— Она права, — сказал Себастьян. — Тебе нужен душ.

— А тебе нужен врач. Пошли в отель.

Себастьян взял меня за руку и повел в наш номер. Пока я мылась в душе и приводила себя в порядок, я ждала, когда меня накроет сожаление о содеянном.

Оно так и не пришло.



ГЛАВА 20



На следующий день мне довелось увидеть все последствия произошедшего.

Мой телефон буквально разрывался от сообщений – да так, что пришлось его просто выключить. Я уже и забыла, сколько контактов из модельного прошлого оставалось в моей записной книжке, и абсолютно каждый жаждал узнать, что же случилось, из первых уст.

Некоторые даже пытались ко мне подкатывать.

Руку Себастьяна перевязали, и он уже вовсю консультировался с адвокатом: нужно было убедиться, что отец не подаст в суд, и выяснить, есть ли у нас хоть какие-то законные основания затребовать обещанное мне наследство.

Я же находилась в отеле в состоянии, близком к коматозному, одновременно шокированная и ужаснувшаяся тому, что натворила. Я осталась одна – у Джесси были собеседования, а Себастьян пытался сделать все, чтобы не угодить за решетку. Я была не против одиночества, но меня не покидало чувство, будто я упускаю что-то важное. Или кого-то.

В этот момент в дверь громко постучали. Себастьян прийти не мог, а администраторов на ресепшне я строго предупредила никого ко мне не пускать ни под каким предлогом. Однако, взглянув в дверной глазок, я увидела человека, которому действительно была рада.

— Эми? — произнесла я, распахивая дверь.

— Когда ты сказала, что расторгаешь контракт, я и подумать не могла, что ты сделаешь это, вывалив всю правду на публику. Я впечатлена.

— Как ты меня нашла?

— Мы же делились геопозицией, помнишь? — ответила она. И тут я вспомнила, как она хотела поделиться своей, когда разгребала семейные проблемы и хотела, чтобы я знала, где она находится. Я тогда отправила ей свою в ответ – просто из вежливости. — Вот я и смогла отследить тебя из Нэшвилла.

К глазам подступили слезы.

— Тебе не стоило прилетать. Это же ужасно дорого – сорваться сюда.

Она пожала плечами.

— У меня были бонусные мили, к тому же рейс был ночным, так что ничего страшного. Моя подруга перевернула свою жизнь вверх дном, и даже я об этом услышала. Разумеется, я прилетела. Я даже прошмыгнула мимо парня на ресепшне, который следил, чтобы к тебе никто не поднялся. Я в двадцать дверей постучала, пока тебя искала.

Я обняла ее так крепко, что она аж охнула от неожиданности.

— Спасибо, — сказала я. — Мне правда нужно было, чтобы кто-то был рядом.

Я втянула ее в номер отеля, где с самого нашего возвращения царил полный бардак.

— А где Себастьян? — спросила она.

— С адвокатом. Решают вопросы из-за того, что он напал на Мартина.

— Я видела видео. Это было впечатляюще, — заметила она. — А ты сама смотрела вчерашние кадры?

— Вряд ли у меня хватит духу. Пережить это вживую было более чем достаточно.

— Понимаю. Наследство-то ты хотя бы получила?

Я покачала головой.

— Они меня кинули. Когда мы переехали, они переписали контракт и добавили пункт: если я отказываюсь от участия в последующих сделках, то ничего не получаю.

— Разве это законно?

— Себастьян как раз пытается с этим разобраться, — ответила я. — Что до меня… я просто сижу тут и осознаю все, что натворила вчера вечером.

— Полагаю, ты теперь готова вернуться домой.

— Дом даже не на меня оформлен. Он принадлежит моему отцу.

— Почему?

— Он настоял, чтобы именно он купил дом, когда мы ввязались во все это.

— И ты не можешь забрать его у него?

— Зная моего отца? Он уже наверняка продает его из мести.

— Ну не могут же они действовать настолько быстро. Может, тебе стоит связаться с риелтором и просто выкупить его?

— У Себастьяна после вчерашнего нет работы. Я уверена, что его кто-нибудь наймет, но ипотеку нам сейчас точно не одобрят.

— Жаль, ты не можешь просто украсть его, как это сделала я со своим. А в контрактах вообще прописано, что дом достается тебе в случае разрыва?

— Нет, — ответила я, но в голове внезапно промелькнула идея, — но кое-что я сделать могу. У тебя есть машина?

— Нет, зато есть приложение Uber.

Спустя два часа я стояла в холле офиса своего отца в дешевых солнцезащитных очках из «Target». Я рисковала приехать зря, не зная, будет ли он на месте, но когда я назвала свое имя секретарше, та мгновенно поднялась и провела меня прямо к его кабинету.

— Он вас ждал, — сказала она.

— Отлично. Все замечательные разговоры именно так и начинаются.

— Я считаю, вы совершили потрясающий поступок, — сказала она, наклоняясь ко мне через стол. — Мы все знаем, какие темные делишки они проворачивают, так что услышать, как кто-то наконец вывел их на чистую воду, было настоящим удовольствием.

— Насколько он в бешенстве?

— Очень. Удачи с… чем бы ты там ни занималась.

Я кивнула и открыла дверь.

Когда отец поднял на меня глаза, он посмотрел с таким разочарованием, какого я еще никогда в жизни не видела.

Желудок скрутило, но я встретила его взгляд.

— Лили, — сказал он. — После твоей вчерашней выходки я удивлен, что ты вообще показываешься мне на глаза.

Я сняла очки и ответила тем же взглядом.

— Удивлен? Мне сказали, что меня ждут.

— Чего ты хочешь?

— Документы на мой дом у тебя.

Он рассмеялся.

— И ты рассчитываешь, что я отдам их после того, что ты натворила? Мне стоит продать его инвесторам, чтобы его снесли к чертям.

Я подавила желание поморщиться. Я знала, что он попытается ударить по больному. Он был в бешенстве, а я видела такой его настрой только тогда, когда он пытался запугать бизнес-партнеров, которых к нему присылал Мартин.

Когда-то давно он проворачивал это и с Мартином.

Но я не позволю ему запугать себя. Не смогу. Не сейчас.

— Ты же понимаешь, — произнесла я. — Что я легко могу уничтожить эту компанию тем компроматом, который у меня накопился? Себастьян на моей стороне. Что бы Мартин ему ни говорил и к чему бы его ни принуждал, я могу рассказать это всем.

— Сомневаюсь, что ты сможешь, — ответил он. — Ты последние пять лет играла в домохозяйку. У тебя нет никаких навыков.

— Да неужели? Я пробила брешь в той лжи, которую вы с Мартином заставили меня говорить, просто потому что вы меня разозлили. Теперь общественность умоляет меня дать ответы, и у меня есть информация, огласки которой ты бы не хотел.

— Смелый ход — шантажировать собственного отца.

— Смелым ходом было купить дом только для того, чтобы использовать его как разменную монету, — сказала я, смерив его свирепым взглядом. — У меня есть кое-что, что тебе нужно, папа: мое молчание. Так что отдай мне дом взамен на него.

Отец злобно уставился на меня.

— Из тебя получилась бы потрясающая бизнесвумен, Лили. Я отправил тебя не в ту сферу.

— Не оскорбляй меня, — отрезала я.

Отец медленно открыл выдвижной ящик стола и достал зеленый лист бумаги. Это был документ о праве собственности на дом, уже подписанный для переоформления на мое имя.

— Если я отдам тебе это, — произнес он. — Твои аккаунты в социальных сетях должны исчезнуть до заката. Ты не обмолвишься ни единым словом ни о чем другом. Ты меня поняла?

— Поняла, — ответила я.

— Отлично. И даже не пытайся вильнуть, Лили. В этом кабинете стоят диктофоны.

Мне было плевать. Я уже сказала все, что хотела.

В конце концов, я написала об этом пять книг.

Я забрала бумагу прежде, чем он передумал.

— Забавно, — сказала я, глядя на подпись с оборотной стороны и понимая, что документ уже готов к переоформлению на мое имя. — Что у тебя все уже было наготове.

— Ты всегда была умнее, чем считала твоя мать. Я знал, что тебе нужен этот дом, особенно учитывая, что у тебя больше ничего нет. Кто же знал, что дом, который я купил, чтобы Себастьян не разрушил мою компанию, окажется так кстати?