— Госпожа Харт.

Рена кивнула.

— Командующий Холт.

— Экипаж готов.

Я удивленно посмотрела на него.

— Вы поедете с нами?

— Да.

— Зачем?

Ратмир посмотрел на меня.

— Мне поручено обеспечить вашу явку и передать материалы пограничного расследования дознавателю.

Я почувствовала, как напряглись плечи.

Опять.

Он действительно собирался сопровождать меня как человека, чья возможная причастность к преступлению проверялась.

Рена заметила мое выражение лица.

— Мирена, это обычная процедура.

Я кивнула.

Но легче не стало.

Ратмир открыл дверцу экипажа.

— Прошу.

Я забралась внутрь.

Рена села рядом.

Командующий устроился напротив.

Дорога до здания городского совета заняла меньше четверти часа.

Все это время я смотрела в окно.

Однажды поймала на себе взгляд Ратмира.

Он ничего не сказал.

Я тоже отвернулась.

Илан Крейс оказался сухощавым мужчиной с седыми волосами, короткой бородой и внимательными карими глазами.

Он сидел за длинным столом в зале городского совета.

Справа располагался секретарь. Слева — двое представителей королевского надзора.

На столе лежали папки, опечатанные пакеты и несколько металлических деталей.

Я сразу узнала темные наконечники.

Черное железо.

Крейс поднял голову.

— Мирена Ларен, ранее Мирена Вейр?

— Да.

— Представитель?

Рена выступила вперед.

— Рена Харт, правовед городской палаты Астена. Доверенность прилагается.

Крейс изучил бумагу.

— Хорошо. Прошу садиться.

Я опустилась на стул.

Ратмир остался возле стены вместе с капитаном Браном.

Его присутствие почему-то одновременно успокаивало и раздражало.

Я понимала, что он здесь по службе.

Но мне хотелось, чтобы он стоял рядом со мной, а не среди людей, готовивших вопросы.

Крейс открыл первую папку.

— Начнем с простого. Вы подтверждаете, что руководили гарнизонным лазаретом столицы в течение восьми лет?

— Да.

— И имели право заверять документы на медицинские поставки?

— В пределах своих полномочий.

— Эти полномочия распространялись на отправку материалов в северные гарнизоны?

— Иногда. Если груз выделялся из запасов нашего лазарета или оформлялся по согласованной медицинской заявке.

Крейс кивнул.

— Значит, теоретически вы могли подписать такую накладную.

— Если груз действительно существовал, соответствовал описи и проходил через установленную процедуру.

— Отвечайте на вопрос.

Рена подняла руку.

— Моя доверительница отвечает по существу. Для установления полномочий условия подписания имеют значение.

Крейс посмотрел на нее.

— Принято. Продолжайте, госпожа Ларен.

Я сделала вдох.

— Да, могла подписывать некоторые медицинские поставки. Но представленные накладные я не подписывала.

Крейс положил перед собой первый документ.

— Здесь указано ваше имя.

— Знаю.

— И стоит печать.

— Поддельная.

— Это еще предстоит установить.

— Согласна.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Почему вы так уверены?

Я достала подготовленные контрольные оттиски.

Рена передала их секретарю для регистрации.

— У моей настоящей печати есть небольшое повреждение внешнего ободка. На спорных документах соответствующего дефекта не видно. Кроме того, в указанное время я находилась на работе с пациентом.

Крейс изучил бумаги.

Затем повернулся к одному из помощников.

— Образцы передать специалисту после осмотра оригинальной печати. Все оформить отдельным протоколом.

Я почувствовала осторожное облегчение.

По крайней мере, он не отмахнулся от моих слов.

— Где находится оригинал? — спросил дознаватель.

— При мне, в закрытом футляре.

— Готовы предоставить?

Рена ответила раньше меня.

— Под протокол с описью состояния, описанием повреждения и распиской о принятии.

— Разумеется.

Я достала футляр.

Секретарь принял его, осмотрел в нашем присутствии и записал все заметные особенности.

Потом позволил мне еще раз проверить описание.

Я поставила подпись.

Вещь, которой пользовалась почти десять лет, исчезла в опечатанном пакете.

Мне стало неуютно.

Но я понимала необходимость проверки.

Крейс открыл следующую папку.

— Теперь о вашем отъезде из столицы.

Я выпрямилась.

— Слушаю.

— Вы расторгли брак с Эйдаром Вейром и вскоре покинули Астен.

— Да.

— Почему?

— Получила предложение возглавить городской лазарет Холодного Брода.

— Предложение пришло после развода?

— Нет. За несколько месяцев до него.

Рена передала письмо Астрид.

Крейс прочитал дату.

— Почему раньше отказались?

Я немного помолчала.

— Не хотела оставлять мужа и привычную работу.

— А после развода передумали?

— Да.

— Лорд Вейр знал о вашем отъезде?

— Знал, что собираюсь уехать из столицы. Куда именно — я не сообщала.

Крейс поднял глаза.

— Почему?

Я почувствовала, как у меня пересохло во рту.

Вопрос был простым.

Ответ тоже.

Но произнести его при посторонних оказалось неприятно.

— Потому что он изменил мне, публично объявил о намерении жениться на другой женщине и пригрозил испортить мою профессиональную репутацию. После развода я не хотела обсуждать с ним собственную жизнь.

Секретарь продолжал писать.

Крейс некоторое время смотрел на меня.

— Он действительно угрожал вашей работе?

— Да.

— Свидетели?

— Разговор происходил в его кабинете, без свидетелей.

— Понятно.

Он сделал пометку.

Потом взял еще один лист.

— Нам стало известно, что накануне отъезда вы забрали из лазарета несколько медицинских журналов.

Я стиснула край сумки.

Вот оно.

Эйдар все-таки использовал мой уход.

— Я забрала личные учебные записи, копии документов, разрешенных к хранению, и собственные инструменты. Служебные оригиналы остались в лазарете.

— Кто может подтвердить?

— Старшая помощница Пелла. Мы составляли перечень вместе.

Рена передала опись имущества, подписанную при моем уходе.

Крейс изучил ее.

— Здесь действительно указаны личные записи и инструменты.

— Да.

— Но почему вы так интересовались грузовыми ведомостями перед отъездом?

Я посмотрела на него.

— Потому что обнаружила накладную с моей поддельной подписью.

— И решили провести собственную проверку?

— Сначала зафиксировала сведения, затем подала официальное заявление.

Крейс достал другой лист.

— Это подтверждается.

Я выдохнула.

Он продолжил:

— Однако у нас есть данные, что часть отправленных материалов оплачивалась по повышенным расценкам.

Я нахмурилась.

— Мне это неизвестно.

— Вы проверяли расходы?

— В нашем лазарете — да. Но не контролировала все платежи военного снабжения.

— Могли распоряжаться средствами после отправки груза?

— Нет.

Крейс некоторое время молчал.

Потом спросил:

— Вы получали дополнительные деньги от Торена Орвеса?

Я даже растерялась.

— Что?

— В последние три месяца до развода.

— Нет.

— Подарки?

— Нет.

— Оплату за консультации?

— Никогда.

Крейс кивнул секретарю.

Тот записал ответ.

Я посмотрела на Рену.

Она едва заметно покачала головой, предупреждая не перебивать.

Дознаватель снова обратился ко мне:

— В таком случае объясните, каким образом на трех разных грузовых документах оказались ваши подпись и печать.

Я сжала пальцы под столом.

— Не могу объяснить, кто их подделал. Именно поэтому и обратилась в медицинскую палату.

— Вы понимаете, что документы использовали при перемещении товаров, часть которых могла оказаться оружием?