Откинув тяжёлый люк, Энтони выбрался из нутра раскалённой машины и с явным наслаждением выпрямил затёкшую спину. По его броневику тоже прилетело несколько раз: одно из попаданий даже выбило щитовые установки, но остальные прошли лишь по касательной, оставив на броне глубокие оплавленные борозды.

К машине почти сразу же подбежал один из лейтенантов. Это был совсем молодой паренёк, огненно-рыжий, с пронзительными голубыми глазами — весьма редкое сочетание генов. Лейтенант выпрямился, чётко отсалютовал командиру и принялся докладывать:

— Противник в данном квадрате уничтожен. Медицинский взвод приступил к оказанию первой помощи тяжелораненым.

— Где разведка? — осмотревшись, спросил капитан, спрыгивая с брони на выжженную землю.

Лейтенант жестом указал на пару КБМ-450Р, на крышах которых вместо тяжёлых пушек были установлены контейнеры для разведывательных дронов. По бортам машин располагалось по одной лазерной установке лёгкого калибра вместо стандартных плазменных орудий. Рядом с техникой суетились бойцы с нашивками разведки. Энтони кивнул, затем посмотрел в другую сторону: там уже разворачивался временный полевой госпиталь, куда санитары несли раненых.

— Пленных, если есть, доставить в госпиталь и оказать необходимую помощь. Туда же отправить взвод лейтенанта Шрага, пусть выставит надёжное охранение. Выполняй.

Капитан решительно направился в сторону разведчиков, не обратив внимания на отсалютовавшего офицера.

Подойдя к машинам и выцепив взглядом первого попавшегося сержанта, Энтони подозвал его и указал рукой в сторону оплавленного зева пещеры. Мужчина лет сорока непонимающе посмотрел в ту сторону, затем перевёл взгляд на капитана и вопросительно поднял бровь.

— Мне нужно, чтобы ты отправил туда технику. Требуется разведка всех ближайших подступов и подземных проходов. И желательно составить точную карту.

Сержант вновь посмотрел на темнеющий проём, потёр подбородок, прикидывая возможные варианты, после чего отрицательно покачал головой.

— Не выйдет, техники не хватит. Может, проще с орбиты просканировать? — спросил он, указав пальцем в небо.

— Пока кто-то из штаба одобрит использование орбитальной группировки, мы упустим врага.

— Так мы же их… — начал было сержант, но, наткнувшись на суровый взгляд командира, тут же осёкся.

— Пока я не скажу, что мы их уничтожили — значит, мы их не уничтожили. И вообще, сержант, с какой стати ты ставишь под сомнение мои приказы? Захотел под трибунал или на суд к герцогу?

Сержант мгновенно вытянулся во фрунт и с силой впечатал кулак в собственную грудь.

— Никак нет!

— Тогда бери вторую машину в придачу, и просканируйте мне всё, что только сможете. Это приказ.

— Есть просканировать! Разрешите выполнять?

— Действуй, сержант.

Мужчина вновь стукнул себя кулаком в грудь, после чего, развернувшись через левое плечо, быстрым шагом устремился к своей группе, которая наблюдала за этой сценой издали, не решаясь вмешиваться.

Вот теперь стоило доложить в штаб о первом успехе. Пусть интуиция Палкина и вопила, что до полного разгрома ещё далеко.

Капитан тяжело опустился на колено прямо на раскалённую землю, отцепил респиратор и закашлялся от противного сухого воздуха Раграса. Сделав несколько неглубоких вдохов, он выудил из разгрузки коммуникатор и вызвал штаб. Сообщить о победе было нужно, хотя она обошлась слишком большой кровью: потери роты оказались весьма ощутимыми. Да и не верилось капитану, что сражались они против обычного пиратского сброда. Слишком слаженно и отточенно действовал враг. Надо будет обязательно допросить пленных, но это уже после доклада.

Настойчивый стук в дверь вывел меня из дремы. Несколько долгих секунд я пытался понять, где нахожусь, и чего от меня хотят. Накопившаяся за последние дни усталость взяла своё, так что я даже не заметил, как провалился в темноту, в глубокий сон без сновидений. Я бросил взгляд на массивную створку, стилизованную под натуральное дерево, и тяжело вздохнул.

Стук повторился, на этот раз более настойчиво. Я поднялся и коротко бросил:

— Войдите.

Одной рукой расстёгивая осточертевший китель флотского мундира, я подошёл к столу, стоявшему у выхода на балкон. На нём меня дожидался кувшин с прохладной водой. В горле пересохло так, будто я вновь оказался на выжженной поверхности Раграса без возможности нормально дышать. Подхватив кувшин и наполнив стакан из какого-то дорогущего стекла, я услышал, как открылась дверь и кто-то вошёл.

— Милорд, связь с Раграсом потеряна, — раздался спокойный голос Ричарда.

Меня прошиб холодный пот, мигом отгоняя последние остатки липкого сна. Медленно поставив стакан обратно на стол, я повернулся к своему секретарю и внимательно посмотрел на него. Ну да, я же велел меня не беспокоить. На время моего отдыха сюда могла без спроса вломиться лишь пара человек, и Ричард был в их числе.

Райра, которая и пропустила бывшего кадета, теперь стояла внутри покоев, напряжённо наблюдая за нами.

— Больше конкретики, Ричард, — совладав с первой волной эмоций, потребовал я.

— Во время очередного планового сеанса сигнал прервался. Попытки восстановить контакт не увенчались успехом. Аналитики предполагают целенаправленное подавление всех видов связи в секторе. Слишком резко это произошло, так что, скорее всего, работают мощные глушилки.

— Собирай экстренное совещание объединённого штаба флота и наземных сил, — приказал я.

— Взял на себя смелость сделать это заранее. Штаб уже ожидает вас в зале бывшей администрации.

— Тогда передай им, что я буду… — я бросил взгляд на кувшин, а затем в сторону ванной комнаты. — Буду минут через двадцать.

Ричард коротко кивнул, развернулся по-военному чётко и стремительно направился к выходу. Я проводил его взглядом, затем посмотрел на своего телохранителя и добавил:

— Можешь выйти, Райра. Всё в порядке.

Я попытался ободряюще улыбнуться, хотя внутри всё сжалось от дурных предчувствий. Дверь за Райрой закрылась, оставляя меня один на один с собственными мыслями.

Я просчитался. Моя уверенность в том, что враг попытается выбить нас именно из Золотого Солнца, привела к фатальной ошибке. Казалось вполне логичным, что для клана «Вектор» и других крупных пиратских синдикатов будет куда важнее удержать именно этот сектор. И я готовился к тому, что противник явится сюда. Отправляясь на операцию, по этой же причине я стянул к Граду большую часть собственных сил.

Да, аналитики Рена и других ведомств предупреждали, что шанс подобного расклада, при котором враг ударит по менее укреплённому Раграсу, существует. Но вероятность оценивалась как не слишком высокая, и я решил довериться собственной интуиции.

И в этот раз жестоко ошибся. Теперь я понятия не имел, что творится в моей столичной системе.

В том, что Марс не отдаст планету просто так, я не сомневался. Да и пираты — не регулярная армия, им незачем захватывать поверхность целиком. А вот наложить лапы на груз того же гелиона с добывающих станций, а заодно до нитки обчистить орбитальные комплексы — это всегда пожалуйста.

И именно сил флота там сейчас катастрофически не хватало. У меня в распоряжении был крепкий ударный кулак из трёх ордеров, но все три находились здесь, в Золотом Солнце. На орбите Раграса оставались лишь патрульные эсминцы и базирующийся там ордер «Руки Гхарда». Конечно, с наёмниками у нас фактически действовал союзный договор, и они, безусловно, впишутся в заварушку. Но пиратские бароны вполне могли собрать эскадру, достаточную для того, чтобы переломить ход орбитального боя.

Я залпом осушил стакан, ощущая, как ледяная прохлада скатывается по пищеводу и проваливается куда-то внутрь, лишь частично смывая липкое напряжение, стремительно растущее в груди. Ценой этой ошибки станут жизни. И я ещё очень легко отделаюсь, если потери окажутся только военными.

Заигрался я в герцога, забыл о том, что имею дело с отъявленными отморозками. Они мыслят и действуют не так, как кадровые вояки. Отставив пустой стакан, я направился в сторону скрытой двери, ведущей в просторную ванную комнату. Требовалось срочно принять холодный душ — мысли в голове ворочались тяжёлые и безрадостные.