Роккель несколько раз пересмотрел это видео. Он был поражен зрелищем.

Почему она вообще тогда загорелась?

Стена была в полном порядке. Это было видно и на следующем фото. Когда он включил это видео в третий раз, то заметил на обороте внизу рамы какую-то надпись.

Я абсолютно точно уверен в том, что ничего не писал на обороте картины.

Он быстро написал ответ администратору и попросил получше сфотографировать изнанку картины. Через несколько минут прилетел голосовой ответ:

— Пол часа назад я вынес раму на мусорку. Похоже, её уже кто-то забрал.

Роккель зло выругался и написал: «Посмотри внимательнее!»

Прошло несколько минут, но ответа не было. Роккель не заметил, как Анна вышла из душа, когда он стоял у окна и нервно тер подбородок.

— Роккель, что-то случилось?

Нерешительно спросила она, промакивая волосы полотенцем. Луна тихо мурлыкала на подоконнике.

— Нет. Почему ты так подумала? — Умело соврал он.

Роккель подошел ближе и обнял Анну за талию. В нос проник приятный аромат чистоты.

— Значит, мне показалось? — Взглянув на него исподлобья, спросила Анна.

— Значит, показалось. — Утвердительно ответил Роккель. Он отвел взгляд в сторону.

Телефон Роккеля завибрировал. Он вышел в гостиную, чтобы прочитать смс. На экране высветилось сообщение: «Я обыскал весь двор и ничего не нашел. Посмотрю наружные камеры. Это какая-то мистика.»

Порой самые плохие новости приходят именно тогда, когда мы их не ожидаем. Кровь отлила от лица, Роккель побелел.

Что-то тут не то.

Он пошел в кухню, чтобы выпить воды и постараться успокоиться. Ему не хотелось тревожить Анну. У нее завтра важный и сложный день, поэтому лишняя тревога ей абсолютно была ни к чему. Когда Роккель вернулся в спальню, то Анна уже лежала в постели, зарывшись в одеяло. Он лег рядом, и Анна забралась в его объятия.

— Я очень переживаю, — неловко призналась она. — Хотя нет. На самом деле мне безумно страшно.

— Хочешь, я пойду с тобой? — Шепотом предложил Роккель.

— Нет.

— Почему?

Потому что ты не сможешь ничего изменить. Как бы ты этого не хотел.

Это была правда, которую нельзя было произнести вслух.

— Тебе не нужно этого делать. Я тебе позвоню и все расскажу, как только выйду от врача.

— Ты уверена?

— Да. Я сильнее, чем кажусь на первый взгляд, — хмыкнула в ответ Анна.

— В этом я уже убедился. — Роккель поцеловал Анну в макушку, затем уложил свой подбородок сверху. — Я очень сильно боюсь тебя потерять.

Признание неожиданно сорвалось с его губ.

— Не нужно бояться неизбежного. Я буду рядом столько, сколько смогу.

— Почему я не встретил тебя раньше?

Этот вопрос не имел верного ответа. Слова необдуманно вылетали из его уст.

— Я рада быть с тобой здесь и сейчас.

Напомнила Анна о словах, сказанных вчера ночью.

— Здесь и сейчас, — повторил Роккель.

Утро было наполнено суматохой. Анна никак не могла собраться с мыслями, от чего еще сильнее нервничала. Роккель приготовил на завтрак тонкие блины и кофе.

— Анна, поешь, пожалуйста.

Взмолился он, заворачивая в конвертик теплые блины на тарелке.

— Хорошо, — она с улыбкой села за стол.

Кусок в горло не лез, но Анна через силу съела два блина и выпила чашку кофе. Ей не хотелось с самого утра расстраивать Роккеля. Он мысленно поблагодарил её за это.

— Мне пора, — стоя на пороге, протараторила Анна. Она быстро чмокнула Роккеля в щеку и убежала.

— Будь осторожна! — Прокричал он ей в след и захлопнул дверь.

Минуты после ухода Анны ощущались неподдельно долгими. Роккель не находил себе места. Он попробовал отвлечься и посмотреть телевизор, почитать книгу. Но на часах не было даже девяти часов утра. Шум, доносящийся из спальни, заставил волосы на его руках встать дыбом. Когда он вошел в спальню, то понял, что треск от падающих предметов доносился из мастерской. Роккель вошел в дальнюю дверь и громко выдохнул. Луна забралась на стол в мастерской и случайно уронила несколько стаканов с кистями, и те рассыпались по полу.

— Ты решила сегодня подольше погостить?

Роккель подошел к столу и погладил кошку по спине. Та в ответ замурлыкала и подставила левый бок под ладонь. После того как Луне надоели почесывания, то она улеглась вздремнуть на залитом солнцем подоконнике. Роккель наклонился и начал собирать с пола уроненные вещи кошкой. Когда кисти были возвращены на свои места, он собирался уже выходить из мастерской и заметил, что на холсте, который стоял на мольберте около окна, в самом верху было нарисовано маленькое розовое сердечко из отпечатков пальцев.

Анна.

Произнеся мысленно её имя, внутри тут же разлилось тепло, а на лице появилась милая улыбка. Его сердце учащено забилось от воспоминаний о ней. Роккель взял карандаш и стал рисовать на другом листе бумаги набросок будущей картины.

Так незаметно время перевалило за полдень, но звонка от Анны не было.

Стоит ли волноваться? Может, позвонить самому? А если она занята? Нужно еще не много подождать.

Прошло еще два часа.

Почему она не звонит?

Роккель подождал еще полчаса, а затем набрал её номер. Первый гудок. Второй. На восьмом он положил трубку.

Определенно, что-то случилось.

Роккель быстро переоделся и поехал к ней домой. Но в квартире никого не оказалось. Он набрал её номер еще раз. В ответ гудки и тишина. Паника с каждой секундой ухудшала шаткую ситуацию. Роккель спустился с седьмого этажа вниз по лестнице, от чего жар в крови только повысился. Он старался глубоко дышать, в надежде развеять туман в голове, заставить мозг хоть как-то успокоиться. Пару минут спустя Роккель поднялся пешком по лестнице и вернулся к дверям квартиры Анны. Он присел, привалившись спиной к двери. Ждать её здесь было единственным вариантом, которого Роккель решил придерживаться, пока не придумает что-то другое. Время было его главным противником. Казалось, что каждая секунда играет против него. Мысли были настолько несвязны, что сложно сказать, о чем он думал. Прошло еще сорок минут, прежде чем в конце длинного коридора показался хрупкий женский силуэт.

Это точно она.

Роккель шумно выдохнул и пригладил волосы рукой. Анна подошла ближе и села на пол рядом с ним. В её глазах было наигранное безразличие. Трясущиеся руки выдавали жуткую тревогу. Роккель перехватил её ладони и мягко их сжал. Анна взглянула в его глаза, и маска безразличия дала трещину. По щекам потекли реки слез. На выдохе она тихо сказала:

— Пять месяцев.

Этого не может быть.

Роккель прижал её к своей груди. Анну полностью накрыла истерика. Она впервые за день отпустила свои эмоции из-под контроля.

— Почему так мало? — Без конца твердила она.

Этот же вопрос задавал себе Роккель. Он кое-как уговорил Анну зайти в квартиру, после чего донес её на руках до кровати. Она ни на секунду не отпускала его руки, как и он её. Им нужно было больше времени, чтобы все осмыслить. Но вот и главная проблема была в том, что времени катастрофически не хватало. Роккель уговорил Анну выпить успокоительное, чтобы хоть немного сбавить уровень стресса. Сам он тоже принял несколько таблеток. Анна, не переставая, плакала, пока Роккель её крепко обнимал за плечи, словно через прикосновения мог, как губка впитать весь её страх. Наконец успокоительное подействовало. Они задремали.

Когда Роккель открыл глаза, в окнах уже блестел закат. Анна еще спала, тихо посапывая ему в плечо. Он боялся её разбудить, поэтому лежал неподвижно и молча любовался ей. Разум был слегка затуманен из-за успокоительных и не пропускал ужасающие мысли, оставляя их на дне подсознания. Роккель эмоционально был измотан до предела, поэтому он лежал и молча смотрел в потолок.

— Скажи, что это просто был кошмар, — сорванным голосом спросила только что проснувшаяся Анна.