На другом конце стола кто-то неловко опустил вилку.

Я смотрела на Эйдара и пыталась понять, действительно ли он произнес эти слова.

Расторжение брака.

Сегодня.

Перед его родственниками и офицерами.

— После завершения формальностей, — сказал он, взяв Селину за руку, — я намерен жениться на леди Орвес.

Девушка опустила глаза.

Кажется, она даже покраснела.

Я встала так резко, что нож ударился о край тарелки.

— Ты объявляешь о нашем разводе за праздничным столом?

Эйдар поморщился.

— Прошу тебя вести себя достойно.

— Достойно?

Я посмотрела на сидевшую рядом с ним Селину.

— А вы давно знаете, что собираетесь выйти замуж за моего мужа?

Она вскинула подбородок.

— Мы любим друг друга.

От этих простых слов мне стало хуже, чем от всего, что сказал Эйдар.

— Давно? — переспросила я.

— Мирена, прекрати, — приказал муж.

— Я задала вопрос не тебе.

Селина бросила на него быстрый взгляд.

Потом произнесла:

— Уже достаточно давно, чтобы понять, что наши чувства серьезны.

— Полгода? Год?

Она промолчала.

Мне хватило этого молчания.

Я вспомнила, как Эйдар перестал ездить со мной на загородные прогулки. Как появились ночные совещания. Как он перестал прикасаться ко мне по утрам.

И как однажды вернулся домой с запахом чужих духов на воротнике.

Тогда он сказал, что участвовал в приеме иностранной делегации.

Я ему поверила.

— Вы все знали? — спросила я у гостей.

Капитан Ренн отвел глаза.

Леди Марсия поправила салфетку.

Торен Орвес даже не попытался скрыть улыбку.

— Леди Мирена, не стоит превращать семейное решение в скандал.

Я посмотрела на него.

— Вы привели свою сестру в дом замужнего мужчины. Возможно, вам и стоит помолчать.

— Довольно! — Эйдар ударил ладонью по столу.

Я вздрогнула от неожиданности.

Муж заметил это и выпрямился.

— Ты позоришь меня перед гостями.

— Нет, Эйдар. Ты прекрасно справился с этим без моей помощи.

Я сняла обручальное кольцо.

Восемь лет оно было у меня на пальце. Узкий золотой ободок с двумя небольшими красными камнями. Эйдар сам выбирал его перед свадьбой.

Я положила кольцо рядом с его тарелкой.

— Раз уж ты решил обсуждать наш развод за ужином, пусть все услышат и мой ответ. Я согласна.

Селина удивленно подняла глаза.

Кажется, она ожидала слез.

Возможно, я и сама ожидала.

Но плакать перед этими людьми не собиралась.

— Только не рассчитывай, что я подпишу все, что принесут твои юристы.

Я вышла из столовой.

У лестницы меня догнала леди Марсия.

— Мирена! — зашипела она. — Ты ведешь себя крайне неблагоразумно.

Я остановилась.

— Правда?

— Эйдар занимает высокое положение. Он мог бы обеспечить тебе достойное содержание. А ты публично его унизила!

— Это он привел любовницу в мой дом.

— Мужчины его положения иногда совершают ошибки. Мудрая женщина должна уметь их прощать.

Я посмотрела на нее.

— Тогда почему вы не предложили Селине подождать, пока я закончу ужин?

Леди Марсия растерялась.

Я поднялась по лестнице, не дожидаясь ответа.

В спальне я сняла серьги, расстегнула платье и переоделась в привычное домашнее. Долго стояла перед зеркалом, рассматривая лицо.

Тридцать четыре года.

Никакой старости, о которой так любила напоминать тетушка мужа.

У меня были длинные каштановые волосы, хорошая кожа, стройная фигура. Я работала много, иногда слишком много, но никогда не переставала следить за собой.

И все же Эйдар выбрал другую.

Моложе на десять лет.

Из богатого рода.

С драконьей кровью.

Я пыталась найти момент, когда наш брак стал для него ненужным.

И не находила.

В дверь постучали.

— Мирена.

Эйдар.

Я не ответила.

Он вошел без приглашения.

— Нам необходимо поговорить.

— Наконец-то.

Муж прикрыл дверь.

— Я понимаю, что сегодняшний вечер получился неприятным.

Я посмотрела на него.

— Неприятным?

— Не придирайся к словам. Я не хотел причинять тебе боль.

— Поэтому подарил своей любовнице мое ожерелье и усадил ее за мое место?

Эйдар потер переносицу.

— Украшение не имеет значения.

— Для тебя — возможно.

— Я куплю тебе другое.

Я рассмеялась.

Коротко, без всякого веселья.

— Ты действительно думаешь, что дело в ожерелье?

— Я думаю, ты намеренно усложняешь разговор.

Он прошел к креслу у камина и сел.

Так уверенно, словно происходящее было обычной семейной размолвкой.

— Между нами давно все закончилось, Мирена.

— Ты забыл сообщить мне об этом.

— Я пытался.

— Когда? На прошлой неделе, когда просил подготовить отчет о расходах лазарета? Или месяц назад, когда мы вместе ужинали с генералом Дорном?

Эйдар раздраженно выдохнул.

— Ты всегда превращаешь простые вещи в спор.

Я села напротив.

— Скажи прямо. Почему Селина?

Он некоторое время молчал.

— Ее семья имеет влияние в военном совете. Этот союз будет полезен моему роду.

— А любовь?

— Что любовь?

— Она сказала, что вы любите друг друга.

— Мы хорошо понимаем друг друга.

Мне стало ясно, что даже ради Селины он не собирался отказываться от привычки говорить о людях как о полезных приобретениях.

— Значит, ты женишься ради нового назначения?

Муж посмотрел на меня жестко.

— Моя карьера тебя больше не касается.

— Прекрасно.

Я поднялась.

— Завтра отправлю своего представителя к семейному судье. Мне понадобятся мои медицинские инструменты, личные книги, деньги с отдельного счета и имущество, принадлежавшее мне до свадьбы.

— Ты останешься обеспеченной женщиной, если не начнешь бороться со мной.

Я повернулась.

— Это угроза?

— Совет.

— Мне не нужны твои советы.

Эйдар тоже встал.

Он подошел ближе.

Раньше я любила, когда он оказывался рядом. От его тела всегда исходило больше тепла, чем от обычного человека. Даже в холодной спальне рядом с огненным драконом мне не требовалось дополнительное одеяло.

Теперь я отступила.

Эйдар заметил это.

— Не изображай из меня чудовище. Я восемь лет содержал тебя.

— Я восемь лет работала.

— В лазарете моего полка.

— В лазарете, которым руководила еще до нашей свадьбы. Ты прекрасно это знаешь.

— Без моей поддержки ты не получила бы половины своих полномочий.

Я молчала.

Когда-то Эйдар гордился тем, что я была лекарем. Рассказывал знакомым, как я спасла солдата после тяжелого ожога, когда остальные врачи уже отказались продолжать лечение.

Теперь моя работа вдруг стала его заслугой.

— Ты ведь понимаешь, — произнес он тише, — что после развода тебе будет непросто остаться в столице?

— Я найду место в другом лазарете.

— Все военные лечебницы подчиняются ведомству.

— Существуют гражданские.

— Там тоже умеют прислушиваться к рекомендациям.

Я внимательно посмотрела на него.

— И что ты собираешься рекомендовать?

Он выдержал мой взгляд.

— Все зависит от того, насколько спокойно пройдет наше расставание.

У меня неприятно похолодели руки.

— Ты действительно готов лишить меня работы?

— Я не собираюсь ничего лишать. Но вокруг тебя уже могут возникнуть вопросы.

— Какие вопросы?

— Пропал военный обоз. В документах стоит твоя лекарская печать.

Я медленно опустила руки.

— Какой обоз?

— Медицинский. Отправленный на север.

— Мне никто не сообщал о пропаже.

— Следствие только начинается.

— Когда его отправили?

— Мирена, не сейчас.

— Когда?

Эйдар отвернулся.

— На прошлой неделе.

Я вспомнила прошлую неделю.

В четверг я почти девять часов провела в лазарете. Солдату после учений пришлось удалять из ноги обломки металла. В пятницу мы перевязывали его повторно. В субботу я принимала поставки, причем все документы подписывала лично.