— Идиотка! Куда ты собралась?!

Наверное, он попытался пойти за мной, но не смог из-за ранения. Я рада, что его подстрелили. Боже, как я этому рада! Тело сводит судорогой от холодного ветра, но у меня открылось второе дыхание и бурлит адреналин, когда я хватаюсь за ручку калитки. Не поддается. Я нахожусь в железной ловушке, потому что весь дом окружен сплошным, высоким забором. Конечно, на верхушке нет проволоки, но какая разница, если я все равно не смогу залезть наверх?

— Помогите! Кто-нибудь! Ау!

Ору во весь голос и пинаю калитку ногами. Все зря. Но я не могу просто взять и вернуться в дом! Не могу! Стараясь не наступать на опавшие листья и ветки, я огибаю коттедж, и давлюсь истерическим смехом. Надо же, этот придурок оказался креативным! Вместо газона на заднем дворе, он вырыл огромных размеров бассейн. Кроме чертова бассейна, тут вообще ничего нет! Даже деревья не растут!

— Василиса.

Я резко поворачиваюсь на голос и смотрю на мерзкого докторишку. Смотрите-ка, выскочил за мной, даже чемоданчик не взял. На всякий случай, отхожу назад и воинственно вздергиваю подбородок:

— Что вам надо?

— Вы замерзли, и дрожите. Моя машина стоит за воротами, и я могу отвезти вас в город.

— Серьезно? — я не верю своим ушам, — вы, правда, это сделаете? Вы мне поверили?

— Ну, а почему нет? — он склоняет голову на бок и осторожно приближается ко мне, — если вы не хотите находиться рядом с Яном, то нет смысла вас тут оставлять. Главное, успокойтесь и перестаньте смотреть на меня, как на врага. Я не причиню вам зла, и мы уедем отсюда вместе. Обещаю, мы уедем прямо сейчас, и вы не увидите его. Он вас больше не обидит.

Голос мужчины звучит успокаивающе, и даже как-то убаюкивающе, что ли. Наверное, потому что я хочу спать, и скоро начну покачиваться из стороны в сторону, словно мышка под гипнозом. Но, что-то мне все же не нравится. Понять бы только, — что? Глаза мужчины кажутся холодными и равнодушными. Он смотрит на меня с мягкой, понимающей улыбкой, именно так улыбаются сумасшедшим.

— Знаете, совсем необязательно везти меня в город. — Говорю, запинаясь, — просто выпустите меня за ворота, а дальше я сама разберусь. Не хочу доставлять вам неудобства.

— О каких неудобствах вы говорите, милочка? Я рад помочь красивой женщине. Вы, главное, не волнуйтесь…

Я не успеваю сказать и слова — внезапно, мужчина выбрасывает руку вперед, и я вижу в его пальцах шприц с неизвестным содержимым. Вздрагиваю от неожиданности, и делаю шаг назад. Слишком поздно. Чувствую легкий укол и взмахиваю руками, чтобы отбиться от рук самозванца.

— Василиса!

Вскрикивает он, и я слышу в голосе легкое беспокойство. Следующий мой шаг «ловит» пустоту, и я понимаю, что падаю. Падаю прямо в бассейн!

«Но, я не умею плавать!»

Это была последняя мысль, которая промелькнула в голове за секунду до того, как я с головой ушла под воду.

Раскалывается голова, и слегка подташнивает. Открываю глаза и несколько секунд смотрю на прозрачную рожковую люстру. Я снова в той комнате. Сквозь плотно задернутые шторы пробивается солнечный свет, и я понимаю, что сейчас — раннее утро. Утро?!

Хватаюсь за одеяло и с ужасом отодвигаю его в сторону. Вместо сорочки на мне чужая футболка и свободные, камуфляжные штаны болотного цвета. Пока я находилась в отключке, кто-то из двоих мужчин посмел раздеть меня и уложить в постель!

Но если бы только это. Перед глазами все плывет и ужасно саднит горло. Ноги — неимоверно тяжелые, настолько, что не могу подняться с кровати. Прикладываю ладонь ко лбу и едва слышно стону от разочарования. Жар и температура. Как я умудрилась заболеть?!

Откидываюсь на подушки и закрываю глаза. Внутри все обрывается от отчаяния. Вместо того чтобы сбежать от убийцы, я едва не утонула в бассейне, заболела, и наверняка, предстала не в лучшем свете, когда с меня стягивали ночную сорочку! Худшее и предположить нельзя. В доме стоит абсолютная тишина, и я слушаю собственное хриплое дыхание. Неудачница, вот кто я. Но, нужно что-то делать. Хотя бы, что-нибудь.

Кое-как выпутываюсь из одеяла и ставлю ноги на пол. В этот момент открывается дверь и в комнату заходит Шрам. Выглядит он лучше, чем вчера: бледность сошла с лица, глаза блестят, даже двигается на удивление быстро. Под футболкой просматриваются очертания тугой повязки — в жизни не подумаешь, что его подстрелили. Все с него как с гуся — вода!

В руках Шрама овальный поднос, но я демонстративно отворачиваюсь, чтобы он не подумал, что мне интересно, что он там притащил.

— Ну, что, успокоилась? — он ставит поднос на прикроватную тумбочку, — устроила шоу по заявкам и свалилась с температурой. Добилась, чего хотела? Это и был твой грандиозный план, да?

— Я хочу, чтобы ты меня отпустил. — Говорю, еле слышно, — в голове не укладывается, что твой дурацкий врач — такой же бандит, как и ты. Не удивлюсь, что он не лечит, а калечит. Я запомнила его лицо, в этом даже не сомневайся!

— Снова угрозы? — в голосе Шрама слышится насмешка, — если бы я хотел причинить тебе вред, то не стал бы готовить сегодня завтрак. Жаропонижающее я тоже принес. Тебе нельзя никуда уезжать, пока все не уляжется. Единственное безопасное место находится именно здесь! Правда, вчера в поселке отключили свет, а генератор у меня сломался, но мы можем греться у камина.

— Ты что, псих? — не выдерживаю, и поворачиваюсь к нему, — какой еще камин?! Думаешь, я стану сидеть с тобой на диванчике, пить какао и любоваться огнем?!

— Прекрасная идея.

— Даже не надейся! Я не хочу тебя видеть! — прищуриваю глаза и едва сдерживаюсь, чтобы не вцепиться в наглое, самодовольное лицо, — я ненавижу тебя, понял? И мне не нужен твой завтрак и жаропонижающее. Все, чего я хочу — выйти отсюда, и вернуться домой! Отпусти меня немедленно!

— Как только ты приедешь домой, тебя схватят люди Крета. — Ян выслушал мою истерику и даже бровью не повел, — если хочешь остаться в живых, придется прислушаться к моим словам и проявить хоть какое-то чувство благодарности.

— Что?!..

— Ну, хорошо, я постараюсь объяснить. Крет — главарь местной криминальной группировки. Тебе это мало о чем говорит, но твой отец в свое время имел с ним дело. И поверь, не одно. Весь бизнес был построен на перекрестных сделках и словесных договоренностях. Все у них шло очень хорошо до определенного момента. Догадаешься, до какого?

— Мне что, делать больше нечего?

— Начнем с того, что твой отец далеко не такой белый и пушистый, как ты думаешь. Он нажил себе очень много врагов. Некоторые из них желали его смерти. Но, благодаря Крету, ему удавалось жить под прикрытием и защитой. Но однажды, ему захотелось больше денег и власти. Так у твоего отца появились левые оффшорные счета и криптокошельки. Больше 40 % выручки стало уходить в обход Крета, пока он об этом не узнал. Тебе такие деньги и не снились, Василиса. Огромные деньги. Миллиарды. Естественно, Крету не понравилось, что его водят за нос, и к твоему отцу появились вопросы. Сначала пытались все решить мирным путем, а когда не получилось, подключили братков, и… наняли меня.

— Тебя? — хмуро смотрю на Шрама, и понимаю лишь то, что ни черта не понимаю, — хочешь сказать, ты не такой, как они? Это ты сейчас себя оправдать хочешь, да? Думаешь, я просто возьму и поверю тебе, после того, что случилось?

— Я хочу, чтобы ты дослушала меня до конца, и не перебивала. — Кажется, он начинает терять терпение, — я — бывший спецназовец. Мои навыки и послужной список привлекли Крета, а я не смог отказаться от предложенной суммы за выполненное задание.

— Головорез-убийца. — Не выдерживаю, и шиплю сквозь зубы, — еще и спецназовцем себя называешь. Смешно!

— Меня дезинформировали, и я понял это только вчера. — На лбу Шрама проступает глубокая складка, и он хмуро смотрит мне прямо в глаза, — я понял это в тот момент, когда человек Крета передернул затвор, и сказал спускать тебя вниз. С самого начала, я был для них расходным материалом, и я уверен, никто не собирался платить мне деньги. Твоего отца убили сразу же, как я вошел в дом, разве это не странно? Как ты думаешь?