Надеюсь, он просто поверит мне на слово. Он знает, кто я такой, но проблема была не только и не столько нём. Он хотел, чтобы мой подвиг убедил других людей… Как их убедить без вещественных доказательств? Ни клыка, ни когтя я не добыл, а ядра мерзости сами испарились, стоило их разломать.

Ладно, что гадать. Поживём увидим.

Я шёл и шёл. К полудню нога очень устала, и я остановился на привал под нависающей скалой, немного поел, подремал полчаса, сел в настоящую медитацию и прогнал ци по меридианам. Потом подумал, чего я мучаюсь, и сделал себе костыль из звёздного металла. Это заняло больше часа, но я справился и двинулся дальше. Не сказать, что идти стало намного легче, теперь приходилось постоянно думать, куда поставить свою палку, но я хотя бы берёг ногу.

День был ясный. Горы вокруг были спокойные, мощные и огромные, и от этого спокойствия в груди было хорошо. Я чувствовал, как из земли то тут, то там тонкими струйками начинает струиться энергия. Кое-где глаз ловил слабые оттенки зелёного: первые робкие травинки и мох. Я понял, что иду и улыбаюсь. Даже нога и рёбра ненадолго переставали ныть.

Это была очень долгая дорога назад, я не прошёл и одной шестой пути за день, пришлось остановиться на ночлег, чтобы восстановить силы. Я решил не рисковать ходить с больной ногой по горам ночью. Едва начало светать, я снова поднялся и пустился дальше.

Ближе к вечеру второго дня, когда я здорово устал, а горы и не думали кончаться и до узкой долины перед перевалом, ведущим к Хэмину, было ещё очень далеко, тигр внутри вдруг поднял голову и насторожился.

Кто-то шёл мне навстречу!

Я притормозил, сжал посох в руке и прислушался. Шаги были лёгкими и очень быстрыми. Это были явно люди, которые хорошо умеют ходить по горам. Их было несколько, не меньше трёх и не больше пяти. Ци от них шла чистая, без тёмного привкуса. Я немного расслабился, но всё равно остановился и подождал, пока из-за поворота тропы не показались фигуры в знакомых серых одеждах.

Их было четверо. Я узнал первую из них сразу, потому что она шла впереди остальных быстро и ловко, используя технику Быстрого Шага, как умеют ходить только очень опытные культиваторы, у кого за плечами десятки лет практики. Настоятельница Лин двигалась бесшумно и экономно. Она тут же увидела меня и в её взгляде на мгновение мелькнуло облегчение. Чуть выдохнув, она немедленно и очень профессионально спрятала его за достойным настоятельницы выражением лица.

Позади неё шли трое жриц, которые были на нашей маленькой свадьбе: старшие Хань, Су и Цин. Они остановились в нескольких шагах позади настоятельницы.

Я сидел на невысокой скале у тропы и смотрел на прабабушку, не зная, что сказать:

— Как вы тут оказались? — спросил я наконец.

Настоятельница Лин сделала несколько быстрых шагов вперёд и крепко обняла меня. Её тонкие руки прижали меня к её узкой груди, потом она отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть мне в лицо, и провела кончиками пальцев по щеке.

— Ты ранен, — сказала она тихо.

— Да почти всё зажило, — начал было я.

— Помолчи, — сказала она.

Она не ругалась на меня. Она просто сказала это таким тоном, который не предполагал дальнейших возражений, типичным тоном целителя, который уже сосредотачивается на своей задаче и не хочет, чтобы её отвлекали. Сухая рука легла мне на запястье, и я почувствовал, как ци настоятельницы, проверяя, осторожно проходит по моим меридианам.

Выражение её лица при этом оставалось почти спокойным.

Она кивнула жрицам. Остальные трое тоже дотронулись до меня, я услышал идущий сверху звук хлопанья крыльев. Поднял голову — и горы исчезли!

Техника перемещения настоятельницы работала иначе, чем огненный свиток Огненного сектанта. Там был звук хлопка и вкус горечи, а здесь было чисто и просто. Ррраз! — были горы вокруг — мне перехватило дыхание — два! — горы исчезли и теперь вокруг каменные стены, знакомый запах трав и тихий свет курильниц. И большой медный сосуд в углу, которому я так и не удосужился починить ножку.

Храм Танцующего Журавля!

Я несколько мгновений просто моргал, пытаясь отдышаться.

…Вот это я понимаю — магия. Как этому научиться?

Жрицы расступились, давая нам пройти. Прабабушка взяла меня за руку и повела к лечебному корпусу.

— Настоятельница Лин, — сказал я, — князь сказал, что я должен был явиться к нему первым, до того, как вернусь в храм.

Настоятельница Лин строго посмотрела на меня. На её лице было выражение спокойной и непробиваемой уверенности человека, которому несколько сотен лет, и который за это время видел достаточно самонадеянных князей.

— Подождёт, — сказала она.

— Но он…

— Подождёт, — повторила она без тени сомнения.

Жрица Хань беззвучно улыбнулась и отвела взгляд в сторону.

Ладно, понял.

Я решил не спорить с прабабушкой. В конце концов, у меня была повреждена нога и рёбра были ещё не в порядке, а она только что переместила четырёх человек, сократив мне несколько дней пути по горным тропам одним движением.

— Любимый!

Этот голос я узнал прежде, чем успел обернуться.

Мэй Сюэ бежала по коридору и было видно, что она отбросила все остальные дела. Её волосы были наполовину убраны под шёлковый платок, наполовину растрепались, на рукаве было небольшое пятно от каких-то трав, словно она готовила какое-то лекарство и бросила, почувствовав изменения в окружающей энергии. Глаза у неё были блестящие и тревожные одновременно.

Я едва успел поставить мешок на пол и шагнуть ей навстречу.

Она влетела в мои объятья, вцепилась в плечи, уткнулась лицом мне в грудь, и я почувствовал, как её пальцы крепко сжались и не собираются отпускать мою истерзанную и грязную рубаху. Я очень осторожно обнял её в ответ, потому что рёбра всё-таки ещё давали о себе знать. От неё пахло травами и родным тёплым ароматом.

Я тут же уткнулся носом в её волосы и вдохнул этот запах.

Я дома…

— Ты цел? — спросила она.

— Цел, — сказал я.

— Врёшь.

— Почти цел.

Она чуть отстранилась и, оценивая, посмотрела на меня. Это был тот самый взгляд целителя, быстрый и профессиональный, который я только что видел у прабабушки. Я заметил, как её брови чуть сдвинулись, когда она дошла до рёбер и до ноги.

— Потом расскажешь, — сказала она тихо. — Сейчас идём.

— Мэй Сюэ…

— Идём, — повторила она и взяла меня за руку. — Князь подождёт.

Я невольно усмехнулся.

Настоятельница Лин согласно кивнула. Жрицы почтительно расступились, давая нам пройти. Настоятельница пошла первой.

Я позволил Мэй Сюэ вести меня по коридору и решил, что дед, при всём уважении к его достоинству правителя, действительно подождёт. Всё равно я как бы в пути.

Рёбра само по себе не срастутся как надо, да и нога требует нормального осмотра, а краткой медитации на горной тропе явно недостаточно. И вообще, я только что убил горную мерзость с двумя ядрами и тремя сектантами в придачу, и сейчас я хочу побыть там, где чувствую себя дома.

Некоторые вещи важнее протокола, особенно, когда твою руку держит любимая женщина…

Тигр внутри лениво повёл хвостом и снова закрыл глаза.

Правильное решение.

Первым делом мы с женой посетили купальню. Я зашипел от боли, когда погрузился в бадью. Руки и рёбра тут же заныли. Я так соскучился по своей целительнице, что был бы рад, если бы она тоже залезла со мной в тёплую воду, но Мэй Сюэ была настолько обеспокоена моим состоянием и сосредоточена на том, чтобы отмыть меня дочиста, что я не решился заигрывать. Вернее, попробовал, тут же получил мочалкой по руке и со вздохом подчинился. Вот так и становятся подкаблучниками…

Мягкие и тёплые руки зарылись в мою шевелюру, прошлись по шее и плечам, и я начал расслабляться. Как же хорошо-оо…

После водных процедур, я облачился в чистое, и мы отправились в госпиталь при Храме.

В этой лечебном зале, куда меня привела Мэй Сюэ, я уже бывал, чинил тут петли на двери, но как пациент попал сюда впервые. Комната была небольшая, простая и чистая, с бумажными окнами, с тканевым ковром на деревянном полу и приподнятой над полом кроватью, застеленными белой тканью. Я поставил мешок у стены и сел.