— До склада добраться бы. Там и готовые есть, и снарядить можно.

— До него еще доехать надо.

Они разделили патроны. Пустые коробки Сергей смял и убрал под стол.

Семен тем временем остановился возле водительской двери. Осмотрел резинку, в которой еще торчали крошки стекла, потом оглядел стеллажи.

— Полосы железные где-то видел. Поищи внизу.

За стеллажом нашлось несколько тонких металлических пластин. Семен приложил одну поперек оконного проема, прикинул длину. Взял ножовку и за пять минут отпилил нужную длину.

— Подержи.

Игорь прижал пластину к рамке. Семен вкрутил саморез по металлу, потянул железо на себя и добавил рядом второй. Дальше работали втроем: Сергей выбирал из банки саморезы и подавал инструмент, Игорь держал, Семен крепил. Несколько полос пустили поперек, еще две поставили вертикально. Получилась грубая решетка с крупными ячейками.

Игорь сел за руль. Железные полосы немного мешали смотреть вбок. Чтобы увидеть зеркало, пришлось податься вперед.

— Ну как? — спросил Семен.

— Привыкну.

Семен ухватился за середину решетки и подергал. Тонкий металл прогнулся, но крепления выдержали.

— Если навалится, вырвет, — сказал он. — А вот лапу сразу не просунет.

Игорь вспомнил белую руку у своего лица и еще раз посмотрел на саморезы.

— Уже хорошо.

Спать решили так: Игорь на откидных нарах, Семен в комнате отдыха, а Сергей в машине, на разложенном заднем сиденье. Сергей сам это предложил и сам начал перекладывать сумки в багажник.

Игорь сел на нары, вспомнил и достал телефон Веры, еще раз открыл переписку, перечитал. После чего позвал:

— Сергей.

Тот выпрямился у открытой задней двери и вопросительно посмотрел на Игоря.

— Я обещал, что мы с тобой позже поговорим. Давай, сейчас самое время.

Сергей посмотрел на телефон в руках у Игоря, потом на Семена. Семен сидел на своем стульчике и ковырял ногтем этикетку на пустой банке.

— Я ж говорил, — сказал Сергей. — Все вместе выходили. Я на остановку пошел, а они разошлись.

— Юля с кем пошла?

— Игорь, я не хочу говорить то, чего точно не знаю. Мало ли что мне показалось…

Игорь встал. Сделал два шага, больше места в гараже и не было. Сергей отступил и уперся спиной в стеллаж. Банки на полке звякнули.

— Ночью ты сначала сказал, что не видел, — сказал Игорь. Голос у него был тихий и злой, и от этого Сергей вжался в стеллаж еще сильнее. — Днем, что был «кто-то из смены». Теперь «не знаю точно». Ты весь день жопой вертишь, врешь мне.

— Я не…

Игорь взял его за ворот рубашки и прижал к стелажу. Стойка уперлась Сергею между лопаток.

— Имя. Еще раз скажешь «не знаю» — я тебе рожу разобью. Я не шучу.

Он поднял кулак. Сергей зажмурился.

— Арсений! — выдохнул он. — Арсений, бармен наш. С нашей смены.

Игорь не опустил руку.

— Дальше.

— Он ее ждал, пока она кассу снимала. Сидел у стойки, они болтали, смеялись. Потом вместе вышли. На крыльце он взял ее за руку, а она так и пошла с ним. — Сергей говорил быстро, глотая слова. — Я и раньше их видел. После смены вместе уходили. Не раз уже.

— Почему сразу не сказал?

— Боялся. — Сергей открыл глаза. — Вы ночью пришли с ружьями, все в крови. Про родителей ее сказали, что их убили. Я подумал: скажу, а вы меня там и оставите. Или выкинете где-нибудь. А потом, у рыжей этой дома… У тебя такое лицо было. Тогда уж совсем страшно стало говорить, что я врал.

— Где он живет?

— На Чкалова, за центральным рынком. Пятиэтажка напротив банка, третий этаж, дверь направо. Я у него раз был, на дне рождения.

— Где они сейчас?

— Не знаю. Честно не знаю. Вот этого не знаю.

Кулак Игоря все еще висел в воздухе. Он и сам не понимал, опустит его или нет. Чья-то рука легла ему на запястье. Семен стоял рядом, протиснувшись вдоль машины.

— Хватит, — сказал Семен негромко. — Он все сказал. Хватит.

Игорь разжал пальцы на вороте. Сергей отодвинулся в сторону, поправляя рубашку. С верхней полки упала банка с гвоздями и раскатилась по бетону. Все трое замерли, слушая. Снаружи было тихо.

Игорь вернулся к нарам и сел. Хорошее настроение и расслабленность как водой смыло. Последние иллюзии рассеялись. Будто с глаз сняли пелену.

Вспомнилось поведение жены в прошедший год, на которое из-за обрушившихся на него откровений, паники и попыток что-то сделать он просто перестал обращать внимание. Отсутствие внимания с ее стороны только радовало, позволяя незаметно заниматься своими делами. Она не верила ему и даже не пыталась выслушать объяснения. А он тогда почти не задумывался, почему.

Да, он действительно накосячил, и крупно накосячил в ее глазах, потратив общие сбережения и заложив квартиру, но возможно же было все исправить, дать шанс ему объясниться. Такого шанса она ему не дала. Попытка лишить его дееспособности, страх из-за возможного физического насилия с его стороны теперь заиграли новыми красками и стали лишь поводом для быстрого развода.

На заднем сиденье, задвинутая к самой двери, стояла сумка, которую он собрал для Юли еще на складе. Рация, вода, лекарства. Возил ее с собой всю ночь и весь день. Свою злость он выразил одной фразой, которую прошептал про себя.

— Да пошла ты.

— Все, — чуть громче объявил он. — Закончили. С кем ушла, тот пусть ее и спасает. У нее теперь есть кому.

Семен промолчал, лишь одобрительно кивнул. Возможно, он с самого начала считал, что не стоило ехать за Юлей, но ни разу не попытался отговорить Игоря и ничем его не упрекнул. Просто шел за ним и прикрывал спину, рискуя собственной жизнью. Игорь посмотрел на его раненую руку. И такого человека он подставил! Таскал за собой по городу, лез вместе с ним под пули и в лапы тварей, пока искал жену, которая ушла с другим.

Сергей так и стоял у стеллажа.

— Вы меня теперь… — начал он.

— Ложись, — вздохнув, сказал Игорь, не глядя на него. — Никто тебя не гонит.

Сергей постоял еще, потом молча собрал гвозди с пола в банку, поставил ее на полку и забрался в машину. Дверь оставил открытой.

Семен протиснулся к верстаку, выдвинул нижний ящик и вытащил армейскую флягу в выцветшем зеленом чехле.

Он отвинтил крышку и протянул флягу Игорю.

— Давай, брат. По глотку. Нам еще дежурить. Сам когда-то гнал.

Самогон оказался крепким и неожиданно мягким, с яблочным привкусом. По груди разлилось тепло, и немного отпустило. Семен глотнул сам, подумал и протянул флягу в открытую дверь машины.

— На, тоже хлебни.

Сергей хлебнул, закашлялся, зажимая рот ладонью, и отдал флягу. Глаза у него были мокрые, и Игорь не стал разбираться, от самогона или нет.

Семен завинтил крышку.

— Ладно. Что завтра?

— Марсель, — сказал Игорь. — Патроны. Потом Диму проверить. И на склад.

— А на Чкалова?

— Нет.

— Чкалова за рынком, — сказал Семен. — Это же через центр, туда и так не проехать.

— Да хоть за углом.

Семен посмотрел на него поверх очков и больше про это не спрашивал.

— Патроны где возьмем? — спросил он. — Склад отрезан. В магазин не сунешься, в военкомат тем более.

— «Хантер».

— Борисыч там был. И в моем сне, и в твоем.

— Был. И оружейку вывез, ты сам видел: винтовки, карабины, ящики. Только он за стволами ехал. А там еще подсобки, мастерская, магазин при клубе. Павел нам порох через них доставал.

Семен медленно кивнул.

— Порох Борисычу ни к чему. Он снаряжать не станет, он стрелять собрался. Пресс тяжелый, тоже вряд ли потащит. А патроны по подсобкам мог и не все выгрести.

— Мог и все.

— Мог. Вот и посмотрим. Без патронов тяжко. Если там, у Марселя, как раньше было, то мы, может, до него и доберемся, а вот назад можем не выбраться.

Игорь согласно кивнул.

— В общем будем смотреть по обстановке.

Дежурство поделили так: первым Игорь, потом Семен до утра.

Игорь погасил лампу. Остался только серый отсвет у вентиляционной решетки. В калитке на уровне глаз Семен когда-то прорезал щель сантиметров пятнадцать в длину и три в ширину и закрыл ее снаружи откидной пластиной. Он показал Игорю, как сдвигать ее изнутри за приваренный штырь, чтобы не звякнула.