— Проснулась? Хорошо. На-ка выпей, — протянула она кружку.

— Спасибо большое. Если бы не ты, я, наверно, истекла кровью, — проговорила я, принимая отвар.

— Не то слово. Вовремя тебя Аскар принёс. Мышцу и нервы я срастила, но два дня тебе нужен покой, а потом осторожно разрабатывать. Повязки с рук завтра уже можно снять. Я наложила заживляющую мазь. Там раны неглубокие, — поговорила она, выходя за дверь.

Я села поудобнее и принялась пить горькую жидкость. Не успела я выпить и половину, как дверь снова открылась и заглянула Ида.

— Как ты? — спросила она, не спеша заходить.

— Уже хорошо. Я сама виновата, что полезла к ним. Забыла о предупреждении. Салли сказала, что два дня я должна посидеть дома, но потом я обязательно приду.

— Да, не торопись с этим. Ты и так без выходных там. Мы с Гертрудой очень признательны тебе. Никогда такой чистоты не было. Мама Софии захотела помогать нам, так что теперь у тебя появилась помощница.

Я улыбнулась, но решила промолчать. Не особо хотелось работать с бывшей Аскара, но, похоже, это только меня заботит. Допив отвар, почувствовала слабость и тут же потянуло в сон. Видимо, что-то в нём было для моего скорейшего восстановления. Ида, увидев мои закрывающиеся глаза, подошла к кровати, забрала кружку и накрыла меня одеялом.

Следующее моё пробуждение было уже поздним вечером. За окном темно, но в доме слышен разговор — значит, правильно определила. Ещё никто не спит, и мне приспичило в туалет. Осторожно поднялась и свесила ноги вниз. Очень неприятно заныла конечность. Стараясь не наступать на пострадавшую ногу, я хотела прыжками дойти до двери, но она открылась, являя Великана.

— Спасибо, что не дал умереть, — попыталась я вроде как поблагодарить и заодно пошутить.

— Куда собралась? Салли сказала, что тебе нужен покой.

— Да в соседнюю комнату, вообще-то, — указала я пальцем на стену, за которой был туалет.

Аскар тут же подошёл и хотел меня сграбастать, но я не поддалась. Он, приподняв бровь, дёрнул головой, намекая на то, что не понял, почему я против.

— Ты меня эти два дня на руках что ли носить собрался?

— Да хоть всю жизнь, — подхватил меня под бёдра и вынес в коридор.

Возле соседней двери опустил и, придерживая за локоть, помог зайти внутрь. Ну и как в такого не влюбиться?

Дождавшись, он, не спрашивая, тут же поднял меня и зашагал к лестнице.

— Ты куда? — воскликнула я, глянув на дверь спальни.

— Домой.

— Я к тебе не пойду жить! — возмутилась я.

— А я и не звал пока, — рассмеялся он и, как будто бы ненароком, провёл носом по моим волосам.

Салли снабдила меня травами для восстановления сил, потому что было потеряно много крови, проводила до ограды и предупредила, что завтра придёт попроведовать.

— Надо было одеяло взять, а то холодная. Замёрзла? — спросил он, когда довольно далеко уже отошли от дома.

— Немного, но терпимо, — ответила я, немного смущаясь, потому что опять в голову полезли пошлые мысли.

Сейчас я крепко держалась за его могучую шею и откровенно наслаждалась близостью горячего тела. Положив голову на плечо, я совсем расслабилась и впервые решила узнать, чем пахнет мужчина. Прикоснувшись носом к его шее, я вдохнула. Тёплый, слегка мускусный мужской аромат без единого намёка на искусственные запахи мыла, дезодоранта или парфюма.

— Похоже, что всё-таки понесу тебя к себе, — приглушённо прорычал он, а у меня снова по телу пробежались мурашки, приподнимая волоски.

В этот момент я готова была сказать: «Неси», но ноющая боль в ноге не дала совершить этот безумный поступок, и я промолчала. Врать себе я не собиралась, потому что безумно захотелось этого мужчину, поэтому, наплевав на возможное осуждение, снова поводила носом по его коже и слегка прикоснулась губами, ощутив слегка солоноватый вкус. Аскар утробно зарычал и, ещё сильнее прижав к себе, остановился, глядя мне в глаза.

— Прости, прости. Больше не буду. Идём дальше, — сдерживая улыбку, проговорила я, понимая, что зря дёргаю тигра за усы, точнее, волка.

Луна с Ренардом уже знали о случившемся, поэтому ждали нас, не ложась спать. Великан передал меня в заботливые руки Луны и сразу же ушёл, а я, опираясь на женщину, доковыляла до ванной и наконец-то сняла грязное платье. Луна помогла ополоснуться так, чтобы не намочить повязки, и проводила в спальню. Весь следующий день я впервые за долгое время действительно отдыхала. Спала, читала книжку, болтала с Луной, ела и снова спала после принятия отвара, который дала Салли. Она забегала ненадолго. Проверила раны и убежала. Ближе к вечеру неожиданно пришли посетители в лице детей и родителей. Мальчишки слёзно просили прощения, а я не могла на них сердиться, понимая, что сама виновата. В итоге обменялись извинениями и расстались полюбовно. Ночью я проснулась от непонятного шума. Затем услышала голос Ренарда, и вдруг моя дверь тихонько отворилась, и в проёме появилась волчья голова.

— Не мог до утра потерпеть? — возмущённо прошептал Ренард и всё же впустил ко мне волка.

Тот подошёл к кровати, лизнул мою руку и улёгся на пол. И как я должна на это реагировать? Повернувшись на бок, я подвинулась к краю и принялась разглядывать эту громадину. Хотелось спуститься к нему и зарыться руками в его густую шерсть. Даже звериная его форма меня привлекала. Хотелось выкинуть из головы все свои опасения и отдаться чувствам, но я не могла свыкнуться с мыслью о том, насколько мы разные. Страсть пройдёт, а что потом? Сожаления? Или ещё хуже: он наиграется и снова вернётся к покорным волчицам, а я останусь с разбитым сердцем. Зачем он пришёл и травит мне душу? Отвернувшись, я накрылась одеялом и стала пытаться уснуть, но никак не получалось. Выспалась днём. Отвлекали ещё громкое дыхание и шорканье когтей об пол. Промучившись с час, я поднялась и осуществила своё сумасбродное желание. Улеглась на мягкого зверя, потискав его за уши, и нашла удобную позу, чтобы наконец-то уснуть. Во сне я ощущала на коже шершавый язык и тёплое дыхание, затем нежные прикосновения и поцелуй. В полудрёме почувствовала, как он меня уложил в кровать, и вот я проснулась в комнате одна. Похоже, я стала героиней любовного романа. Только там бывают такие мужчины — нежные и заботливые.

Второй день я провела точно так же, в полном безделье, но после отвара бодрила себя, чтобы не уснуть, потому что не хотелось сбивать режим, так как завтра я хотела бы вернуться к работе. Аскар пришёл к нам под вечер в человеческом виде и с ходу выгрузил на стол пакеты с мясом. Луна поздравляла его с удачной охотой и предложила разделить добычу, на что он отказался, указав тесаком на меня:

— Я для неё принёс.

Луна поставила перед ним разделочную доску, и тот начал бодро орудовать острейшим ножом, так что мне оставалось только сидеть на стуле и взирать на это всё огромными глазами. Помимо того, что мясо оказалось бывшим оленем, меня больше поразил сам «охотник». Он ловко разрезал огромные куски на маленькие и тут же фасовал по пакетам. Луна была на подмоге и складывала всё это в морозильную камеру. За этим занятием нас застал Ренард. Хмыкнув, он отправился умываться, и вскоре Луна вместе со мной были отправлены заниматься какими-нибудь своими женскими делами. Я была под впечатлением весь вечер, потому что после разделки они приготовили ужин и позвали нас только тогда, когда было уже всё на столе. Мужчины весело обсуждали охоту и вспоминали прошлые случаи, связанные с ней. Луна иногда подтрунивала над ними, а я продолжала находиться в изумлении. Я никогда не была в такой доброжелательной обстановке. Выросшая в деревне среди пьяниц и нищеты, я даже предположить не могла, что мужчины могут не только собственными руками, но в данном случае зубами убить животное, разделать его, да ещё и приготовить наивкуснейший ужин. В академии мальчишки вообще не в сравнении с этими опытными мужчинами. Глядя на Луну, я завидовала белой завистью. Как хорошо, что хоть где-то есть счастливые женщины, которые могут положиться на мужчину, а не волочь весь быт, детей, работу на себе, как моя несчастная мама. От этих мыслей я расстроилась и почувствовала, как слезливый ком подступил к горлу. За день я немного уже приноровилась наступать на ногу, поэтому, извинившись, поднялась из-за стола и поспешила уйти в ванную, чтобы не испортить своими внезапными слезами такой хороший ужин. Поплескав в лицо холодной воды, я смогла сдержаться и не пустить на волю обуздавшее меня чувство несправедливости.