— Тебе не кажется, что я слишком сильно похудела за эти несколько месяцев? — Тихо спросила Анна, поглаживая кожу на ребрах.

Роккель давно заметил, что Анна теряла в весе с каждым месяцем сильнее. Он старался себя успокаивать тем, что это происходило из-за новой формы терапии, которую она стала принимать с сентября. Плохие мысли он старался не селить в своей голове, иначе впоследствии это могло обернуться против него.

— Ты выглядишь потрясающе, — низким голосом ответил он. Роккель не отводил взгляд от её красивой фигуры.

— Тебе нравится?

Анна обняла ладонями грудь, а после спустила руки ниже. Роккель нервно сглотнул и подошел ближе. Он поцеловал приоткрытые губы Анны, а после опустился на колени перед ней, спускаясь губами все ниже по её животу.

Когда до боя курантов оставалось несколько минут, Анна спросила:

— Ты придумал свое желание?

— Мне нужно его сказать тебе в слух?

— Нет! — Вскрикнула Анна и зажала его рот рукой. — Никому не говори, иначе не сбудется.

В начале вечера Анна разрешила сегодня себе выпить бокал вина, но захмелела уже после первых двух глотков. Она рассмеялась, а после наклонилась и поцеловала его в губы. Из телевизора донеслись первые удары новогодних курантов. Анна резко прервала их поцелуй и стала суматошно выводить ручкой буквы на заготовленном заранее кусочке бумаги. Роккель усмехнулся и последовал её примеру. Он написал: «Хочу получить возможность все исправить.»

Роккель свернул свою бумажку и поджог её о свечу на столе. Анна удивилась, что он справился быстрее нее. Торопясь, она еще раз перепроверила свое желание на листе: «Мне достаточно того, что у меня есть сейчас. Хочу лишь задержаться в этом моменте подольше.»

Анна свернула свою бумажку, поцеловала её, а затем тоже подожгла о свечу. Она зажмурилась, когда одним глотком проглотила шампанское. Анна мысленно проговорила свое желание, открыла глаза и стала смотреть за тем, как Роккель выпил свой «коктейль» до конца и скривился. Вкус пепла на зубах ему явно не понравился.

— С Новым годом! — Прокричала Анна, обнимая Роккеля. В ответ он поцеловал её мягкие губы и на мгновение забылся.

Рождество был вторым праздником, который Роккель отрицал и не понимал вовсе. Седьмого января Анна с Роккелем приехали к родителям Анны, чтобы отметить этот праздник вместе с ними. После ужина все сидели в уютной гостиной, где в углу стояла высокая белая искусственная ель. Анна с мамой сидели поодаль и тихо общались.

— Ты выглядишь счастливой, — Есения стиснула Анну в объятия. — Однозначно, этот парень свое дело знает.

Она покосилась на Роккеля, от чего Анна прыснула со смеху.

— Он предложил мне стать его женой. — Краснея от смущения, сказала Анна. Есения удивленно улыбнулась и обняла Анну еще крепче.

— Надеюсь, что ты согласилась?

Анна кивнула и прижалась ближе к плечу мамы. Она смотрела за тем, как папа и Роккель вели оживленную беседу на тему живописи конца прошлого века.

— Когда планируете свадьбу?

— Летом. Нам некуда торопиться.

Роккель словно услышал эти слова и обернулся, чтобы подмигнуть Анне. В ответ она послала ему воздушный поцелуй.

Во время февральских метелей они вернулись в город и вновь поселились в квартире Роккеля. После двухмесячного отпуска в глуши городской шум угнетал Анну еще сильнее. Она стала хуже спать. Ежедневно её мучили сильнейшие головные боли, от чего настроение сделалось переменчивым. Роккель старался переключить ее внимание на подготовку его выставки. На протяжении недели Анна отсматривала помещения и общалась с арендаторами. Наконец-то она нашла просторное двухэтажное помещение площадью две тысячи квадратных метров, которое всецело её устроило. Вечером этого же дня Анна привезла Роккеля в большое арт пространство в центре Васильевского острова, где в прошлом веке располагался какой-то завод. Она решила преподнести свою находку как сюрприз, поэтому закрыла ладонями Роккелю глаза и повела внутрь.

— Готов? — Шепча на ухо, спросила Анна.

Она опустила свои руки, и перед глазами Роккеля открылось бело-серое пространство. Он осмотрелся. Все выглядело именно так, как он когда-то мечтал.

Минималистично и просто. Картины станут центром внимания.

— Ты невероятная! — Роккель приподнял и поцеловал Анну.

Он поставил её на землю и направился осматривать помещение. Роккель мысленно визуализировал расположение предметов искусства на своей первой выставке. Анна, улыбаясь, шла за ним следом. Они поднялись по лестнице на второй этаж, там располагалось несколько диванов с придвинутыми к ним низкими кофейными столиками в форме полумесяца. Комната на втором этаже, в отличие от первого, имела по всему периметру высокие окна от пола до потолка, от чего создавалось ощущение невесомости.

— Мне это место безумно нравится. Спасибо, что нашла его.

Роккель подошёл ближе к Анне и закружил её в своих объятиях. Анна повисла на его шее и поцеловала.

— Арендатор просил уточнить даты, на которые мы хотим снять это помещение. Когда ты будешь готов открыть свои творческие двери для гостей?

— Только 21 июня.

— В мой день рождения? — Удивленно спросила она.

— Да. С нашей встречи этот день стал моим самым счастливым. Или ты против? Пока ты не отвергла мое предложение, раскрою тебе секрет. Эта выставка будет полностью посвящена тебе.

Анна от смущения тут же залилась краской. Она была в растерянности от такого поворота событий.

— Согласна.

Роккель обрадовался и раскрутил вокруг себя Анну еще быстрее. Она визгливо просила его остановиться и поставить её обратно на пол. Затем Роккель провел для Анны короткую экскурсию по его воображаемой выставке, останавливаясь у пустых стен и рассказывая, какую картину и под каким светом он здесь расположит.

В среду Роккель остался дома и нетерпеливо ждал курьера, который должен был доставить ему книгу. Анна с самого утра была записана на прием к врачу, а после она собиралась заехать на обед к родителям.

После обеда в дверь наконец-то постучали. Роккель забрал долгожданную посылку и вскрыл. В его руках оказалась увесистая рукопись, написанная чернилами от руки. Он лег на диван, раскрыл книгу и начал изучать содержимое.

— Роккель, — тихо позвала его по имени Анна.

Роккель, выронив книгу из рук на пол, резко открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Анна аккуратно придержала его за грудь рукой, тем самым не давая ему упасть с дивана.

— Ты просто уснул, малыш.

Анна улыбнулась и подняла с пола раскрытую толстую книгу. Она беглым взглядом посмотрела на страницы. Язык, на коротком была написана рукопись, был не знаком Анне. Она вопросительно уставилась в сторону Роккеля, отдавая книгу ему в руки.

— На каком языке она написана?

— На аккадском языке. — Сонным голосом протянул он.

— Ты знаешь настолько древний язык?

Роккель кивнул. Он встал, разминая ноги, и потянулся руками вверх. Роккель попытался вспомнить момент в книге, после которого он уснул.

— Как называется эта книга?

— «Эпос о Гильгамеше.» Не бери в голову. Это просто древняя сказка.

Раскрыв книгу на коленях, Анна начала её листать. Роккель, зевая, ушел в кухню, чтобы приготовить себе кофе. Анна чувствовала, что просто так Роккель не стал бы читать сказки. Она листала страницу за страницей, но от череды непонятных символов у нее зарябило в глазах. Она захлопнула книгу и пошла следом за Роккелем в кухню. Анна села за обеденный стол и уставилась в окно.

— Я задремал всего на пол часа. Ты так быстро съездила к родителям?

— Я не поехала. После нового лекарства мне стало плоховато. Закружилась голова. Я решила, что будет разумнее поехать и отдохнуть дома. Но, уверяю тебя, мне уже стало лучше. Видимо, так организм отреагировал на новый препарат.