Он выбил оружие из руки Сериды и прижал ее к стене. Пальцы сомкнулись на ее горле.

На лице Сериды впервые появился настоящий страх.

— Кайр! — позвала Вера.

Он не услышал. Или не захотел услышать.

Серида задыхалась. Ее ногти царапали его руки, но мужчина не ослаблял хватки. В темных глазах не осталось ничего человеческого — только память о боли, унижении и трех днях, о которых он никогда никому не рассказывал.

Вера поднялась и подошла к нему.

— Посмотри на меня.

Кайр не отреагировал. Тогда она коснулась его плеча.

— Ты можешь защищать меня так, как считаешь нужным, — напомнила Вера. — Но я уже в безопасности.

Его пальцы медленно разжались. Серида рухнула на пол, судорожно хватая воздух.

Кайр отступил. Он смотрел на собственные руки, словно не узнавал их.

— Уведите ее, — приказала Вера послу.

Дамиан поднял кинжал и покачал головой.

— Я не служу дому Арвель.

— Вы искали Кайра двадцать лет. Если Серида сейчас закричит, сюда сбежится охрана, и он снова окажется в цепях.

Посол посмотрел на последнего наследника Элар и наконец склонился перед Верой.

— Как прикажете, госпожа Вальери.

Он связал Сериде руки сорванной с окна портьерой. Она не сопротивлялась, только смотрела на Кайра с ненавистью.

— Ты все равно назовешь имя, — хрипло произнесла она. — Кровь приведет тебя к алтарю.

— Замолчи, — сказала Вера.

Серида усмехнулась.

— Посмотрим, как долго ты будешь защищать его, когда узнаешь цену.

Они покинули дворец через тайный выход.

Лио ждал у ворот с каретой. На его золотистых волосах темнела кровь, но улыбка оставалась прежней.

— Бал оказался скучнее, чем я ожидал.

— Вы ранены?

— Чужая кровь. Какая-то дама возражала против нашего ухода.

Кайр помог Вере войти в карету. Сам сел напротив, избегая ее взгляда.

Только когда дворец Арвель скрылся за поворотом, он спросил:

— Она причинила вам боль?

— Всего лишь царапина.

— Элиан осмотрит.

— А вы?

— Что — я?

— У вас кровь на груди.

— Это не моя.

Он говорил коротко, почти грубо.

Вера вспомнила его руки на горле Сериды.

— Вы собирались убить ее.

Кайр повернулся к окну.

— Да.

— Почему остановились?

— Вы приказали.

— Я не приказывала. Я сказала, что нахожусь в безопасности.

Он молчал.

— Значит, вы остановились сами, — продолжила Вера.

— Это не делает меня хорошим человеком.

— Я никогда не просила вас быть хорошим. Только честным.

Кайр наконец посмотрел на нее.

— Серида рассказала об имени?

— Да.

— Тогда понимаете, почему я молчал.

— Пока нет.

Карета остановилась у дворца Вальери. Мирена ждала у входа вместе с вооруженной стражей. Рядом стояли Торен и Савьер.

Ключ находился у Савьера. Настоящий ключ — тот, что Вера передала ему перед отъездом.

— Открываем лестницу, — сказала она.

— Сейчас? — удивился ученый.

— Серида знает о святилище. К утру Совет будет здесь. Времени больше нет.

Они спустились в подземелье всем гаремом.

Мирену Вера оставила наверху, приказав запечатать вход, если они не вернутся до рассвета.

Лестница оказалась длиннее, чем можно было предположить. Она уходила глубоко в скалу под дворцом. Стены постепенно менялись: грубо обработанный камень уступил место гладкому черному стеклу. В его поверхности двигались тени людей, которых рядом не было.

Иногда Вере казалось, что она видит женщин в древних одеждах и мужчин без ошейников. Они шли рядом, держась за руки, и исчезали, стоило присмотреться.

Внизу их встретила круглая дверь.

В ней имелось пять замочных отверстий.

— Но ключ один, — заметил Торен.

Савьер повернул его в руках.

— Пять зубцов.

Вера вставила ключ в центральную щель.

Ничего не произошло. Тогда Кайр положил ладонь поверх ее руки. За ним к ключу прикоснулись Элиан, Торен, Савьер и Лио.

Пять ошейников вспыхнули одновременно.

Дверь открылась.

Глава 11

Святилище оказалось таким же, каким Вера видела его в видении. В центре стоял алтарь, над которым парил расколотый рубин. Одна половина камня находилась в навершии скипетра. Вторая висела в воздухе, окруженная золотыми нитями.

У дальней стены возвышались пять каменных кресел.

На каждом лежал ошейник.

Шестое кресло пустовало.

— Что это значит? — спросила Вера.

Савьер подошел к алтарю.

— В древнем обряде участвовали шестеро. Хранительница и пять добровольных защитников.

— Тогда почему кресел шесть?

— Потому что хранительница тоже отдавала часть своей свободы.

На алтаре вспыхнула надпись.

Савьер прочитал:

— «Никто не вправе владеть тем, кому не готов принадлежать в ответ».

Лио тихо рассмеялся.

— Совет убил бы мастера, придумавшего такие слова.

— Совет уничтожил почти все его записи, — ответил Савьер.

Кайр остановился перед пустым креслом.

— Это место Астэр.

— Нет, — возразила Вера.

Рубин ярко вспыхнул.

Золотые нити потянулись к ней.

— Теперь мое.

Свет коснулся ее груди. Вера увидела тысячи образов: женщин, произносивших приказы; мужчин, падавших на колени; цепи, рынки, дворцы и храмы. Под всеми этими воспоминаниями скрывалось нечто гораздо более древнее.

Первый союз.

Женщина в простой белой одежде стояла перед мужчиной. Никто из них не преклонял колен. Они протянули руки навстречу друг другу и произнесли:

«Твое имя сохранит мою силу. Моя сила защитит твое имя. Ни один не станет цепью для другого».

Видение исчезло.

На алтаре появились новые слова:

«Назови себя».

Первым выступил Элиан.

— Я Элиан. Отдаю знание по своей воле.

Его ошейник раскрылся, но не упал. Черный металл превратился в тонкий серебряный обруч.

Торен положил руку на алтарь.

— Я Торен. Отдаю силу по своей воле.

Его ошейник тоже изменился.

— Я Савьер. Отдаю память по своей воле.

— Я Лио. Отдаю тайны по своей воле.

Один за другим черные ошейники становились серебряными.

Последним остался Кайр.

Он стоял перед алтарем, стиснув кулаки.

— Если вы назовете имя, то станете королем? — спросила Вера.

— Не знаю.

— Серида считает, что станете.

— Серида верит в эту дурацкую легенду.

— А вы?

Кайр посмотрел на парящий рубин.

— Если Сердце признает мою кровь, нынешняя корона потеряет власть над печатями. Совет объявит войну вашему дому. Тысячи людей погибнут, защищая право одних владеть другими.

Вера подошла к нему.

— Поэтому вы хотели умереть, не называя имени?

— Я надеялся найти другой путь.

— И нашли?

— Нет.

— Тогда решайте не как раб и не как наследник. Как человек.

Он горько усмехнулся.

— Вы требуете от меня того, чему меня никогда не учили.

— Я тоже не умею быть рабовладелицей. Но обстоятельства заставили меня учиться.

— Я не хочу корону.

— Тогда не берите ее.

— Кровь может решить иначе.

— Кровь — это еще не судьба.

Вера подняла руку, но не прикоснулась к нему.

— Вы сказали, что не ответите на мои чувства, пока носите ошейник. Сейчас у вас есть возможность изменить его. Не ради короны. Не ради пророчества. Ради права однажды сказать мне «нет».

Кайр закрыл глаза.

В святилище стало так тихо, что Вера слышала потрескивание факелов.

Наконец он шагнул к алтарю.

— Я Кайриан Ардэль Элар, сын королевы Мейрии и Ардэна Северного. Последний носитель крови расколотого солнца.

Стены содрогнулись.

Ошейник Кайра вспыхнул ослепительным светом.

По металлу пробежали трещины. Вера ожидала, что он превратится в серебряный обруч, как у остальных, но ошейник распался и упал на камни.

На шее Кайра остался тонкий алый след.

Рубин над алтарем соединился.