Попав наконец в свою комнату, Гелена первым делом нырнула в джакузи. Ей о многом нужно было подумать. Пережитый по дороге домой кошмар казался дурным сном, нелепым фокусом, организованным кем-то то ли из мести, то ли для устрашения. В то, что её кто-то хочет убить, Гелена просто не могла поверить! Набирая пригоршню душистого розового мыла, она вспомнила ночное кладбище и неподвижную серую фигуру с красными горящими глазами, прожигающими темноту. Какой тревожной стала её жизнь буквально за несколько дней. "Омбра тантум"... Пожалуй, смотреть на тени на стене было бы безопасней, но она этого уже не хотела. Неведомый мир манил. К тому моменту, как Гелена вышла из ванной и встала к окну посмотреть на звёзды, она уже твёрдо решила, что примет свой дар и, когда это будет возможно, отправится в Совиный лес к Слепой Вдове, его Хозяйке, чтобы получить свой талисман в колодце Омути. Главное, чтобы Мефисто и Блэк были рядом — с ними не так страшно.
В комнату постучали. Это Рита пришла сообщить, что его светлость граф вернулись и ждут ее светлость графиню на ужин.
Глава 19. Из-под смертного свода кургана
Из-под смертного свода кургана
Вышла, может быть, чтобы опять
Поздней ночью иль утром рано
Под зеленой луной волховать.
Анна Ахматова
Собираясь на ужин, Гелена старательно крутилась у зеркала. Она решила, что довольно Мефисто видеть ее неприбранной: ей до сих пор было стыдно за свой спортивный костюм и тапочки. Так что сегодня всё должно было быть иначе: сообщить о своём решении принять дар она хотела в романтической обстановке. Капелька нежных цветочных духов в декольте, по капельке на область пульса — и вот уже не блогер Гелена, а волшебная фея Евангелина Фламель выпорхнула из комнаты и уверенно направилась в гостиную.
Рита проводила ее до дверей и тактично удалилась, а Гелена тихонько вошла и остановилась, раздумывая, как поэффектней заявить о своем появлении. Мефисто с кем-то разговаривал по телефону и был так увлечён, что в её сторону даже не смотрел.
— Утром в Пепельном Синоде объявили, что в Рубеженске действует крупное спиритическое общество, о котором мы не знаем... Да... Не менее тридцати лет... Нет, пока не знаем... Многие состоят или состояли, он тоже точно не знает... Да там все в масках, он может только догадываться... Ребята, вы плохо знаете Пепельный Синод — Людо любую ложь за версту чует! Точно не может врать... Ну и что, что препятствуют! А вы давите, проверяйте еще, я на связи в любое время.
Тут он обернулся, словно почувствовав, что не один в гостиной, и встретился взглядом с растерявшейся Геленой, которая проклинала себя за то, что не нашлась, как заявить о своем присутствии, и теперь граф точно подумает, что она подслушивала.
— Добрый вечер, сударыня! С прибытием! Вас, как я посмотрю, не так просто вывести из равновесия: после нападения элементаля далеко не каждый сможет выглядеть столь обворожительно. Прошу простить мою неучтивость: пригласил даму на ужин и заболтался. Хотя меня извиняет то, что я расскажу вам пару интересных новостей. Присаживайтесь.
Он предложил Гелене руку и галантно проводил ее к креслу за столом. Ужин был изысканным, блюда выше всяких похвал, сервировка роскошная, но Гелена смотрела на Мефисто, и в голове молоточком стучало: "Как же я соскучилась!" Чтобы не выдать своих чувств, она спросила:
— Вы уже знаете, что сегодня случилось?
Граф кивнул и отложил приборы. Гелена поразилась, каким серьезным и даже жёстким стало его красивое лицо.
— Слышал и очень расстроен. Я всегда расстраиваюсь, когда не понимаю причины подобных событий. Блэк мне рассказал, что у вас тоже нет версии, кто является вашим недоброжелателем.
Гелена покачала головой.
— Может, не надо было сжигать того кота? Есть же способы поймать, например? — предположила она.
— Чтобы узнать, кто его послал? — невесело усмехнулся Мефисто. — Вы не путайте элементаля и фамильяра. Элементаль — это зомби. Он не рассуждает и тупо выполняет волю своего хозяина. И у точно он ничего вам не расскажет — даже не поймёт, чего вы от него хотите. Скорее самоуничтожится. Так что, появились какие-то мысли, кто это мог сделать?
— Ума не приложу! — честно ответила Гелена. — Я, если честно, думала, что это из-за Линблау: может, кто-то реально не хочет видеть меня среди свидетелей. До вас с профессором добраться сложнее, а меня убрать — раз плюнуть! Разумеется, Блэка они в расчет не взяли, вот и просчитались... А вы мне хотели какие-то новости сообщить. могу спросить, какие?
Мефисто вежливо улыбнулся.
— Ах да, новости. Одну из них, я думаю, вы уже слышали в моем телефонном разговоре...
— Я не специально! — покраснела Гелена.
— А я вас и не упрекаю. Просто начну сразу с того, что неуважаемый господин Линблау сотрудничает с Пепельным Синодом и выдает массу любопытной информации. Знаете, как он нашёл своих темноватых друзей? На спиритическом сеансе! Да-да, в Рубеженске действует подпольное спиритическое общество, активно ищущее в тонком мир сущностей, чтобы заручиться их поддержкой в различных сомнительных предприятиях.
— А не водит ли он вас за нос? Мы с профессором Линблау познакомились, когда он согласился дать интервью на моём канале о том, что все утверждающие, что видели потустороннее, страдают расстройством личности и душевными болезнями. Не знаю, как он ввязался в ту мистическую историю, но раньше он был скептиком...
— Графиня, вы себя слышите? — изумился Мефисто. — Человек с действующим контрактом с темными силами по определению не может быть скептиком! Я сильно подозреваю, что в вашем городе поселилась скверна под названием ренегатство: тёмные практики активничают под носом у доверчивых горожан, морочат им головы лжепатриотизмом, рассказами о психических отклонениях и скепсисом. А сами в это время вынашивают планы о личном могуществе и процветании. Вычислить их чрезвычайно сложно, потому что они научились искусно притворяться, мимикрировать под научное сообщество или неприметных обывателей, а сами строят карьеру, мстят врагам и творят что заблагорассудится с помощью сами видели кого.
Гелена вспомнила Рубеженск с его милыми провинциальными улочками, церквями, озером, на котором так любят отдыхать жители, незамысловатые праздники, на которых накрываются столы под открытым небом и звучат песни... Это место, где она выросла, где жили ее школьные товарищи, с которыми, правда, она почти не общалась (они строили семьи, а она — карьеру), и на душе стало тревожно: получается, любой человек, которого она знала, с кем общалась или у кого брала интервью, мог что-то замышлять против других.
— А есть какие-то доказательства, кроме слов Линблау?
— Пока косвенные, — вздохнул Мефисто. — КОВЧЕГ этим занялся. Начали с полиции, решили узнать на предмет разных там непонятных дел. Оказывается, таких довольно много — они их называют "глухарями". В частных беседах полицейские об этом рассказывают, но как только КОВЧЕГ попробовал добиться правды в официальном порядке под видом адвокатов потерпевших, началась такая муть... В связи с этим делаем вывод о причастности высших чинов полиции к спиритическому клубу. Вот такие дела...
Гелена задумчиво рассматривала вилку для фруктов.
— Но ведь если замешаны полицейские чины, значит, там есть кто-то еще более влиятельный!
— Почти наверняка! — согласился Мефисто.
— И что вы намерены предпринять?
— Основная ответственность сейчас на КОВЧЕГЕ. Они усилили охрану Линблау — сейчас он и обвиняемый, и свидетель. Параллельно проверяют его показания. Честно говоря, гнилой он человек: буквально, как в клетку попал, начал приятелей своих подставлять, при этом умоляя его от них защитить. Пепельный Синод подключился и поставил свою защиту, но сомневаюсь, что наши медиумы будут ждать, когда и за ними придёт КОВЧЕГ. Именно поэтому агрессия на вас заставила меня задуматься, не связано ли это каким-то образом с тем же делом...