Я взял в руку. Тяжелее, чем выглядит.

— А ещё есть?

— Нет. — Корн отобрал колбу и завернул обратно.

— Сколько такие стоят?

— По три золотых. Песок для них особый нужен, и печь, которая сутки ровно держит. Мастеров на всю республику десяток. — Он сунул свёрток обратно. — Так что ронять не будем. Ни я, ни ты.

— Я и не собирался.

— Ну-ну. — Корн потёр подбородок. — Мне на розжиг пары минут хватит, в драке я их не найду. Значит, заранее. Услышали шаги — зажгли, и она у меня висит наготове, пока не понадобится.

Я представил ещё раз, уже целиком.

Сайрус водит латника по залу и держит его внимание на себе. Я захожу со спины, цепляю крюком забрало и отскакиваю. Ну, в случае чего мы с Сайрусом ролями можем поменяться. Корн стоит в десяти шагах с горящей колбой в воздухе, ведёт её к затылку и наклоняет.

И дальше все трое отходят подальше, потому что сейчас ударит из трубы. Ну, план по сути хороший. Главное чтобы масла на все доспехи хватило.

— А есть фляга побольше? буду из каждого светильника масло сливать.

— Держи, — вытащил Корн флягу литра на три и дал мне. А потом вернулся к доспеху.

Я смотрел, как он выкладывает рядом с собой уже четвёртый кусок чёрного металла. Вокруг лежали куски ветвей с узлами, длинные полосы, кусок ложемента. И работал, главное, не какими-нибудь клещами, а своим телекинезом, отрывая куски металла. Куча выходила приличная.

— Мастер Корн.

— М?

— А вы это всё куда денете?

Он замер. Так и остался сидеть на корточках, с обрезком в руках, и я прямо видел, как он в этот момент пересчитывает содержимое своего кольца.

Потом медленно повернул голову и посмотрел на Сайруса. Как мне показалось, с надеждой.

Наёмник сидел у стены и точил глефу. Головы он не поднял.

— Я не понесу, — сказал он.

— Я же ещё ничего не…

— Не понесу.

Корн подышал.

— Да тут столько металла! — сообщил он мне, будто это я тут упирался. — Такого металла, которого на континенте не купить ни за какие деньги! Он у меня в кольце и десятую часть места не займёт, а ты знаешь, сколько это стоит?

— Не знаю.

— И я не знаю! Вот именно поэтому и надо забрать!

Он встал, отряхнул колени и с обречённым видом вытянул из кольца мешок.

Мешок с едой.

— Так, — сказал он, развязывая. — Каша остаётся. Сухари сюда. Вот это что?

— Копчёное мясо.

— Тоже остаётся в кольце. — Он отложил свёрток в сторону. — Так, а это у меня зачем?

Из кольца пошло остальное.

Запасной котелок. Точильный камень. Две смены белья, аккуратно свёрнутые. Медный таз, который я вообще не помнил, чтобы он хоть раз доставал. Свёрток каких-то трав, который он понюхал, скривился и бросил в общую кучу. Толстая книга в кожаном переплёте — эту он подержал в руках дольше всего и убрал обратно.

— Мастер Корн, мы тут будем еще долго.

— И что?

— И то, что вы сейчас еду выкидываете.

— Я не выкидываю. — Он переложил копчёное поближе к моему мешку. — Я перекладываю. Понесёшь ты.

— Я?

— А кто? — Он посмотрел на меня совершенно честными глазами. — Ты у нас молодой, сильный, и у тебя мешок наполовину пустой. Или ты хочешь, чтобы я тут это богатство оставил?

Крыть было нечем. Кроме того, что наполовину полный у меня был второй мешок, а вот первый забитый до отвала.

В итоге через полчаса у меня в мешке лежала половина нашей кухни, из того, что мало весит но занимает много места, а у Корна в кольце — чёрный металл, а на полу зала остался медный таз, точило и куча барахла, которое старик обозвал ненужным, но раза три подходил и перекладывал.

И мне стало немного страшно. Хрен с ним, убъём мы сорок големов. Но он же каждого распотрошит и нас нести заставит…

Мы с Сайрусом плотно поели, уже не обращая внимания на постоянно гарцующих мимо пауков. Корн всё возился с доспехами, а мне всё сильнее хотелось спать. Разбудили-то посреди ночи, судя по ощущениям. Я прикрыл глаза.

И тут появились мерцающие пятна и начало жутко жечь глаза. Под веки будто насыпали песка. Я потёр глаза только стало ещё хуже, мгновенно брызнули слёзы. И, словно этого было мало, мана из круга ощутимо сдавила ядро. Я обратился к себе.

Ци: 0/425. Фантомное отражение (B, 74%).

Мана: 1104/1104

Какого хрена? Где Ци? Мана полная, Ци пустая, вот и давит. Пока я разбирался, куда делась Ци, закалка завершила очередной оборот и доползла до 75%, пробив следующий порог.

Ци: 0/625

А, вот где Ци. Тонкие ниточки тянулись от ядра к глазам. Что? Почему к глазам и так много?

Реген выпил всё до дна и продолжал тянуть. Ну, если он столько жрёт, то и работает на совесть. Надеюсь, вылечит быстро.

Я вспоминал, что это может быть такое, и чуть не хлопнул себя по лицу. Говорил же отец в детстве, не смотри на сварку.

Глаза отпустило часа через три, наверное. В разломе было очень сложно ориентироваться во времени.

Просто в какой-то момент я понял, что песка под веками больше нет, а Ци немного набралась и продолжает капать.

Ци: 16/625. Фантомное отражение (B, 75%).

Корн спал сидя, привалившись к разобранной туше, и во сне продолжал сжимать в руке кусок чёрной сетки. Сайрус сидел с другой стороны туши и рассматривал лезвие глефы. Рядом с ним лежал набор точильных камней. Видимо, не так легко дались удары по доспехам даже такому оружию.

Ладно. Пора идти дальше.

Следующего латника мы встретили через три зала, которые я полностью оставил без фонарей. Слышно его было издалека, так что мы ещё раз всё обсудили, сбросили поклажу и приготовились встречать монстра.

Корн зажёг светляка гораздо ярче прежнего — в коридоре было всё так же темно, а до следующего зала ещё полчаса ходу. И почти сразу вытащил колбу, налил масла из фляги на две трети, щёлкнул пальцами над горлом и отпустил. Колба зависла у него над плечом, чуть покачиваясь, и горела тихим оранжевым пламенем.

Снова из темноты показался молот, а потом и весь доспех целиком, точно такой же, как прошлый.

— Пошли, — сказал Сайрус.

Наёмник вышел вперёд и принял на себя первый удар. Молот ушёл в сторону, латник переступил, развернулся и снова замахнулся, и Сайрус повёл его по кругу, спокойно уходя от ударов молота.

Я зашёл со спины.

Забрало было под самым основанием купола, чуть выпуклая пластина, которую я бы в жизни не заметил, если бы не разбирал труп своими руками. Я подцепил её крюком снизу и рванул вверх.

Пластина не сдвинулась.

Я рванул ещё раз, упёршись ногой в бедро латника, и вот тут-то и выяснилось, что даже этого не хватает. Пластина сидела как влитая, на скрытой петле, и с той стороны её что-то ещё и прижимало.

Латник мотнул корпусом, и меня стряхнуло на пол.

— Не идёт! — заорал я, откатываясь.

Сайрус посмотрел на меня через плечо, потом на латника.

— Меняемся.

Я выскочил вперёд и врезал алебардой плашмя по куполу, отчего по всему коридору раздался звон. Латник послушно развернулся ко мне, и теперь моя очередь уворачиваться. Узкий коридор и иногда пробегающие пауки под ногами задачу легче не делали.

А Сайрус зашёл сзади и размахнулся глефой. Я даже чуть зажмурился, представив, как она сейчас врежется в потолок — но Сайрус явно очень хорошо чувствовал габариты этого монструозного оружия.

Он нанёс удар в забрало по касательной, словно выписал подзатыльник, и пластина улетела метров на пять и звякнула об стену.

— Мастер Корн!

Колба снялась с плеча старика и пошла по воздуху, разгоняясь. Обогнула латника, зашла сверху и опрокинулась над затылком.

Горящее масло пошло в щели.

Дальше я уже знал, что будет, и отбежал шагов на десять.

Полыхнуло. Столб огня из купола разбился о потолок, отчего в коридоре на пару секунд стало светло. Латник, как и в прошлый раз, остановился как вкопанный.

Хех, на всю драку ушло вряд ли больше пары минут. Вот что значит — план и знание уязвимых мест.