками!
— И что ты предлагаешь, умник⁈ Стоять с поднятыми лапками и ждать, пока нас тут покрошат⁈ — огрызнулся Борис, косясь на небо, где над кронами елей уже зависли две остроносые «вертушки».
— Я предлагаю действовать по уму! — отрезал я и повернулся к своим гвардейцам: — Кирилл! Максим! Автоматы на предохранитель и сложить на землю в трёх шагах от себя! Быстро, я сказал! Борис, Сева, убирайте свою ботву и гасите живицу! Мы не вступаем в бой с войсками Короны! Мы с вами благородные адепты Императорской Академии. И мы накрыли тайное логово пособников Опасных земель! Говорите правду и всё как есть! Вот наша железная линия, и от неё ни на шаг не отступать!
В этот миг кованые створки въездных ворот вылетели внутрь двора, выбитые таранным ударом полицейского броневика!
Вслед за первым бронеавтомобилем во двор влетели ещё два штурмовых фургона! Одновременно с этим с зависших над крышей особняка вертолётов по тросам посыпались штурмовики спецназа ИСБ в глухих шлемах и зачарованной армейской броне!
За какие-то десять секунд вокруг нас сомкнулось стальное кольцо из трёх десятков стволов!
Красные точки лазерных целеуказателей заплясали на моей груди, на лбу Яромира и на плечах братьев Рязанцевых.
— Всем стоять на месте! Руки за голову! Подавить живицу! Любое движение или попытка активации дара будут расценены как атака! Открываем огонь на поражение без предупреждения! — металлическим громом прокатился по двору усиленный мегафоном бас.
Мы переглянулись и подняли руки.