— И машины отбирать у семьи с ребенком, так, Юра?

Юра помолчал.

— Мне приказали, — прозвучала нелепая отмазка.

— Ты женщину раненую, мою жену, из машины за шиворот тащил, — сказал Марсель, поднимаясь и подходя ближе. — При ребенке. Пистолетом, мразь, угрожал.

Юра ничего не ответил. Он лежал, повернув к потолку забинтованное лицо, и только связанные руки на груди сжались.

— Мужики, поймите, я на работе был, — сказал он наконец и голос его дрогнул. — Мне приказали.

— Работа, — тихо сказал Марсель. — Хорошая работа, а если бы у нас оружия не было? Если бы получилось у вас? Ну вот выкинули вы нас из машины, что дальше⁈

Марсель повысил голос, и из комнаты отдыха выглянула встревоженная Наташа. Увидев ее, Марсель понизил голос.

— Суки вы.

Он отвернулся и вернулся к воротам. Игорь видел его спину и понимал, что Марсель сейчас держит себя изо всех сил, чтоб не наброситься на Юру. Сам Игорь помнил ту минуту не хуже: этот Юра в черной ветровке, по пояс в машине, крики Наташи и Алины, два выстрела в свою сторону. В тот момент, если бы Юра повел себя хоть чуточку по-другому, он, скорее всего, положил бы его на месте. Но сейчас, когда адреналин ушел, Игорь не готов был этого сделать. К тому же Юра отвечал вполне охотно, и только его слова о том, что он не знает, где находится Борисыч, вызывали сомнения.

— Дальше, — сказал Игорь. — Что еще собирали? Куда ездили?

— Да куда придется. Магазины, склады. Только не везде подберешься, этих белых уродов по городу полно. Наши в один склад сунулись, так оттуда еле ноги унесли, продукты побросали. Потом Борисович сказал сначала по его местам проехать, свое собрать, пока чужие не растащили.

— Что за места?

— Рестораны его. «Кедр» на Московской, «Старый двор» возле рынка, «Гранат» возле центра.

Сергей, сидевший на коробках у стены, поднял голову и встретился взглядом с Игорем.

— В «Гранат» когда ездили?

— Позавчера вроде. Да, позавчера.

— Кто ездил?

— Славик, Леха, еще мужики. А что?

— Ничего. Отвечай на вопросы. Этот ресторан тоже Бергмана?

— Да. Евгения Борисовича.

Игорь помолчал, потом снова обратился к раненому:

— Зачем туда ездили?

— Ну так же, продукты там забрать.

— Забрали?

— Привезли что-то, я помогал разгружать. Мясо, рыбу, коробки. Что в них, не смотрел.

— А Леха зачем поехал?

— Борисыч послал. Он места его знает, людей знает.

— Только продукты взяли или еще что-то?

Юра помолчал, вспоминая.

— Да вот, про бумажку какую-то говорил, в кабинете на мониторе была приклеена.

— Что за бумажка?

— Вроде записка какая-то.

— Ну что именно, что за записка?

— Я не читал, не знаю.

— Куда ее дели?

— Леха забрал. Сказал, Борисычу отвезет.

Семен посмотрел на Игоря поверх очков и покачал головой. Плохо. В записке не было адреса склада, но был указан канал связи, а это значит, что со вчерашнего дня их переговоры могли слушать.

— Надо канал менять, — негромко сказал Семен.

Игорь согласно кивнул. В этот момент Сергей встал с коробок и подошел ближе, после чего негромко произнес:

— Игорь, тут еще одно. Арсений ему племянник.

— Кому?

— Бергману. Сестры сын, кажется.

Игорь несколько секунд смотрел на него.

— Что раньше молчал?

— Да я не думал, что это важно. Ну, подумаешь, племянник хозяина. Он ничем особо не выделялся, не хвастался этим, нормальный парень был.

Про то, с кем ушла Юля, Сергей уже рассказал здесь, возле стеллажа. Игорь тогда не спрашивал, чьим родственником был бармен.

Он повернулся к раненому:

— Юра, Арсения знаешь? Племянника Бергмана.

— Слышал про такого. Сам не знаком.

— У вас он появлялся?

— При мне нет.

— А разговоры были? Где он, что с ним?

— Борисыч за ним людей вроде посылал, в первый день еще.

— Куда посылал?

— Не знаю.

— Нашли его?

— Не слышал. Нам же про это не докладывают.

— С ним девушка могла быть. Светлая, лет под тридцать. Юлия. Про нее что-нибудь говорили?

— Нет. Только про племянника слышал, что забрать надо, больше ничего.

Игорь сидел и думал, что еще спросить. Юра вроде бы охотно сотрудничал, но у Игоря было такое чувство, что он что-то упускает. Молчание затягивалось.

— Что со мной будет? — вдруг спросил Юра: видимо, этот вопрос его сильно мучал.

— Утром отвезем к пожарным, если они еще держатся. Возьмут — твое счастье.

— А если не возьмут?

— Утром и посмотрим.

— А если…

— Хватит вопросов, — сказал Игорь. — Я тебе ничего не обещаю. Лежи.

Он встал, держась за верстак. Марсель ждал его у ворот.

— Зачем ты его взял, Игорь? — спросил он шепотом. — Нет, ты скажи. Я ж не против, что ты его не добил. Но сюда-то зачем? Где Наташа с малой спят?

— Чтоб знать, кто они такие. Теперь знаем.

— Теперь и он про нас много чего знает.

Это была правда. Игорь сам в машине сказал вслух: «В гараж». Раненый сидел рядом. Слышал потом Сергея по рации, слышал, что «Субару» сломалась, а она стоит прямо возле гаража. Найдут ее — найдут и гараж.

— Номер бокса он не знает, — сказал Семен. — Кооператива тоже. Но слышал много, это да. Поэтому сторожим его без дураков, серьезно. Главное, чтоб глаза не развязал.

Марсель посмотрел на Семена, потом на Игоря.

— Мужики, пообещайте, что утром его здесь не будет.

— Обещаю, утром увезем его.

Сергей вызывал базу в девять. Так он сам с Клавдией Петровной договорился, когда сидел здесь один. Без пяти он подтащил складной стул к воротам, встал на него и поднял рацию к вентиляционной решетке над калиткой, под самым потолком. Прижал антенну к прутьям. Игорь смотрел на это и вспоминал, как сам ходил с рацией по всему гаражу, из комнаты к воротам, и ничего не поймал.

— Только тут берет, — шепотом сказал Сергей. — Я все углы обошел, пока один сидел. Внизу не берет вообще. А тут, если повыше, база меня слышит. Не всегда, правда.

Он нажал тангетку и почти беззвучно сказал в решетку:

— База, гаражу. Прием.

Ответили на третий раз, сквозь треск. Голос Клавдии Петровны был далекий, но ровный. Сергей уступил стул Игорю. Тот встал на него, держась за стену. Снаружи, за решеткой, было тихо, но все равно ему это не нравилось, так как его, скорее всего, было слышно снаружи.

— База, это Игорь. Марсель с семьей у нас. Все живы. Илью позовите. Прием.

— Здесь, — сказал Илья почти сразу. — Слушаю.

— Илья, этот канал уже не наш. Переходим на номер — сколько Сенина мать на переезде отработала. Как понял? Прием.

Пауза. Треск.

— Понял. Через минуту там. Отбой.

Через минуту Игорь снова влез на стул.

— База. Как слышишь? Как у вас обстановка?

— Слышу, слышу тебя хорошо, внутри нормально, сидим тихо, гости рядом ходят. Прием.

— Повтори, что у вас?

— Ночью машины через нас ехали, стреляли, шумно было. По камерам не менее пяти тварей рядом насчитал. Днем дрон поднимали. Насчитал больше полутора десятков, это которых видно. Ходят рядом с забором, у ворот пока не видели. Прием.

— Понял. Еще что? Прием.

— У переезда одна стоит, одетая, отдельно от всех. Я ее с дрона два раза видел, утром и в четыре. На одном месте стоит. Остальные вокруг нее прячутся. Может, совпадение. Но к нам сегодня не суйтесь. Прием.

Игорь прислонился лбом к холодной стене. Этого еще не хватало. Безопасный склад, где можно наконец помыться, нормально поесть и полноценно отдохнуть, опять откладывался.

— Понял тебя. Сидите тихо. У нас тут тоже разные события произошли, по приезде расскажу. Утром выходим проверить Диму. Он молчит? Прием.

— Молчит. Клава вызывает каждый час. Старый канал тоже слушать будем, раз в час. Прием.

— Хорошо, понял. Утром на связь. Отбой.

Он слез со стула. Семен положил рацию на стол и посмотрел на него.

— Твари?

— Твари. Говорит, полно их вокруг склада и еще какая-то непонятная возле переезда торчит на виду, тоже в одежде, и вокруг другие прячутся. На ловушку похоже.