-И что? Как будто эта свадьба мешает нам.
-Я не ясно выразился? Не смей мне больше звонить в нерабочее время – строго ответил я, сбросив трубку и кинув телефон на стол, отправился вниз.
-Николас, у нас всё готово?
-Да, мистер Браум, всё в лучшем виде, не беспокойтесь, музыканты уже прибыли, и я решил от себя подготовить одну из гостевых комнат для мисс Моники, вдруг наша гостья останется на ночь. Надеюсь, вы не злитесь.
-А почему ты думаешь, что она не будет спать со мной? Будущая жена всё-таки. Я улыбнулся, представляя, как обнимаю её в постели.
-Думаю это не в её характере, моё личное мнение.
Действительно. Моника не будет оставаться у меня.
-Молодец, хвалю. На сегодня всё, встретишь Монику и можешь идти отдыхать.
-Спасибо, сэр.
Сообщив, что Моника приехала, я оглядел себя в зеркале и вышел из комнаты. Стоя на лестнице и увидев это прекрасное создание – я был поражён. Ну, насколько же она красива, это изумрудное платье подчеркивало её фигуру и глаза, волосы, собранные в высокий хвост частично струились по её хрупким плечам, а несколько выбившихся прядей мягко обрамляли лицо, такая миниатюрная, видно, что переживает, но держит лицо. Выйдя из забвения, начал спускаться вниз. Поцеловав её руку, уловил этот аромат – лаванда и вишня? Сочетание казалось неожиданным, но работало безупречно. Лаванда — холодная, аристократичная, с сухой, почти бумажной нотой. Вишня — горячая, сочная, живая. Они не спорили, а дополняли друг друга: прохлада лаванды сдерживала сладость вишни, а вишня, в свою очередь, не давала лаванде стать слишком отстранённой. Получался сложный, многослойный аромат — как портрет, в котором сочетаются сила и нежность. Я вдыхал этот аромат, будто не мог насытиться. На ужине, Моника поразила меня своими познаниями, умело поддерживала диалог и, о боги, как она танцевала, так хотелось её поцеловать в тот момент, её губы казались такими сочными, блеск переливался на свету, но я не стал, дабы не смущать моего ангела. Всё-таки – это был правильный выбор, остаться наедине и поговорить обо всём, узнать друг друга лучше и пусть я буду отчитываться перед Роджером в дальнейшем - ни на секунду об этом не пожалею. Я был доволен тем, как она делала мне комплименты, шутила и смеялась, увидев её настоящую – понял, что влюбился.
Когда мы вошли в раздевалку, Моника смутилась. Насколько это было мило, я не стал смущать её ещё больше, ведь душ один и раздевалка тоже. Кое- как, пересилив себя, вышел и направился к рабочим через другой выход, сказав, чтобы лепестки роз раскидали в бассейне. Увидев, что она уже стоит и ждёт меня, ёжившись от холода, я побежал в раздевалку, быстро переоделся, взял полотенце и вышел на улицу. Прекрасная дива, стоит и обнимает себя руками. Ну, зачем было выходить на улицу только в купальнике? Быстро подбежав в ней, накинул полотенце на её плечи, как мне хотелось её обнять в тот момент, закрыть руками, согревая эту маленькую и хрупкую девушку. Но я сдержался. Опять. Боялся, сделать что-то не так и она бы тут же уехала, не раздумывая.
Мы зашли в бассейн, вода была изумительна, всё было так, как я сказал сделать рабочим, и они меня не подвели. Мне был интересен лишь единственный вопрос, Моника такая эффектная, такая умная, но, по словам отца, всегда была одна. Мне хотелось в это верить. Очень. В то, что мою красавицу никто не обнимал, не целовал и не прикасался, и после её ответа я был доволен как кот. Решил, что сейчас - лучший момент, чтобы признаться в любви к ней. Я не ждал ничего взамен, просто хотел это сказать. Моника растерялась, щёки покраснели, она начала закусывать губу. Все эти действия будоражили мой мозг, возникло неловкое молчание.
Тут на территорию бассейна зашёл охранник. Что ему тут надо? Позвонил Роджер, будь он неладен, как же всё хорошо шло.
-Я поговорю с ним. Кратко сказал я, вышел из бассейна и взял трубку.
-Да, мистер Вайнштейн – это Дерек.
-О, вот как раз тебя я и хотел услышать, моя дочь попросила тебе не звонить перед уходом, я еле себя сдержал Браум, я пошёл на уступки и позволь узнать, какого чёрта ты себе позволяешь? Мы, по-моему, обо всём договорились. Тот факт, что моя дочь находиться в твоём личном имении я ещё могу принять, но почему она до сих пор не дома? Ты время видел?
-Роджер, всё в порядке, мы ужинали и танцевали, Моника чувствует себя хорошо, ты же знаешь, что я её не обижу, она могла уехать в любой момент, но не захотела. Спроси у своей охраны, раз не веришь мне. Мы друзьями были, ты знаешь меня, помнишь Амелию и то, как я к ней относился. Ты действительно думаешь, что я позволю себе лишнего?
-Я ничего не думаю, я лишь хочу, чтобы моя дочь была дома. Сейчас. И это не обсуждается. Если, приехав домой, она пожалуется на тебя, то я буду в гневе, а ты знаешь, каким я могу быть.
-Я понял тебя, сейчас дам ей трубку и вы обо всём поговорите, раз не хочешь меня слушать.
В моменте я заметил, что эта рыжеволосая красотка смотрит на меня, так пристально и внимательно, неужели в ней что-то проснулось? Или так действует вино на её сознание? Невольно улыбнувшись, я подошёл и задал ей вопрос, на который не хотел знать ответ. Я боялся, что она испугается отца, тут же соберёт вещи и уедет. Моника не с первого раза услышала меня, что с ней такое? Я передал ей телефон. Услышав заветное «Я никуда не поеду», внутри всё перевернулось, настолько счастливым я себя не чувствовал очень давно. Когда их разговор завершился, от радости я разбежался и прыгнул в бассейн. Она настолько была ошарашена и смотрела на меня так, словно я предал её: намочил укладку, испортил макияж, ну я просто варвар.
Обсуждая неожиданную реакцию её отца, Моника подозрительно на меня посмотрела и вдруг начала брызгать меня водой! От неожиданности я даже не понял, что делать. Ну, мисс Вайнштейн, раз захотели поиграть, так получайте. Я в ответ начал пускать волны в её сторону, эти прекрасные рыжие волосы были мокрые, макияжу пришёл конец, но она не отступала, смеялась и ещё больше затягивала меня в эту игру. Вдруг, секунда и Моника ушла под воду, долго не думая, я нырнул вслед за ней. В воде поймав её и обхватив за талию, начал подниматься к поверхности. Как она смеялась, я замер, заворожённый её смехом — лёгким, звенящим, будто россыпь серебряных колокольчиков. Моника не сводила с меня взгляда, и я застыл, не в силах отвести глаз, — будто передо мной раскинулся океан, озаряемый первыми лучами восходящего солнца.
Мы подплыли к краю бассейна, я уже заметил это игривое настроение, и вдруг, моя голубоглазка захотела высказаться. После её речи, я понял, насколько же был мерзким в её глазах в нашу первую встречу, стало так не по себе, но когда она продолжила говорить, ко мне пришло облегчение, я смог показать ей себя настоящего. Моника сделала акцент на будущем, значит, она пересмотрела своё решение насчёт свадьбы? Не буду ничего спрашивать, просто тихо порадуюсь своей первой маленькой победе. Моника-Теодора Браум, чёрт возьми, как же звучит моя фамилия!
Задав мне встречный вопрос, я не смог ей отказать, безусловно – это было личное для меня, но раз она - моя будущая жена, я не могу не рассказать свою историю жизни. Будущая миссис Браум увлечённо слушала мой рассказ, внимая каждому слову. Когда я закончил, был удивлён её реакции, настолько она прониклась, что стала извиняться.
Вдруг пошёл снег. В начале марта? Может быть у других это не вызвало бы удивления, но в тот момент мне казалось, что это знак. Амелия всё это время наблюдала за мной, она обожала зиму и большое количество снега. Когда начинался снегопад - она всегда делала снежных ангелов, меня это забавляло. Взяв Монику за плечи, я посмотрел наверх и ощутил, как на моё лицо падают снежинки и таят, словно кто то целует. После истории признания, я понял, что мой выбор был одобрен.
Мой ангел смущённо опустила взгляд, я взял её за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза. Я не хотел отступать, она прикрыла глаза, и я двинулся навстречу её губам. Но всё закончилось, не успев начаться. Николас, как ошпаренный прибежал и начал лепетать о том, что Нордлинг прибыл. Ну почему сейчас? Именно в этот момент? Я снесу ему голову, клянусь. Проводив ненаглядную Монику, прямо в купальнике в комнату для гостей, рассказав, где и что лежит, я успокоил её и не знаю, что двигало мной в тот момент, но я поцеловал эту красотку в висок, я прикоснулся к ней, впервые, таким образом, а она позволила. Я так хотел остаться, так хотел быть рядом, после одобренного мимолётного поцелуя, но торопился. Нордлинг не любит ждать. Сейчас я во всём разберусь.
