— Закройте тайный ход, — приказал он страже. — Никого не выпускать из дворца.

— Вы распоряжаетесь моими стражницами? — спросила Вера, пытаясь вернуть себе самообладание.

— Пока вы сидите в окровавленной рубашке — да.

Торен хмыкнул. Лио отвернулся, скрывая улыбку.

К рассвету удалось выяснить немногое. Убийца проникла во дворец еще до появления Сериды и несколько дней пряталась в старой галерее. Сонная соль должна была усыпить охрану и ослабить защитные чары. Никаких знаков, указывающих на нанимателя, при ней не обнаружили.

Но гораздо опаснее оказались ее последние слова.

Совет узнал, что Астер изменилась. Обряд Подтверждения перенесли. Вместо пяти дней ей оставили несколько часов.

Утром у ворот остановилась черная карета, украшенная эмблемой Совета Домов.

Мирена принесла алое платье и рубиновую корону.

— Вас требуют доставить в Зал Весов до полудня, госпожа.

— Требуют?

— Совет имеет такое право, если сомневается в способности наследницы управлять родовой собственностью.

Савьер разложил на столе документы.

— Они проведут три испытания. Проверят вашу кровь, память печати и власть над гаремом. Первое вы пройдете. Второе зависит от скипетра. Третье станет самым опасным.

— Что мне придется сделать?

Мужчины молчали.

Ответил Кайр:

— Наказать одного из нас.

— Нет!

— Тогда вы лишитесь дома.

— Я найду другой способ.

— Во время испытания вам предложат выбрать раба, проявившего неповиновение. Совет уже подготовил обвинение.

Он снял безрукавку и повернулся спиной.

Между лопатками темнел выжженный знак. Вера видела его впервые: круг, перечеркнутый тремя линиями.

Савьер протянул ей документ.

— Здесь сказано, что Кайр нарушил приказ прежней госпожи в день падения колесницы. Он покинул дворец без разрешения и пытался остановить ее поездку.

— Потому что знал о покушении?

— Подозревал, — ответил Кайр. — Но не мог доказать.

— И теперь Совет потребует наказать вас за то, что вы пытались спасти ей жизнь?

— Не имеет значения, почему раб нарушил приказ.

Вера скомкала документ.

— Для меня имеет.

— Поэтому они выбрали меня.

Кайр надел безрукавку и застегнул ремни.

— Если вы откажетесь, нас разделят. Если назначите слишком мягкое наказание, результат будет тем же. Вы должны сделать то, чего от вас ждут.

— Причинить вам боль?

— Да.

— И вы спокойно это принимаете?

— Я переживал вещи хуже нескольких ударов плетью.

— Это… Это просто отвратительно!

Он приблизился.

— Тогда вот мой ответ. Я предпочту боль от вашей руки жизни в доме Сериды.

Вера отвернулась.

На террасе занимался рассвет. Под первыми солнечными лучами башни казались сделанными из розового золота. Мир выглядел прекрасным, но его красота была безжалостной.

— Какие существуют наказания? — спросила она.

Савьер задумался.

— Согласно древнему праву дома, владелица может назначить наказание тела, молчания, заточения или службы.

— Что означает наказание службы?

— В старину провинившегося заставляли бессменно сторожить покои хозяйки. Без оружия, сна и пищи.

— Закон требует выполнять все условия?

Савьер перелистнул несколько страниц.

— Нет. Вид и тяжесть службы определяет владелица.

Вера медленно улыбнулась.

Через два часа она вошла в Зал Весов.

Кайр шел за ней с обнаженным торсом и скованными впереди руками. Остальные мужчины следовали цепочкой. Вера ненавидела кандалы, но теперь понимала: иногда видимость покорности могла скрывать подготовку к сопротивлению.

На возвышении сидели семь женщин в черных одеждах. Среди них находилась Серида.

Испытание крови прошло быстро. Рубин признал тело Астэр.

Во время испытания памяти скипетр показал лишь алое пламя. Судьи встревоженно переглянулись, но не смогли объявить результат отрицательным.

Наконец старшая судья указала на Кайра.

— Этот раб нарушил прямой приказ владелицы и скрыл проступок. Назначьте ему наказание.

Кайр опустился на колени. Слуга внес плеть и протянул ее Вере, и она взяла рукоять.

В зале стало тихо.

Вера подошла к Кайру. Провела концом плети по его плечу, ощущая, как напряглись мышцы под смуглой кожей.

— Ты признаешь свой проступок? — спросила она.

— Да, госпожа.

— Ты покинул дом без разрешения?

— Да.

— Зачем?

Кайр поднял на нее глаза.

— Я хотел остановить вашу колесницу.

— Следовательно, нарушил приказ, чтобы сохранить мою жизнь и собственность дома Вальери.

Серида вскочила.

— Намерения раба не имеют значения!

— В моем доме имеют значение только те слова, которым я позволила иметь значение.

Вера не повысила голоса, но рубин на скипетре вспыхнул. По залу прокатился гул.

Она бросила плеть к ногам Кайра.

— За неповиновение назначаю тебе наказание службы. Отныне ты обязан находиться рядом со мной каждую ночь. Ты будешь хранить мою спальню, сопровождать меня за пределами дворца и пробовать все, что мне подают. Твое наказание продлится до тех пор, пока я не сочту свой долг перед тобой выплаченным.

Старшая судья нахмурилась.

— Это похоже на награду.

— Для раба, который не желает мне служить, это было бы мучением. Или Совет утверждает обратное?

Возразить было невозможно. Признание подобного означало бы признание его личностью, а не вещью.

Кайр склонился к ногам Веры.

— Принимаю наказание, госпожа.

— Сними кандалы.

Он поднял голову.

— Мне?

— Ты слышал приказ.

Кайр потянул цепь в разные стороны. Металл лопнул.

По залу пронесся изумленный шепот.

Вера повернулась к судьям.

— Моя собственность повинуется мне. Мой родовой камень признает меня. Моя кровь подтверждена. Испытание окончено.

Серида смотрела на нее с ненавистью.

Старшая судья ударила жезлом о каменный пол.

— Власть Астэр Вальери подтверждена полностью и беззаговорочно!

Только в карете, когда двери закрылись, Вера позволила себе выдохнуть.

— Получилось, — прошептал Лио.

— Пока да, — ответил Савьер. — Но теперь они затаятся и станут опаснее.

Кайр сидел напротив Веры. Его запястья были красными от кандалов.

Она протянула руку, но остановилась.

— Можно?

Он посмотрел на нее, затем вложил ладонь в ее пальцы.

— Можно.

Вера осторожно коснулась следов на коже.

— Мне жаль, что вам пришлось стоять там в цепях.

— Цепи не всегда означают поражение.

Его пальцы сомкнулись вокруг ее руки.

— Сегодня вы заставили Совет подчиниться его собственным правилам. Вы не проявили слабость. Не стали жестокой. И все же победили.

— Значит, урок окончен?

— Нет, госпожа. Он только начался.

Кайр притянул ее руку к губам, но не поцеловал. Замер, оставляя решение за ней.

Вера могла отстраниться, но вместо этого едва заметно кивнула.

Его губы коснулись ее пальцев. Медленно и бережно, без тени показной покорности. От этого простого прикосновения сердце забилось быстрее, чем во время ночного нападения.

— Это тоже часть моего обучения? — спросила она.

Кайр отпустил ее руку и посмотрел прямо в глаза.

— Нет, госпожа.

Карета остановилась у дворца.

Мирена ожидала их на ступенях. В руках она держала небольшой железный ларец, покрытый засохшей кровью.

— Его нашли в разбитой колеснице, госпожа. Прямо под сиденьем.

В замке ларца имелось углубление, точно совпадавшее по форме с рубином на скипетре.

Вера вставила камень, и крышка открылась. Внутри лежали старый ключ, обломок черного ошейника и письмо, адресованное незнакомым почерком:

'Женщине, которая проснется в моем теле.

Если ты читаешь это, значит, я не сумела вернуться. Не доверяй Совету. Не снимай с Кайра ошейник, пока он сам не назовет тебе свое настоящее имя.

И помни: гарем принадлежит тебе лишь до тех пор, пока мужчины не узнают, что на самом деле именно ты принадлежишь им'.