На данном этапе мне было глубоко плевать, если кто-то косо посмотрит на мой внешний вид. Срок контракта подходит к концу, и одна фотография в леггинсах явно не станет концом света.

К моменту посадки я скучала по Нэшвиллу сильнее, чем готова была признать. Мы закинули вещи в отель, где я растянулась на кровати и написала в чат своего писательского клуба, предупредив, что пропущу следующую встречу.

Мое занятие прервал раздраженный вздох Себастьяна.

— Отец уже требует меня в офис, — пробормотал он, уткнувшись в телефон. — Я только, блять, приехал.

— Мы можем соврать и сказать, что ты заболел или вроде того?

Себастьян фыркнул:

— Ему без разницы, все равно придется ехать. Господи, что ему вообще могло понадобиться?

— Может, это просто демонстрация власти? — предположила я. — Хочет посмотреть, как быстро ты прибежишь.

— Не особо помогает, учитывая, что мне нужно идти прямо сейчас.

Я вздохнула, поднялась и положила руку ему на плечо. Я почувствовала, как он немного расслабился от моего прикосновения.

— Делай то, что должен, — тихо сказала я. — Это отстойно, но никто не осудит тебя за то, что ты выполняешь требования Мартина.

Себастьян кивнул:

— Знаю. Просто я не хочу его видеть. Никогда не хотел.

— Нам стоит научиться выстраивать границы с родителями, — простонала я. — Так больше продолжаться не может.

— Я все жду, когда закончится этот контракт, — признался Себастьян.

— Почему? — спросила я. Я-то рисковала своим наследством, но ради чего продолжал эти игры он?

— Тогда истекает срок моего соглашения о неконкуренции, — ответил он.

— Слушай, тебе осталось потерпеть всего пару месяцев.

Себастьян посмотрел на меня с нескрываемым замешательством в глазах:

— Но тогда и ты уйдешь.

Слова, которые я хотела произнести, застряли у меня в горле.

Может, нам и не нужно все прекращать? Может, мы могли бы быть вместе всегда?

— Мне пора, — тихо проговорил он и высвободился из моих объятий. — Вернусь, как только смогу.

Я кивнула. На прощание он поцеловал меня, что ничуть не помогло успокоить бешено заколотившееся сердце.

Я подумывала остаться в номере, но понимала, что сойду с ума от скуки. Я находилась в ЛА – городе, который когда-то считала своим домом. Разве я не должна испытывать больше воодушевления?

Чем больше я размышляла об этом, тем отчетливее понимала: мне здесь плохо. Раньше у меня хотя бы была Джесси, но она никогда особо не стремилась понять причины моих поступков. А кроме нее у меня никого и не было.

Город казался призраком. Я смотрела из окна на силуэты зданий и не чувствовала... ровным счетом ничего. Теперь моим домом стал Нэшвилл; мое сердце осталось там.

В пешей доступности находилась та самая кофейня, куда мы часто ходили с Джесси, поэтому я захватила ноутбук и направилась туда.

Я понятия не имела, стоит ли вообще сообщать Джесси о своем приезде. Вряд ли она горела желанием слышать меня, учитывая, что я все еще состояла в браке.

Я уселась на наше прежнее место, ощущая легкую грусть и ностальгию. Я была уверена, что она больше сюда не ходит, раз мы перестали дружить.

Разумеется, я ошиблась. Как только я принялась за финальные сцены своего романа, в кофейню вошла знакомая высокая фигура. Я подняла глаза и почувствовала, как к щекам приливает краска: Джесси шла под руку с незнакомым парнем. Он держал ладонь на ее пояснице, и они выглядели довольно близкими людьми.

У меня рот открылся. Она с кем-то встречается?

Джесси избегала свиданий, пока училась в магистратуре, но к этому моменту должна была уже выпуститься. Она всегда хотела закончить учебу зимой – на семестр раньше.

Я собиралась спрятаться за экраном ноутбука. Подумала, что с растрепанными волосами и без капли макияжа она меня даже не заметит, но ее взгляд вскользь упал на мой столик. На секунду она замерла, а затем направилась прямо ко мне.

Она даже не предупредила своего спутника, куда идет. Я едва вскочила чтобы сбежать. Начнет кричать на меня? Все еще злится?

— Лили? — спросила Джесси, моргая. — Это ты?

— Э-э, — вырвалось у меня, и собственный голос показался мне совсем слабым. — Нет?

— Я узнаю эти веснушки из тысячи.

Предательские веснушки. Я рассеянно потерла лицо. Взгляд Джесси зацепился за мою руку, на которой по-прежнему блестело обручальное кольцо.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она, и ее тон стал заметно холоднее.

— Приехала на пару дней, — пробормотала я, пряча руку под стол. — Была неподалеку и решила немного пройтись, чтобы не сидеть в отеле.

Джесси вздохнула:

— Понятно. Выходит, ты все еще играешь в этот свой контракт, да?

Я отвела взгляд. Но вместо привычного стыда на этот раз во мне проснулось раздражение. Ну да, разумеется, я все еще выполняла условия контракта.

— Что ж, была рада тебя видеть, — произнесла Джесси. — Надеюсь, в Нэшвилле у тебя все хорошо.

Я прикусила язык и ничего не ответила. Должно быть, она решила, что я стану окликать ее, потому что снова обернулась ко мне.

— А где макияж? — спросила она.

— В отеле, — ответила я.

— А укладка?

— Не вижу смысла укладывать волосы ради самолета.

— Значит, ты приехала одна, — сделала вывод она.

— Нет, я... — я осеклась. — А почему ты спрашиваешь?

— Ты бы никогда не появилась рядом с Себастьяном в таком виде.

Но я была. В последнее время я даже не думала о том, чтобы краситься при нем. Конечно, я нанесла бы макияж, если бы мы встречались с его коллегами или если бы мне нужно было сделать фото.

Но в любое другое время я была просто собой. Просто Лили.

Мне хотелось сказать это Джесси, но поверит ли она мне? Или засмеется и скажет, что была права с самого начала и у меня есть чувства к Себастьяну?

Я вздохнула:

— Да, пожалуй, не появилась бы.

Джесси посмотрела на стол, а затем снова на меня:

— Что ты делаешь в ноутбуке?

Инстинктивно я положила руки на устройство, словно Джесси могла сбежать с ним в любой момент.

— Почему ты спрашиваешь?

— Мне любопытно. Ты печатала, когда я вошла, а раньше у тебя его никогда не было.

— Я... — я замялась, соображая, что ответить. — Я вступила в писательский клуб в Нэшвилле.

Джесси моргнула.

Технически это было правдой.

— Ты снова пишешь?

Я медленно кивнула.

Она знала, что в подростковом возрасте я писала фанфики. Я никогда не говорила ей об этом вслух, но она каким-то образом узнала.

Писательство было моим хобби в старшей школе, но когда я вышла замуж за Себастьяна, то перестала говорить об этом с кем бы то ни было. Джесси, должно быть, решила, что я бросила это занятие, хотя на самом деле я никогда не бросала – но, конечно, она этого не знала.

— Это... хорошо, — произнесла Джесси. — Нет, это здорово.

— Извини, что прерываю, детка, — вмешался мужчина, с которым она пришла. — Но твой кофе готов. — он протянул ей чашку.

— О, спасибо, Марк. Это Лили. Та самая, э-э... замужняя.

Марк удивленно приподнял брови, глядя на меня. Замечательно. Она рассказывала обо мне.

— Рада познакомиться, — проговорила я, едва сдерживая раздражение в голосе.

— Да, э-э, я тоже. Ты надолго в городе? — спросил он.

— Всего на пару дней, — и, боже, как же мне не терпится уехать.

— Круто. Джесси часто тебя вспоминает. Может, вам стоит где-нибудь посидеть вместе?

Я удивилась, что Джесси упоминала меня, но судя по тому, как она бросила испепеляющий взгляд на Марка, стало понятно – ему не следовало этого говорить.

Я мельком взглянула на дверь. В тот миг мне до безумия хотелось просто исчезнуть.

— Да, может быть, — ответила я.

— Марк, дай мне минутку, ладно? Я подойду к машине.

— О, да, конечно, — отозвался Марк. — Рад был познакомиться.

Я неловко кивнула ему. Как только она скажет все, что хотела, я сразу же уйду отсюда. Урок усвоен – теперь я безвылазно сижу в отеле.