Бытовики дружно застыли, кто где был. Получилось криво, косо, местами даже абстрактно-художественно, но зато быстро.

— Три, — выдохнул ректор и устало потёр переносицу. — Сойдёт. Лучше уже не будет.

Пока ректор выдыхал, я начала оглядываться. Среди «синих» заметила Лизи и радостно замахала ей рукой. Она неловко улыбнулась в ответ и сразу отвернулась. Эх, Лизи, ну и трусиха ты...

Кстати, рядом с нашим факультетом оказались первокурсницы-невесты. От такого соседства парни-боевики резко оживились.

— Эй, красавицы, как насчет свидания? — крикнул кто-то.

— Детки, а вы откуда такие красивые взялись? Раньше я вас не видел!

— Девочки, будете с нами ласковыми, и мы вам туфельки расцелуем! — добавил кто-то еще.

Невесты в ответ надменно задрали носы. Одна, самая высокая и блондинистая, процедила сквозь зубы, кивнув на меня:

— Своих красавиц-одногруппниц приглашайте на свидания.

Парни обернулись ко мне и дружно заржали. Я вздохнула — ну что за день? Сплошные издевательства над моей психикой!

— Мальчики, — сказала громко, перекрывая жеребячье веселье. — Вы бы поаккуратнее с выбором. Эти куколки, может, и красивые, но внутри у них вата, проверено. А я, между прочим, умею и пирожки печь, и за себя постоять. Так что подумайте, с кем веселее жить.

— Не умничай! Уверена, ты пролезла на боевой факультет, закидав приемную комиссию своими пирожками вместо файерболов, — тут же прилетел ответ от белокурой красавицы.

— А тебя на факультет невест за что взяли? За умение делать надменное лицо и мечтать о принце? Поздравляю, это великий талант! — парировала я.

Ректор, услышав нашу перепалку, одарил нас тяжелым взглядом, но комментировать услышанное не стал. Только бровь приподнял и обратился ко всем:

— Итак, первокурсники, в каждой группе должен быть староста. Есть желающие занять эту непростую, но почетную должность? Поднимайте руки, кто готов...

Везде, куда падал ректорский взгляд, взлетали руки. Синие мантии, желтые, бордовые — все тянули ладошки, желая получить эту почетную должность.

- Хм, какой энтузиазм, - хмыкнул ректор и буквально наугад ткнул пальцем: — Ты… ты… и ты… Поздравляю, вы старосты своих групп. Так, а боевики?

А у боевиков ноль рук, ноль желающих.

Ректор нахмурился:

— Ну что же вы, драконы? Никто не хочет быть старостой?

Ответом ему была тишина. Парни старательно изучали носки своих сапог, небо над головой, брусчатку под ногами — что угодно, лишь бы не встречаться взглядом с ректором.

— Ну, и как мне назначить старшего в группе? — ректор обвел нас суровым взглядом.

Тут я ляпнула:

— Можно первого по алфавиту. Честно и справедливо.

Ректор повернулся ко мне. Себастьян тоже. И вся группа повернулась ко мне…

— Интересное предложение, — де Аррива кивнул женщине с папкой в руках, стоящей рядом. — Госпожа секретарь, кто у нас первый в списке боевого факультета?

Дама зашелестела бумагами и ответила:

— Верфёльд Катарина.

Я открыла рот. Закрыла. «Ну ты умница, Катя! — простонала мысленно. — Супер идею выдала!»

— Отлично, староста боевого факультета назначена, — ректор удовлетворенно кивнул. Внимательно оглядел меня и весело добавил: — Ого-го, какая староста назначена! Чувствую, парни, у нее вы не забалуете!

Эти кони, конечно, снова начали ржать, а я злобно сопеть — смейтесь, смейтесь! Хорошо смеется тот, кто смеется последним!

Пока я пыхтела, а мои одногруппники продолжали веселиться, секретарь ректора сделала несколько объявлений. Ничего особенного, в основном про расписание и распорядок дня академии.

После этого ректор сообщил:

— Итак, старост после завтрака жду в своем кабинете. Познакомимся, обсудим ваши обязанности. А сейчас — все в столовую!

Он развернулся и зашагал прочь вместе с секретаршей и другими магистрами. За ними, болтая и смеясь, потянулись адепты, а я осталась стоять. И прекрасный принц Себастьян почему-то не уходил. Вместо того чтобы бежать в столовую, ленивой походочкой подошел ко мне. Встал так близко, что мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо.

— Неплохой старт, Верфёльд, — сказал насмешливо. — Даже интересно, сколько еще дней ты продержишься в академии?

— Дольше, чем ты думаешь, — огрызнулась я.

— Посмотрим, — он усмехнулся и, развернувшись, пошел к выходу с площади.

— Староста, значит, — протянул рядом со мной Дейл – он тоже остался. — Поздравляю!

— Спасибо, — вздохнула я. — Только я как-то не планировала.

— А кто планировал? — ответил парень философски. От души хлопнул меня по плечу, так что я покачнулась. — Пошли завтракать, староста. Надо тебя покормить, а то будешь злая и всех нас загрызешь.

Я фыркнула, но пошла за ним. Рядом трусил Мусака и хихикал:

— Катя, душа моя, знаешь, как я горжусь тобой?! Умница, карьеру делаешь, по административной линии идешь! Еще неделя — и точно ректором станешь!

Столовая академии оказалась огромным залом с высокими сводчатыми потолками, из-за которых я почувствовала себя муравьем в коробке из-под обуви. Вдоль стен тянулись длинные столы, за которыми уже шумели и стучали ложками адепты, В центре разместились раздаточные стойки. Но самое забавное было не в этом.

Над каждой стойкой висела магическая табличка, которая меняла надписи в зависимости от того, что сегодня готовили. Сейчас там горело: «Суп из тыквы с имбирем — полезно для желудка и драконьей чешуи», «Жаркое по-драконьи — острое, как шило в… ну, вы поняли, и горячее, как... ну тоже поняли», «Пирожки с мясом. Если вы это читаете — значит, они еще есть. Действуйте».

Еще была табличка с надписью: «Столовая академии. Еда здесь — не главное. Главное — успеть, пока драконы всё не съели».

Я весело фыркнула — чувство юмора у местных поваров имелось. И это радовало, потому что злые повара готовят так, что еда потом мстит едоку. А эти, глядишь, и накормят, и настроение поднимут.

Мы с Дейлом взяли подносы и двинулись вдоль раздачи. Пахло здесь обалденно, у меня сразу слюнки потекли: пряности, свежий хлеб, жареное мясо, выпечка... И от вида блюд у меня глаза буквально загорелись восторгом. Хорошо здесь кормят, однако. В моей земной академии в столовой и трети такой вкуснятины не было.Я сразу потянулась к пирожкам, но Дейл остановил меня:

— Погоди, староста. Сначала бери суп, потом горячее, а пирожки — на закуску. Если начнешь с них, главный повар-элементаль обидится. А он... — он понизил голос, — старше всех профессоров в академии, говорят, и характер злопамятный. Так что лучше его не злить.

Я послушно взяла тарелку с тыквенным супом и сразу сунула в него ложку - попробовать. На вкус он оказался отличным — с имбирем, сливками и какой-то пряностью.

— А это что? — я показала на блюдо с чем-то румяным и слоеным.

— Это? — Дейл скосил глаза. — Запеканка по-драконьи. Только осторожнее, она... — он не успел договорить, я уже ухватила кусочек и сунула в рот.

Мама родная! У меня от одного укуса во рту полыхнуло так, что я замахала руками и начала хватать горлом воздух.

— ...острая, — закончил Дейл, с трудом сдерживая смех. — Я предупреждал.

— Это не острая, это… огонь! — просипела я, хватая стакан с каким-то напитком. — Они что, драконов чистым перцем кормят?

— А ты думала, боевой факультет — это пирожки с повидлом? — хмыкнул он. — Тут закалку проходят не только учебой, но и едой.

Я с опаской покосилась на остальные блюда, но пирожки с мясом выглядели безобидно, и я нагрузила ими полтарелки.

— Ты так наешься, что не полетишь, — заметил Дейл, оценив размер моей порции. — У нас же первое занятие через час после завтрака. А летать на полный желудок вредно.

— Я и так не летаю, — огрызнулась я. — А если и полечу, то только носом вперед. Я не дракон!

Дейл весело заржал:

— Недракон поступила на боевой факультет в драконьей академии! Интересные шутки у тебя, Катарина.