И вот, выйдя из почтовой конторы, я отправилась в дом магистра на ежедневное издевательство со стороны её племянника. Парень не даёт мне прохода последние два месяца. Как только он переехал в этот дом, я теперь не могла нормально работать. Маг со слабым воздушным даром сразу заинтересовался мной. Сначала разузнал у своей тётки все подробности, какие она могла знать обо мне, затем пригласил на свидание, от которого я отказалась, а потом принялся до меня домогаться. Получив очередной отказ переспать с ним, теперь в дело пошли шантаж и мелкие пакости. Прекрасно знает, что я не могу за себя постоять магически, он ставит по всему дому ловушки, в которых я либо застревала и не могла выбраться, пока он, облапав меня, не освободит, то создаст иллюзию грязи, которую я пытаюсь вывести по несколько часов. Как-то я попыталась пожаловаться на него магистру, но она не поверила. Зачем взрослому парню такое делать? Как хорошо, что нам скоро выдадут дипломы, и я наконец-то смогу больше сюда не приходить.

— Улька, начни сегодня с моей комнаты, — встретил меня у порога Дэниель.

Я кивнула, но внутренне подобралась, ожидая очередную подставу. В подсобной комнате переоделась в униформу горничной и, повязав фартук, посмотрела на себя в зеркало. Моя внешность для этого города была нетипичной, потому что моя бабушка была подданной Ягватской империи. Она сбежала в Тонивию в зрелом возрасте. Умудрилась здесь выйти замуж и родить дочь. Моя мама получилась светлокожей брюнеткой, взявшей от бабушки только цвет волос и разрез глаз, а в остальном она была похожа на моего дедушку. Она в нашей деревне ничем не отличалась от местных жителей, потому что из-за близкой границы с империей у нас было много таких метисов. Но я внешне получилась как чистокровная ягватка: смуглая кожа, которую мне постоянно приходится отбеливать различными средствами, чёрные длинные прямые волосы, плоское лицо с высокими скулами, широковатый нос, чёрные глаза и двойное веко. «Эй, узкоглазая!» я за всю жизнь слышала столько раз, что и не счесть.

Кто был мой отец, я не знаю. Мама сказала, что он погиб, когда мне было почти два месяца, а как выглядел, ни разу не описывала. Единственное, что осталось мне от него, так это данное им имя, высокий рост — метр восемьдесят пять и выносливость. На академическом полигоне в беге я опережаю даже некоторых ребят, а девчонки всегда плетутся где-то в конце. И в общефизических упражнениях мне совершенно не тяжело отжиматься и подтягиваться. Как-то на спор я без подготовки подняла штангу в пятьдесят килограмм, так что, если не могу дать отпор магически, то затрещина моя доставляет обидчикам незабываемые ощущения. Ясное дело, Дэниеля я бить не могу, пока мне не выдали диплом, но если потом он попадётся мне, то за себя не ручаюсь.

Взяв уборочный инвентарь, я отправилась на третий этаж. Во всём доме, как всегда, кроме магистра, её мужа, сестры и племянника, никого не бывает. Кухарка приходит по утрам, а сейчас, днём, мы с Дэниелем были одни. Не знаю, как работает мой дар, но оценивать территорию я могу безошибочно. Я каким-то шестым чувством понимаю, сколько живых существ вокруг меня обитает в радиусе ста метров. По вибрации земли легко определяю по походке, мужчина это или женщина, и в какой примерно они весовой категории. Так вот, остановившись у двери, я почувствовала, что хозяин комнаты внутри. Вздохнув, я постучалась и дёрнула ручку. Пусть шторы и были задернуты, но света из коридора вполне хватило, чтобы увидеть обнажённого парня, лежащего на кровати.

— Я сегодня был в академии и встретил твою подружку Ингу. Она сказала, что тебе нужны деньги. Я заплачу́, — томно проговорил он, пригладив свои три волосинки на груди.

— А если тебе не понравится, то придётся платить мне? — спросила я, ставя ведро на пол.

— Не придётся. Я точно знаю, что понравится. Сколько ты хочешь?

— Ты мне столько не дашь, потому что у всей твоей семьи столько не будет. А в рассрочку не даю.

— Ты аппетиты свои поумерь. В зеркале-то себя видела? За десятку шлюхи меня всего оближут, а от тебя мне нужен только классический секс. Дам двадцатку.

Ладно, если бы я слышала об этом впервые, но за последнюю неделю это порядком надоело. И ещё, если бы он был хоть чуточку мужественным, то я могла бы хотя бы полюбоваться обнажённым телом, но нет. Дэниель был настолько дрыщавым, с абсолютно отсутствующей мускулатурой, что хотелось только посочувствовать или посмеяться, но я всегда была выше того, чтобы высмеивать чужую внешность.

— Хорошо, — выдохнула я, глянув на часы.

До прихода домочадцев было примерно два часа, поэтому, закрыв за собой дверь, я принялась развязывать фартук. Молодой мужчинка обрадовался и подскочил с кровати. Детородный орган как-то слишком быстро встал в боевую готовность, и он, видя, как я посмотрела на то, чем он, скорее всего, гордился, медленно пошёл ко мне. В это время я, подёргав лямки фартука, убедилась в их прочности. Шагнув навстречу парню, который, кстати, был ниже меня, я сняла с головы чепчик и кинула его на кровать.

— Я так и знал, что ты набивала себе цену, — ещё больше разозлил он меня.

— Все мы для тебя шлюхи продажные, — ответила я, хватая его за руку.

Отточенным на тренировках движением я скрутила его и, повалив на кровать, завязала фартуком руки за спиной. Естественно, он верещал совсем не по-мужски, и тут пригодился мой чепчик. Заткнула ему рот, затем завернула брыкающегося парня в одеяло и, сдёрнув с балдахина шёлковые ленты, обмотала эту гусеницу так, что он не мог теперь даже согнуться. Вокруг него то и дело появлялись воздушные вихри, но годы жизни с Молли приучили меня не обращать на это внимания, так что они меня абсолютно не напрягали, как и мычащие звуки, что в данном случае даже смешили. Глянув последний раз на своё творение, я тут же приступила к уборке. Распахнула шторы и, вымыв полы, ушла прибираться в остальные комнаты. Когда пришли его родственники, я, как ни в чём не бывало, закончила работу, попрощалась и ушла в своё общежитие. Надеюсь, они скоро обнаружат своего избалованного мальчика, и мне ничего за это не будет.

Мои соседки в столь поздний час были уже в комнате.

— Зачем ты Дэниелю рассказала о моих проблемах с деньгами? — сразу же начала я с порога.

— Что за Дэниель? — спросила Молли.

— Племянник магистра Авани, — ответила за меня Инга.

А я пожалела, что всё подряд ей когда-то рассказывала и даже познакомила её с ним. Он приходил в академию к своей тётке, и мы случайно столкнулись в коридоре.

— И что там за проблема? — не унималась Молли.

— Наша недотрога не понимает очевидных вещей. Парнишку ведь можно раскрутить на деньги, не снимая с себя трусов. Пятой точкой повиляла бы, сладким голосочком на ушко пошептала, погладила пару раз ему между ног, наобещала дикой страсти и выпросила на подарочки… Всему учить надо, — закатив глаза, выдала Инга свою обычную версию, как можно использовать парней.

— Куда тебя отправили по распределению? — вдруг резко сменила тему Молли.

— А что сегодня распределяли? — удивилась я тому, что магистр Авани при встрече ничего не сказала.

— Ну ты даёшь! Всем раздали путевые листы и документы. Меня отправляют в Балик, потому что у меня там живёт сестра. Ингу — в поселение к оборотням. Представляешь, как ей повезло!

— Ничего не повезло! Во-первых, это хрен пойми где, глушь лесная без цивилизации, и по договору я должна буду проработать на их полях целый год! Это несправедливо! Я хочу остаться в городе! Во-вторых, я побаиваюсь всякого зверья, и в-третьих, моего Андрэ оставлять одного нельзя даже на пару дней. Он сразу себе какую-нибудь девку найдёт.

— Зато там столько красавчиков, получше твоего Андрэ. Помните, как к нам на юбилей академии приезжала команда оборотней по спортивной борьбе? Я все три дня провела на полигоне и хотела вслед за ними ехать, — расхохоталась Молли.

— Ну что толку от них? Они, кроме своих оборотниц, никого в жёны не берут. А просто покувыркаться я и здесь могу волосатика найти.