Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Вот через красавчика и попала, — невесело усмехнулась Гелена, решив изобразить брошенку. — Нужна была — использовал, а не нужна стала — бросил.

Профессор поцокал языком.

— Однако поздно уже! Мои тёмные друзья заждались...

Он повернулся к распорядителю:

— Эдуард, аут!

Гелена почувствовала, как напряглась рядом до этого момента молчавшая Эрика, как сильно сжала её руку.

Видимо, Эдуард нажал на какой-то механизм, и вокруг стола открылись люки, на которых стояли стулья. Все "спириты", взявшись за руки, полетели вниз, но Гелена и Эрика быстро выпустили руки сидящих рядом, и Эрика, успев оттолкнуться от падающего люка, взмыла вверх, утаскивая Гелену за собой, и приземлилась на пол поодаль.

Тут ж Гелена выхватила из-под свитера медальон, осветивший комнату белым светом и произнесла короткое заклинание обездвиживания, а Эрика сформировала в руках красный огненный шар, который, пробив деревянную крышу дома, взмыл вверх.

Первым в дом на пустыре ворвался Блэк, точными ударами уложив охранников, за ним Мефисто и Палыч. Палыч первым делом кинулся к остолбеневшему профессору Линблау, а Мефисто — к рыдающей Гелене. Он обнял её, изо всех сил прижимая к себе

— Что с вами, Евангелина? Вы целы? Почему вы плачете?

— Мефисто, он, он... — всхлипывала она. — Он их убиииил!

— Кого? — не понял Мефисто.

— Вот этот людей, которые за столом сидели, в подвал сбросил, — объяснила Эрика, указав на Линблау.

Палыч тут же дал распоряжение спецназу КОВЧЕГа, проверить, что под домом. Оказалось, действительно, подвал. Там на матрасах приходили в себя самые известные люди города, совершенно не понимая, как они туда попали. Они даже не подозревали, что еще несколько минут назад, по злой воле своего наставника, могли стать кормом для его потусторонних питомцев.

Тут в комнату вошёл Пепельный Синод. Людо нахмурил бровки и с детской откровенностью сказал Линблау:

— Если я из-за тебя не успею на Огненное Шоу на Площади Трёх Виселиц, тебе целый год будут сниться кошмары, понял?

Мнемон и Атропос сразу принялись латать дыры, вокруг которых всё еще клубилась напуганная белым светом амулета тьма. Глядя на их высококлассную магию, Евангелина немного успокоилась и перестала всхлипывать. Она пднялась и подошла к Эрике:

— Спасибо, сестра, — сказала она и обняла девушку. — Я перед тобой в долгу.

Глефы не всегда находят нужные слова, поэтому Эрика обняла ее в ответ. А потом все-таки добавила:

— Приходи на тренировку — научу тебя левитировать.

Евангелина предупредила Пепельный Синод, что спиритический круг был разорван, когда в теле Председателя находился дух, чтобы проверили Подмаевского на предмет одержимости, и вместе со всеми устало побрела к выходу, возле которого лицом в землю лежали оказавшие сопротивление при задержании охранники. Рядом грузили в автобус незадачливых "медиумов" из подвала.

— Так как же все-таки выбрался Линблау? — спросила Гелена у Мефисто.

— О, это любопытная история! Наша общая комбинация с Палычем. Мы заподозрили, что он сдает спиритическое общество не просто так, а чтобы затянуть время. Чувствовали, что он знает намного больше, но намеренно недоговаривает: значит, спириты ему нужны, не хочет выдавать. Палыч обратил внимание на странное поведение следователя Кукушкина, который пытался стереть охранительные символы. Конечно, вручную их не сотрешь, но мы, с позволения Пепельного Синода, ему подыграли. Он тут же вызвал сущность, с которой у него контракт (я так понимаю, вы ее сегодня видели в теле Председателя), и вместе они разыграли спектакль с сердечным приступом. А дальше дело техники. Тело исчезло до вскрытия. Думаю, помог тот же потусторонний приятель или сотрудники полиции, морга — у Линблау были обширные связи. Так мы поняли, что скорее всего он не удержится от появления перед вами на спиритическом сеансе.

— А нам почему не сказали? — спросила Эрика.

— Потому что не было стопроцентной уверенности. Вы бы могли из-за этого пропустить что-то важное. Но вы большие молодцы, что справились. Правда, я эту ночь запомню на всю жизнь...

Только сейчас Гелена почувствовала, что у бесстрашного полудемона дрожат руки.

— Ну что, домой? — спросил Мефисто, когда они вчетвером сели в карету.

— Наши все, наверно, на празднике, — сказала Эрика.

— Правда, поедем на Площадь Трёх Виселиц! — предложила Евангелина. — Вот только одежда наша...

— Мне сестры привезут, — сказала Эрика.

— А ваш плащ, графиня, в дорожной сумке под креслом, — сказал Мефисто и увидел, как просияло лицо Евангелины: ей была приятна его забота. — А вот ваш телефон. Лежал в коробке в том доме. Я подумал, что он вам тоже понадобится.

Евангелина была так тронута, что просто кивнула с полными слёз глазами.

Вскоре пегасы пошли на снижение, и остановились в одном квартале от Площади Трёх Виселиц — дальше было не протолкнуться. Сюда долетали веселые песни с площади. Мотив одной из них показался Евангелине очень знакомым. Подойдя поближе, она увидела небольшую компанию ведьм, часть из которых была из других стран. Изрядно захмелевшие и счастливые, сдвинув набекрень остроконечные шляпы, они самозабвенно пели на русском языке:

Ты проклят!

Сотню лет теперь по мне сохни!

А после сдохни!

А после сдохни!

А-а-а-а!

А после — сдо-о-о-ох — ни!

— О боже, нет! — простонала Евангелина.

— Что? — не понял Мефисто.

— Я знаю эту песню!

— Кто же не знает Лулу Дизель? — удивилась Эрика.

— Интересно, сама Лула в курсе, что её "хиты" вышли на международный уровень? — смеясь до слёз, спросила Евангелина.

Это была самая веселая ночь в ее жизни. Они танцевали до упаду, ели вкусные пирожки с лотков уличных продавщиц — улыбчивых ведьмочек-стряпух, смотрели фейерверк, который специально для праздника подготовила шоу-группа "Тай-ян-лун" ("Солнечный дракон") из Китая. Наездники на живых золотых драконах высоко в небе выпускали огненные шары, которые складывались в чудесные узоры.

Когда на рассвете Евангелина и Мефисто возвращались домой, она нечаянно уснула на его плече, и он подумал, что хотел бы вечно лететь в карете вдвоем с этой удивительной девушкой.

— Графиня, как вы хотите провести следующий день? — тихонько спросил он, когда кони аккуратно приземлились у резиденции "Эксилиум".

— Конечно же, с вами, дорогой граф, — сказала Евангелина, сладко потягиваясь.

И через секунду с ужасом:

— Я что, сказала это вслух?

Но Мефисто смотрел на нее с такой нежностью, что она покраснела и рассмеялась. А день, который начинается с улыбки, конечно же, будет счастливым.

42
{"b":"982675","o":1}