Я показала строку.

— Пять сорок вечера. В тот день Ратмир находился в крепости.

Рена выпрямилась.

— У вас есть подтверждение?

Я достала медицинский журнал.

— Вот.

Они склонились над страницей.

Левард прочитал запись.

— Осмотр начат в семнадцать двадцать.

— Да. Закончен примерно через полчаса. Затем мы обсуждали состояние раны и назначение.

— Кто еще видел его в это время?

— Военный хирург осматривал Ратмира перед моим приходом. Капитан Бран находился в крепости. Еще были часовые у ворот и секретарь, который приносил бумаги.

Правовед записал имена.

— Хорошо. Но есть слабое место.

Я напряглась.

— Какое?

— Медицинская запись подтверждает, что вы осматривали человека в указанный час. Однако для опровержения показаний Гарта важно доказать, что этим человеком действительно был командующий Холт и что он не мог оказаться у переправы в заявленное время.

Я посмотрела на него.

— Но он человек. Не дракон. Он не мог пролететь восемнадцать миль за несколько минут.

Левард впервые улыбнулся.

— Именно. Поэтому нам понадобятся карта дорог, свидетельства о прибытии в крепость и независимые записи.

Это было разумно.

Рена взяла следующий документ.

— Теперь деньги.

Я развернула копию платежного распоряжения.

Триста золотых крон.

Получатель обозначен как «Р. Холт, специальное обеспечение северного командования».

Я нахмурилась.

— Но Ратмир никогда не получал таких выплат.

— Вы знаете состояние его служебных счетов? — спросил Левард.

Я немного смутилась.

— Не всех. Мы только недавно поженились.

— Тогда не будем утверждать того, чего пока не знаем. Запрос о фактическом получателе денег уже направлен в казначейскую палату.

— А кто отправлял перевод?

Правовед посмотрел на документ.

— Торговая артель, связанная с четвертым складом.

Я почувствовала неприятное напряжение.

— Той самой, которой руководил Маврек?

— Да.

Рена закрыла папку.

— Важно установить, поступили ли средства Ратмиру или только были записаны на его имя.

Я задумалась.

Триста золотых крон.

Сумма достаточно большая, чтобы использовать ее как доказательство взятки.

И достаточно малая по меркам богатых военных снабженцев, чтобы попытаться провести через несколько посредников.

— Когда будет ответ из казначейства? — спросила я.

— Вероятно, сегодня вечером. Крейс направил запрос еще после обнаружения второй книги учета, — ответил Левард.

Я посмотрела на него.

— Значит, нам нужно ждать?

— Не только. Сейчас поедем в крепость. Там должны находиться журналы дежурств и записи о выдаче лекарств.

Я поднялась.

— Поехали.

Рена остановила меня.

— Мирена.

Я обернулась.

— Да?

— Вы не обязаны присутствовать при каждом разговоре с офицерами.

Я посмотрела на нее.

— Но могу помочь определить, какие медицинские записи имеют значение.

Она немного помолчала.

Потом кивнула.

— Хорошо. Только помните, что мы собираем доказательства, а не пытаемся любой ценой добиться удобного результата.

Я медленно выдохнула.

— Помню.

В крепости нас встретил капитан Бран.

Он выглядел так, словно не спал с момента задержания Ратмира.

На столе перед ним стояла кружка холодного чая.

Рядом лежали три стопки бумаг.

— Все, что смогли найти, — сказал он.

Левард подошел к столу.

— Начнем с журнала дежурств.

Бран раскрыл толстую книгу.

В нужный день у ворот служили четверо солдат.

Смена произошла в шесть вечера.

Все фамилии были записаны.

Я провела пальцем по строчке.

— А где отмечено, кто входил и выходил?

Капитан достал другую книгу.

— Здесь.

Я быстро нашла дату.

В шестнадцать сорок пять в крепость прибыл военный хирург.

В семнадцать десять — курьер медицинского снабжения.

В семнадцать двадцать — Мирена Ларен.

Я остановилась.

— Вот.

Рена подошла ближе.

— Запись совпадает с вашим журналом.

— Да.

Восемнадцать пять — отъезд курьера.

Восемнадцать двадцать — смена дежурного офицера.

Восемнадцать сорок — прибытие капитана с восточной заставы.

Имя Ратмира в книге выходов отсутствовало.

Левард внимательно изучил страницу.

— Это полезно. Но нужно установить, мог ли командующий покинуть крепость через другой выход.

Бран покачал головой.

— Теоретически мог. Практически — все служебные выходы охраняются, а передвижение командующего обычно фиксируется сопровождающими.

— Тогда нужны показания часовых и дежурного офицера.

— Подготовим.

Я посмотрела на капитана.

— Военный хирург оставил запись?

— Да.

Он достал тонкую папку.

Внутри находился осмотровый лист.

Ратмир Холт.

Левая рука.

Последствия ранения клинком.

Время начала осмотра — шестнадцать пятьдесят.

Окончания — семнадцать пятнадцать.

Я внимательно перечитала.

После этого врач рекомендовал покой, перевязки и временное освобождение от непосредственного участия в боевых операциях.

Внизу стояла подпись военного хирурга.

Левард изучил документ.

— Очень хорошо.

Я почувствовала, как напряжение немного ослабло.

Две независимые медицинские записи.

Журнал посещений крепости.

И свидетели.

Все относилось к тому часу, когда Ратмир якобы находился у восточной переправы.

— Это ведь достаточно? — спросила я.

Левард посмотрел на меня.

— Достаточно, чтобы серьезно оспорить указанное место и время. Но есть еще распоряжение, которое могли подготовить заранее. Его подлинность нужно проверять отдельно.

Он был прав: мы не могли строить всю защиту на одной ошибке обвинения.

Бран принес еще одну книгу.

— Я вспомнил кое-что о номерах приказов.

Я подняла глаза.

— Что?

Капитан открыл страницу.

— У нас каждому служебному распоряжению присваивается последовательный номер. Даже срочные приказы обязательно регистрируют.

— И?

Он положил рядом копию подозрительного документа.

Номер начинался с тех же цифр, что и обычные распоряжения крепости.

Но заканчивался обозначением следующего дня.

Бран указал на запись.

— Этот номер уже занят.

Левард наклонился.

— Чем?

— Приказом о передаче медицинских материалов из крепостного склада в городской лазарет.

Я замерла.

— Наш лазарет?

— Да.

Капитан открыл нужную страницу.

Я сразу узнала дату.

В тот день мы получали дополнительные инструменты и перевязочное полотно.

Передачу оформляли официально.

Я сама подписывала акт приемки.

— У меня есть копия, — сказала я.

Левард поднял голову.

— Заверенная?

— Да. Хранится в расходной книге временного лазарета.

Он посмотрел на Рену.

— Нужно получить ее.

Бран продолжил:

— Номер присвоили утром следующего дня. В обвинительном документе он стоит на приказе, якобы подписанном накануне.

Я медленно выдохнула.

Это было гораздо важнее, чем просто неровная подпись.

Получалось, кто-то изготовил ложный приказ, используя настоящий образец служебного документа.

И выбрал номер, который в нужную дату еще не был зарегистрирован.

— Возможно, документ составляли позже, — произнес Левард.

Бран кивнул.

— Именно.

Я посмотрела на копию.

И вдруг вспомнила, как сама обнаружила поддельные медицинские накладные.

Сначала чужой оттиск.

Потом неправильные количества инструментов.

Затем несовпадение дат.

Преступники могли хорошо знать военное снабжение.

Но не все мелочи учета.

Особенно если торопились.

Левард закрыл папку.

— Теперь у нас есть основа для возражения. Осталось проверить деньги и получить подтверждения свидетелей.