В ЛА мы жили в уединенном, современном доме. Соседи были, но уж точно не в такой тесноте.

Внутри дом выглядел неплохо, хотя больше всего меня радовал сам факт наличия кондиционера. Все было серо-белым. Никакой мебели, типичный бюджетный ремонт от застройщика. Дом построили ради быстрой наживы. Чтобы загнать сюда приезжих, которым негде жить. Скука смертная.

Следующие два дома оказались точно такими же. Третий вообще стоял прямо на заднем дворе второго. Я пыталась изобразить интерес, но Джордан прекрасно видела: меня воротит от каждого из них.

Себастьяну, как обычно, было все равно.

— Вы уверены, что хотите именно новостройку? — спросила Джордан после третьего просмотра. — Я знаю, ваш муж говорил, что вы любите все новое, но, похоже, вам ни один не зашел.

Я взглянула на Себастьяна, уставившегося в телефон.

— Дай мне секунду с ним поговорить.

— Какой выбираем? — спросил он, когда я подошла.

— Почему ты выбирал только новые дома?

— Они здесь самые приличные.

Я качнула головой. Понимала, что мне должно быть плевать, где жить, но мне было не плевать. Раз уж я соглашаюсь на этот переезд, то хочу хоть от чего-то получать удовольствие. В прошлый раз дом выбирал Себастьян – он купил его еще до нашей встречи. В этот раз я хотела иметь право голоса, а не выбирать из трех одинаковых коробок.

— Что не так? — Себастьян поднял глаза.

— Они… — унылые. Однотипные. Скучные конструкции, слепленные на скорую руку ради максимальной прибыли при минимальных вложениях. — Базовые.

— Я думал, тебе такое нравится.

— Вот это? Самое новое и самое уродливое штампованное жилье в городе?

— Это ближе всего к тому, что у нас в ЛА, — возразил он.

Я качнула головой:

— Это не ЛА. Эти дома здесь вообще не к месту, они выглядят чужеродно и убого. Словно деревянные обувные коробки с пришпандоренным сайдингом – да при первом же шторме нас унесет в другое измерение! Мне они не нравятся.

Себастьян лишь хлопал глазами.

Черт. Мне же не полагалось иметь свое мнение. Не полагалось использовать метафоры и яркие эпитеты.

Все эти красивости я должна была оставлять исключительно для своих книг.

— Если мы пускаем здесь корни, — произнесла я, пытаясь вернуть голосу ту легкую, беззаботную интонацию, к которой он привык. — То стоит жить так, как живут местные.

Он кивнул и без лишних вопросов повернулся к Джордан:

— Давайте посмотрим из старого фонда.

— О, у меня как раз есть пару потрясающих вариантов!

Дом, который она выбрала, находился неподалеку. Он уютно расположился на угловом участке с большим зеленым двором. Сосед был всего один, и его дом тоже сохранил первозданный облик.

Голубой сайдинг, длинная каменная дорожка, ведущая к красной двери… Когда я увидела его, сердце к нему потянулось. Я не думала, что в этом городе мне может хоть чего-то захотеться, но этот дом я полюбила сразу.

— Ну вот, приехали! — объявила Джордан. — Два этажа, немного меньше того, к чему вы привыкли, но полностью готов к заселению, да еще и с духом истории.

Я смотрела на него не мигая.

— Можно войти? — голос прозвучал почти шепотом, с затаенным восторгом.

И то, что я почувствовала снаружи, лишь удвоилось, едва мы шагнули за порог.

Роскошный деревянный паркет, выложенный замысловатым геометрическим узором, вел из холла в глубь дома. Красивая лестница с блестящими деревянными ступенями вела на второй этаж. Свежие обои глубокого изумрудного цвета были украшены изысканным цветочным орнаментом – хоть сейчас на обложку.

Я чуть не расплакалась.

— Мило, — отозвался Себастьян.

Я быстро заморгала, пытаясь не выдать, насколько сильно хочу этот дом.

— Здесь три спальни, — рассказывала Джордан, пока мы проходили по холлу. — Главная – на первом этаже, а на втором – еще две и ванная. Кухня дальше, за гостиной, ее полностью обновили: новая техника, новые столешницы.

Кухня была божественной. На островке лежала массивная деревянная столешница, а на остальных поверхностях – кварц. Шкафы сделали двухцветными: верхние – нежно-голубые, нижние – глубокого темно-синего цвета.

— Вот этот взгляд мне нравится гораздо больше, — ухмыльнулась Джордан, заметив мой искренний интерес.

Себастьян проследил за ее взглядом, а я попыталась задавить в себе глупый восторг от того, что в этом городе нашлось хоть что-то настолько прекрасное.

— Да… симпатично, — выдавила я. В голове вертелась сотня куда более сильных эпитетов, но я держала их при себе.

— Да она сейчас расплачется! — рассмеялась Джордан.

Себастьян снова посмотрел на меня с абсолютно непроницаемым лицом. Подал голос он лишь после паузы, обращаясь к риелтору:

— Мы берем его.

— Ого! Вот это скорость! Но прежде чем я составлю предложение, вам стоит взглянуть на остальные спальни. Они тоже чудесные!

Хозяйская спальня оказалась просторной, а в примыкающей ванной комнате стояла большая ванна, но одна из спален на втором этаже покорила меня окончательно – там был уголок для чтения, который мне был жизненно необходим. Столько естественного света! Вдохновение нахлынуло мгновенно.

Я хочу именно эту комнату.

— Поздравляю! — сказала Джордан, когда мы подписали документы для подачи предложения о покупке и сообщили отцу, какой дом выбрали. — Спасибо, что поработали со мной сегодня.

Она уехала, оставив нас на подъездной дорожке нашего будущего дома. Я не могла оторвать от него глаз.

— Тебе правда так понравился этот дом? — тихо спросил Себастьян.

— Он отлично подойдет для фоток, — буркнула я в ответ, хотя любила этот дом совсем не за это.

— Понятно, — отозвался он. — Уверен, в Instagram будет смотреться отлично.

Я кивнула, хотя грудь сжало от желания закричать на весь город о том, как я ненавижу социальные сети. Я хотела этот дом, потому что он был прекрасен, а не из-за выгоды для профиля.

«Сделай шаг к нему, — шептал внутренний голос. — Ты ведь этого хочешь».

Я стряхнула эти мысли. Я не хотела душевных разговоров с Себастьяном. Я хотела освободиться от семьи и спокойно писать книги. Все остальное – лишь остатки надежды, которой следовало умереть еще четыре года назад.

До аэропорта мы ехали не обронив ни слова.

По пути я разглядывала рестораны Нэшвилла и с удивлением отмечала, что по разнообразию они вполне могли потягаться с ЛА. Будь я одна, я бы обязательно остановилась и постаралась попробовать как можно больше.

Мне попадались раменные, заведения с острым жареным цыпленком и ярко освещенные фудтраки с тако. Возможно, я найду время и попробую что-то из этого, пока Себастьян будет пропадать ночами в офисе.

Но пока мы возвращались в ЛА. В последний раз.

После перелета я валилась с ног от усталости. Пройдя через унылые, монохромные комнаты дома Себастьяна, я поднялась в свою спальню в другом крыле. Это была одна из последних ночей, что я проводила здесь, но мне было плевать. Сил хватило только на то, чтобы выложить фото в Instagram перед тем, как выключить свет и провалиться в сон.



ГЛАВА 3



— Тебе не обязательно это делать, — сказала Джесси. Это был день переезда. Все мои вещи были упакованы для перелета, а наш старый дом выставлен на продажу.

Мы стояли в гостиной, пока Себастьян собирал оставшиеся вещи в своей комнате.

Я старалась не думать об этом слишком глубоко. Последние несколько дней Джесси держалась отстраненно, но я надеялась, что она просто занята, а не избегает меня. К счастью, перед моим отъездом она все же пришла попрощаться.

Я вздохнула:

— Я должна. Но это всего на год.

Она качнула головой с видом полного разочарования:

— Зачем ты вообще продолжаешь это делать?